Крик волка - Андрей Михайлович Дышев

и сделал какое-то резкое движение, отчего кресло вместе со мной и Анной упало на пол. После пережитых потрясений это падение было настолько пустячным, что мы не обратили на него внимания, продолжая заниматься своим делом на полу, задевая при этом подлокотники руками, отчего старое кресло надрывно скрипело и трещало.

Мы снова парили где-то высоко-высоко над грешной землей, испытывая счастье от близости и нежности, забыв на время о немом, бесстрастном мониторе, на экране которого, словно первые звезды на вечернем небе, слабо светились буковки секретных файлов Князя.

29

Я вел пальцем по экрану. «kz1.doc», «kz3.doc», «kz4.doc»…

– А где файл под номером два? – спросил я. – Почему он пропущен?

– Разве? – не совсем искренне, как мне показалось, удивилась Анна, и подсела ближе к экрану. – В самом деле, пропущен. Первый, потом третий… Как было, так я и переписала, – добавила она. – Будем довольствоваться тем, чем располагаем.

Она щелкнула пальцем по клавише, и на экран лег текст. Это было письмо, написанное Князем:

"Дорогой друг! Рад сообщить тебе приятную новость. Консенсус найден, и зона "Янтарного треугольника" по общему решению отныне становится главной перевалочной базой. Переговоры шли трудно, чеченская сторона ставила нам кабальные условия, но мы смогли убедить их, что политическая обстановка в Ичкерии настолько нестабильна, что может обернуться трагическими последствиями для нашего общего дела. Теперь они озабочены не столько героином, сколько оружием, боеприпасами и наемниками. Федеральные войска, по их данным, готовятся к широкомасштабной операции, и, принимая это во внимание, никто не решится ставить на Ичкерию, как на главную перевалочную базу. Рассматривался вопрос с Эстонией, но большой процент русскоязычного населения в этой республике также создает нестабильную ситуацию. Все сошлись в едином мнении, что приемником Ичкерии должен быть "Янтарный треугольник".

Что касается партии героина, то все приготовления к ее отправке закончены. Ждем последней передачи. Большой привет миссис Гроулис. Крепко жму руку. Князь. 9.08.94 г."

Прочитав письмо, мы с Анной переглянулись.

– Но здесь же ничего нет, – разочарованно произнес я. – Ни адреса этого "дорогого друга", ни даты и маршрута переброски героина. Кто такая миссис Гроулис? И не фальшивка ли это письмо? Почему обо всем – открытым текстом?

– Подожди! – отмахнулась от меня Анна. – Ты хочешь узнать все сразу. Скорее всего, Князь потом закодировал письмо на компьютере, переведя его в символы, и отправил по факсу. А куда – мы еще выясним. Адресату оставалось лишь сканировать письмо и при помощи ключа перевести его в нормальный вид. Смотрим дальше.

Анна открыла файл под цифрой "3". На этот раз мы увидели таблицу, лишенную каких-либо комментариев:

60 % Грузия (23) + Абхазия (13) > Румыния > Мексика + Куба > >USA (По каналу калийского картеля, Августино). __________________________________________________________ Исланбаев, Вольский

10 % Азербайджан > Турция > Босния (мусульманский анклав) > > Европа > USA __________________________________________________________ "Серые волки"

10 % Вильнюс > Таллин > "Пярну" > Скандинавия > USA _______________________________________________ миссис Гроулис

20 % Шяуляй > Клайпеда > Англия > Германия > Австрия _______________________________________________ Глеб

– Да, – протянул я, почесывая затылок. – Целая география. Надо понимать, это структура развоза продукции «Гринпероса». Направления и ответственные. Все четко, ясно и конкретно. Как в армии. – Я ткнул пальцем в экран. – В письме, похоже, речь шла о партии наркотиков, которую отправят по этому каналу: Вильнюс, «Пярну», Скандинавия… Послушай! – воскликнул я. – Ты говорила, что тебя готовили к отправке в Стокгольм. Не для того ли, чтобы контролировать передачу этой партии?

– Наверняка для этого, – согласилась Анна.

– А почему "Пярну" – в кавычках?

– Должно быть, это не город, а название, скажем, ресторана, казино, или санатория. Смотрим дальше.

Анна открыла следующий файл, и нам стало ясно, что такое "Пярну". Мы "пролистали" несколько договоров, заключенных между морской компанией, владеющей паромом "Пярну" и фирмой "Гринперос" о перевозке из Таллина в Стокгольм тридцати тонн цветных металлов. В договоре была обозначена дата отхода парома из таллинского порта – 28 сентября 1994 года.

– Через четыре дня! – воскликнул я. – Надо быть полными идиотами, чтобы не понять, что этим паромом, под прикрытием цветных металлов, повезут ту самую партию героина, о которой шла речь в письме. И сопровождать ее будет миссис Гроулис!.. Анюта, а вот это уже, выражаясь языком моего приятеля Валеры Нефедова, до-ка-за-тель-ства. Я продам всю эту поганую мафию в фээсбэ, и рука моя не дрогнет, и плевать буду на стены Бутырки, куда их посадят!

Я потер руки, вскочил с кресла и от волнения стал ходить по комнате. Анна как-то странно смотрела на экран и покусывала губы.

– Что с тобой? – спросил я. – Тебе нехорошо?

Анна тряхнула головой, легкие волосы взметнулись, как на ветру. Она зажмурила глаза, словно пыталась взять себя в руки.

– Уже прошло, – ответила Анна глухим голосом. – Открой, пожалуйста, бар. Там, кажется, была бутылка с сухим вином.

Мы выпили по глотку "Рислинга". Я наблюдал за Анной. Что с ней было? Приступ мигрени? Или ее почему-то испугало то, что она увидела на экране?

Мы продолжили просматривать файлы. Там были всевозможные таможенные документы, списки и адреса людей в Душанбе, Таллине, Грозном, Баку, Тбилиси, пароли, клички, астрономические суммы в валюте, банковские счета, что, собственно, меня уже не так сильно интересовало. Это был прекрасный рабочий материал для службы государственной безопасности.

– Начать надо с фирмы "Гринперос", – сказал я, покачивая бокалом в руке. – Уголовное дело против Князя и его компании можно завести уже по одному факту: на территории офиса закопан труп охранника с пачкой героина в штанах. Лучшего компромата не найти. Представляю, как будет хлопать глазами Князь, когда увидит, кто на самом деле лежит в гробу. Ведь он до сих пор считает, что по оплошности Волзова в офис просто привезли не тот гроб, а другой, набитый героином, передали кому-то из родственников.

– Они будут искать "свой" гроб, – сказала Анна.

– Вне всякого сомнения! Три московские семьи в ближайшие дни будут хоронить погибших в Таджикистане, и они об этом знают. – Я сделал паузу, почувствовав, как внезапно горло свело судорогой. – Да, – добавил я. – Будут хоронить в том числе и моего несчастного друга, Владимира Даниловича Локтева. А какая-то погань придет на могилу ночью и станет выкапывать гроб, а потом вскрывать его…

Я отпил глоток и подошел к окну. Я не слышал, как ко мне приблизилась Анна, лишь почувствовал ее руку на своей спине. Она ничего не сказала, и я был благодарен ей за это безмолвное участие и сострадание.

– Нужна машина и патроны для "магнума", – сказал я.

– Зачем?

– Поедем ночью на