Античная драма - Эсхил

Тесей

Как умер он? От мести ли супруга,Чей дом он, как отцовский, осквернил?

Вестник

Его разбили собственные кони, —Проклятие разбило, что к отцуТы обратил, седых морей державцу.

Тесей

О небо! Да, я точно им рожден,Внимавшим мне из моря Посейдоном.Но как погиб, скажи мне, этот муж,Поправший честь и пораженный правдой?

Вестник

Близ берега, где волны набегаютИ плещутся морские, лошадейМы чистили и плакали — узналиМы от людей, что Ипполита, царь,В изгнанье ты отсюда усылаешьИ здесь уже не жить ему. ПришелИ сам он следом. С нашей песней грустнойОн и свои соединяет слезы.Без счета их, ровесников, тудаЗа ним пришло. Тогда, оставив плакать,Он нам сказал: «Не надо унывать,Словам отца повиноваться надо.Живей, рабы, живее запрягайте:Трезена нет уж боле для меня».И загорелось дело — приказатьОн не успел, — уж лошади готовы.Тут ловко он вскочил на передокИ с ободка схватил проворно вожжи,Но кобылиц сдержал и, к небесамВоздевши руки, стал тогда молиться:«О Зевс, с клеймом злодея жизни вовсеНе надо мне. Но дай когда-нибудь,Останусь я в живых иль не останусь,Чтобы отец мой понял, как он дурноСо мною поступил». Стрекало онЗатем приняв, кобыл поочередноКасается. Мы ж около вожжейУ самой побежали колесницы,Чтоб проводить его. А путь емуЛежал, Тесей, на Аргос, той дорогой,Которая ведет на Эпидавр.Но вот, когда мы выехали в полеПустынное, с которого холмыК Саровскому спускаются заливу,Какой-то гул подземный, точно гром,Послышался оттуда отдаленный,Вселяя страх, и кобылицы вмигНасторожились, вытянувши шеи,А мы вокруг пугливо озирались…И вот глаза открыли там, где берегПрибоем волн скалистый убелен,Огромную волну. Она вздымаласьГорою прямо дивной, постепенноЗастлав от нас Скирона побережье.И дальний Истм, и даже ЭпидавраОт глаз она закрыла скалы. ВотЕще она раздулась и, сверкая,Надвинулась и на берег метнулась.И из нее явилось, на манерБыка, чудовище. Ущелья следомОкрестные наполнил дикий рев…И снова, и ужасней даже будтоБык заревел. Как выдержать глаза,Не знаю я, то зрелище сумели?Мгновенно страх объемлет кобылиц…Тут опытный возничий, своемуИскусству верный, вожжи намотавши,Всем корпусом откинулся — гребецЗаносит так весло. Но кобылицы,Сталь закусив зубами, понесли…И ни рука возничего, ни дышлоИ ни ярмо их бешеных скачковОстановить уж не могли. ПопыткуПоследнюю он сделал на песокПрибрежный их направить. Но у самойЧудовище являлось колесницы,И четверня шарахалась в смятеньеНазад, к высоким скалам, — и тогдаБык молча следовал за колесницей,И надвигался он все ближе, ближе…Вот наконец отвесная стена…Прижата колесница. КолесоТрещит — и вдребезги… и опрокинутЦарь с колесницей. Тут смешалось все:Осей обломки и колес, а царьНесчастный в узах повлачился тесныхСвоих вожжей, — о камни головойОн бился, и от тела оставалисьНа остриях камней куски живые.Тут не своим он голосом кричит:«Постойте ж вы, постойте, кобылицы!Не я ли вас у яслей возрастил?Постойте же и не губите — этоПроклятие отца. О, неужельНевинному никто и не поможет?»Отказа бы и не было. Да былиМы далеко. Уж я но знаю, какОн путы сбил, но мы едва живогоЕго нашли на поле. А от зверяИ кобылиц давно простыл и след.В ущелиях ли, где ль они исчезли,Ума не приложу. Хоть я, конечно,В твоих чертогах царских только конюх,Но я бы не поверил никогдаПро сына твоего дурному слову,Пускай бы, сколько есть на свете жен,Хоть все повесились. И писем выше,Чем Ида, мне наоставляли гору.Я знаю только, царь, что ИпполитНевинен и хороший человек.

