Прорыв в Эрафию - Михаил Атаманов

Это была очень старая литая бронзовая дверь. На её почерневшей поверхности толстым слоем разросся чёрный мох, поверх которого изредка тянулись тоненькие ножки прозрачных склизких грибов. Я достал из внутреннего кармана куртки нож и срезал широкие пласты мха, обнажив дверь. Оказалось, что на поверхности загадочной двери имелся сложный рисунок. Он потемнел с годами и забился грязью — видимо, этот коридор иногда полностью затапливался водой. Я разглядел какие-то символы и острием ножа начал счищать забившуюся грязь, чтобы попытаться разобрать надпись. Когда я очистил более-менее первую руну, меня несколько передёрнуло — на почерневшей двери выпукло проступала руна «Смерть». Уже предполагая вариант, я ладонью провёл по соседним рунам. Надпись, как я и предположил, гласила:

Жизнь. Смерть. Смерть… Смерть. Смерть. Жизнь…

Это были руны-действия третьего цикла. Как мне объясняла совсем-совсем недавно Фея, эти руны даже в современном упрощённом варианте алфавита имели несколько значений. Руна «Смерть» сейчас — это не только «смерть», но и в зависимости от соседних символов глагол «умирать», «убивать», прилагательное «мёртвый» и «тихий», существительное «могила», «склеп», «кладбище», словосочетание «смертельная ловушка». Были и другие варианты. А уж в древние времена вариантов каждой из этих рун могло быть намного больше… в том числе… тут я отчётливо расслышал звенящий звук, идущий из-за двери… да, в том числе «НЕЖИТЬ»!!!

У меня волосы встали дыбом от ужаса. За дверью явно кто-то или что-то шевелилось. Я успел заметить, что замочная скважина на двери имеется, но она плотно заткнута вбитой деревянной щепкой, чтобы никто не смог ключом открыть опасную дверь. И тут у меня внезапно погас факел…

Как я не умер в тот момент от страха — не знаю. Я оказался в полной темноте глубоко под землёй рядом с дверью, за которой шевелился кто-то (я ни секунды не сомневался, что мертвецы). Мне было очень, очень страшно. Жутковато было идти куда-то в темноте, но ещё страшнее было оставаться возле опасной двери. Я осторожно пошёл по коридору, придерживаясь рукой скользкой стены. Вся ладонь была вскоре покрыта липкой капающей слизью, но ощущение стены давало хоть какое-то представление о направлении.

Не знаю, сколько я шёл. Но в какой-то момент моя рука зацепилась за металлическую скобу. Я ощупал стену — наверх шёл ряд вбитых в стену ступенек. Я сразу же полез наверх и вскоре оказался этажом выше. Здесь было сухо, но главное — впереди я явно различил свет. Сломя голову, побежал в направлении источника света. Это оказался лежащий на полу догорающий факел. Я быстро подобрал его, расправил схему и посмотрел дальнейший путь — впереди меня ждала запертая дверь с символом в виде круга, потом какой-то мостик, потом отмеченный двумя крестами коридор, лестница наверх и последняя дверь, помеченная двумя вертикальными полосами.

Я быстро побежал по коридору, чтобы успеть уйти как можно дальше, пока факел окончательно не догорит. Опять появилась сырость, вскоре пол оказался покрыт слоем воды. Но, в отличие от нижнего коридора, вода здесь имела течение и, наверное, сливалась через какие-то водоотводы в нижний коридор. Впереди за поворотом коридора показался более яркий свет, я к нему постепенно приближался. Когда я выскочил за поворот, то едва не вскрикнул от неожиданности — с ярким факелом у закрытой двери с нарисованным символом квадрата на корточках сидел Денька Длинный, ковыряясь в замке отмычками.

Он тоже чуть не подпрыгнул при моем появлении, но тут же успокоился и вернулся к своей работе. Рядом с ним в стене были вставлены два запасных факела. Я взял один из них, разжёг от своего уже почти затухшего, и побежал дальше. И буквально через тридцать шагов увидел дверь с белым символом круга.

Потом мы с Денькой Длинным сидели неподалёку и, подначивая друг друга, пытались первыми взломать свои двери отмычками. Удача улыбнулась Деньке — он радостно вскрикнул, подобрал свои вещи и скрылся. Но буквально через полминуты мой замок тоже щёлкнул и поддался. Я очень торопился, в последний раз взглянул на схему, спрятал её в карман и бегом помчался по поднимающемуся постепенно вверх узкому коридору.