Корифей

Увы! Увы! Опять удар, и меткий!Да, от судьбы, как видно, не уйти.

Тесей

Мне пострадавший все же ненавистен,И сладостны мне были вести мук.Но я родил его, и узы кровиСвященные я помню, потому —Ни радости, ни горю здесь не место.

Вестник

Но как же быть теперь? Оставить там,Чтоб из твоей нам, царь, не выйти воли?Коль смею я советовать, не будьТы так жесток, владыка, к мукам сына.

Тесей

Сюда его несите… ЗаглянутьВ глаза ему хочу и волей бога,И этой карой страшной уличитьХочу его во лжи и злодеянье.

Вестник уходит.

СТАСИМ ЧЕТВЕРТЫЙ

Хор

О Киприда, суровую душу людейИ богов железную волюТы, богиня, сгибаешь.И над черной землею с тобой,И над влагой соленой и звучной,Как радуга, яркий ЭротНа быстрых крылах пролетает…И если он бурный полетНа чье-нибудь сердце направит,То дикое пламя мгновенноОт золота крыльевТам вспыхнет любви и безумья,А чары егоИ в чаще, и в волнах таимыхЗверей укрощают, и всё,Что дышит в сиянии солнца,И люди емуПокорны. Твоя, о Киприда,Весь мир наполняет держава.

ЭКСОД

Артемида появляется в вышине.

Артемида

Внемли: тебе я говорю,Сын благородного Эгея,Тебе, божественная дочь Латоны.Как ты мог, безумный,Веселье в сердце ощутить?Я говорю тебе — судом,Судом неправым ты убилТобой рожденного. ЖеныСловами ложными окован,Неясный грех ты обратилВ мир поразившее злодейство…Потемок Тартара теперьЖелай для своего позора,Иль птицей сделаться желай,Чтоб ввысь от этой оскверненнойТобою улететь земли.Нет больше места для тебяСредь чистых в этом мире вовсе….Я свиток зол должна перед тобойРазвить, Тесей, без пользы — лишь печалиПрибавит он, я знаю, но пришлаЯ для того, чтоб сын твой честно умер,Оправданный. И я жены твоейЛюбовное должна раскрыть безумьеИ, может быть, борьбу. Ее ЭротУжалил сердце тайно, и любовьюК царевичу царица запылала:Богиня так хотела, что для нас,В невинности отраду находящих,Особенно бывает ненавистна.И разумом Киприду одолетьПыталася царица, но в ловушкуКормилицы попалась. Та ееЦаревичу любовь пересказала,Связав его ужасной клятвой раньше,Чтоб он молчал. Ее слова твой сынОтринул, но благочестиво клятвыНарушить не дерзнул он, как егоНи унижал ты здесь. А эту ложьОставила царица, умирая,Боясь улики праведной. А ты,Ее словам поверив, сына проклял.

Тесей

Увы!..

Артемида

Мучительны слова мои, Тесей,Но должен ты их молча слушать дальше,И, царь… тебе еще придется плакать…Ты помнишь ли, о низкий, что тебеТри выполнить желания поклялсяОтец, но гибель вражью ты презрел —Одно из них направил против сына,Не изменил обету царь морей:Исполнил свято он твое желанье.Tы перед ним и ты передо мнойЕдинственный виновник, потому чтоТы не искал свидетелей, гаданьемТы пренебрег, улик не разобралИ, времени для истины жалея,С поспешностью преступною своейБожественным сгубил проклятьем сына.

Тесей

О, дай мне умереть…

Артемида

Ты согрешил,Но и тебе возможно оправданье.Киприды здесь желания и гневСлились, Тесей. А меж богов обычай:Наперекор друг другу не идти.Мы в сторону отходим, если: богГорячие желанья разливает.О, если бы не страх, что оскорблюЯ Зевса, как хранителя законов,Иль думаешь, я бы подъяла стыд,Любимого из смертных уступаяБогам земли? Твоя вина, Тесей,Неведеньем ослаблена и том,Что воли злой ты не имел; с собоюОт правды ключ царица унесла,А смерть ее твой помутила разум…Всех тяжелей тебе, конечно, царь,Но скорбь и я с тобой делю. ПечалитИ нас людей благочестивых смерть,И только злых мы с корнем вырвать рады.

Рабы вносят ложе с Ипполитом.