По пути я миновал закрытую отмеченную треугольником деревянную дверь — явно чьё-то задание, пока ещё не выполненное. Коридоры стали более широкими и ухоженными — стены из относительно новой каменной кладки были сухими, в стенах иногда встречались горящие факелы. Вскоре показался и мостик — это была надёжная деревянная конструкция, ещё пахнущая свежей древесиной. Мостик был перекинут через широкий жёлоб с быстрой подземной речкой.

На мостике я встретился с бегущим в обратную сторону Кортисом. Он был перепачкан в грязи по уши и выглядел жутко. Не останавливаясь, Кортис кивнул мне и продолжил бег. Внезапно на правой стене я на уровне своей головы увидел решётку, перегораживающую узкий и тёмный лаз. Из лаза тоненькой струйкой в жёлоб на полу текла вонючая тёмная жижа. Но главное — над лазом мелом были нарисованы два креста. Мне нужно туда!

Решётка держалась в стене некрепко и сразу отлетела, когда я использовал деревяшку факела в качестве рычага. Превозмогая брезгливость, я протиснулся в узкий лаз и пополз вперёд. Лаз плавно шёл вверх. Когда я осознал это, то у меня явно прибавилось сил. С удвоенной энергией я стал отталкиваться локтями и ползти. Вскоре к уже ставшим привычными вони и грязи добавилась новая напасть — крысы! Они водились в этой трубе в изобилии, но боялись яркого света — при приближении факела сразу же с писком убегали и прятались в щели.

Крыс я не боялся, я даже с какой-то заинтересованностью следил за их поведением и пытался вслушиваться в их писк. Мне казалось, что я почти-почти могу понять их. Но смысл пока что ускользал, я понимал лишь общий настрой — тревога и страх. Спереди потянуло холодным воздухом, и я понял, что труба вскоре закончится.

Действительно, через несколько десятков метров труба резко выгибалась вверх и заканчивалась решеткой. Я с трудом протиснулся в изгиб и оказался в непростом положении — стенки были очень скользкими, а решётка была на высоте метров трёх. Я не мог до неё дотянуться. Этот участок был самым сложным моментом во всём маршруте. Стиснув зубы, я упирался коленями и локтями и полз вверх, по сантиметрам приближаясь к выходу. Когда я подполз к самому верху, меня поджидал неприятный сюрприз — на решётке висел массивный амбарный замок. Но такие мелочи меня уже не могли остановить — на вскрытие отмычками примитивного замка ушло не более трёх минут.

Грязный, как свинья, я выполз из трубы и попытался сориентироваться. Это был тёмный коридор, тянущийся в обе стороны. Куда бежать? Я крикнул и определил, что с одной стороны имелось сильное эхо, а с другой звук не возвращался. Я побежал в сторону, откуда шло эхо. И почти сразу увидел примитивную лестницу — обычный шест с перекладинами. Пулей я взобрался наверх и оказался возле уходящих наверх высоких каменных ступенек. Я побежал по лестнице наверх.

Она была, кажется, бесконечной — я несколько раз полностью выдыхался и останавливался передохнуть. Ещё через десять минут меня посетила тревожная мысль — ну не может быть лестница такой длинной! Здесь явно что-то было не так. Я остановился и факелом немного закоптил стену. И не сильно удивился, когда через полсотни ступенек опять увидел закопчённую стенку. После этого я пошёл осторожно, внимательно рассматривая каждую ступеньку и стены. И, действительно, уловил момент, когда меня перебросило назад. Магическая ловушка!

На второй раз я отметил для себя эту коварную ступеньку и специально перешагнул её. Сработало! Лестница была, на самом деле, очень короткой — уже через полсотни ступенек я приоткрыл люк и вылез в хорошо освещённый длинный коридор, оказавшись прямо возле помеченной двумя вертикальными полосками двери. Это был финиш. И я, кажется, первый! Осталось открыть последнюю дверь. Я разглядывал последнее препятствие, когда услышал какой-то приближающийся шум и оглянулся. По длинному прямому коридору ко мне неслись наперегонки двое учеников. До них было всего метров сто — сто пятьдесят. Времени на открытие последней двери было в обрез.

Я ещё раз оглядел замок и с силой стукнул ногой в дверь. Доска лопнула, засов едва висел. Второго удара хватило, чтобы вырвать «с мясом» оказавшийся хлипким запор. Я распахнул дверь и оказался в богато обставленной комнате — ковры на полу и на стенах, дорогая мебель. И посредине комнаты на столике стоял подсвечник с пятью свечками и небольшая серебряная шкатулка. Наверное, это и была награда. И я первый!!!

Я оглянулся — на внутренней стороне двери была массивная щеколда. Я усмехнулся и запер за собой дверь. В дверь почти тут же забарабанили, она затряслась от многочисленных ударов. Но внутренний засов оказался крепким.