К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке. - Леонид Медведко

Другая особенность нового этапа национально-освободительной борьбы состояла в перемещении ее центра тяжести из Кувейта и Бахрейна в новый нефтяной султанат Оман.

Развитие национально-освободительного движения в Омане можно условно разделить на несколько этапов. На первом этапе, начавшемся в середине 50-х годов, вооруженная борьба народа Омана против английских оккупантов проходила под руководством имама Галеба. Движение хотя и носило антиимпериалистический характер, имело ярко выраженную феодально-религиозную окраску В то же время оно в значительной степени было связано с конкурентной борьбой в этом районе иностранных нефтяных компаний Это движение преследовало ограниченные, чисто националистические цели, отвечавшие интересам феодально-религиозной верхушки, а не народных масс в целом. Тем не менее даже на первом этапе борьбы английским колонизаторам был нанесен серьезный удар. Развязанная ими агрессивная война против народа Омана не принесла им победы.

Справедливая борьба оманского народа встретила поддержку всех арабских государств. Вооруженная интервенция английских колонизаторов была решительно осуждена Лигой арабских стран, а также специальным политическим комитетом ООН, который большинством голосов принял в декабре 1961 года резолюцию стран Азии и Африки, осуждавшую английскую агрессию в Омане и требовавшую вывода из страны оккупационных войск. Аналогичная резолюция была затем выработана специальным комитетом, созданным для изучения вопроса об Омане. И хотя закулисные маневры колонизаторов помешали принятию этих резолюций на Генеральной Ассамблее ООН, само обсуждение этого вопроса в комитетах ООН и неоднократное включение его в повестку дня очередных сессий Генеральной Ассамблеи способствовали дальнейшему развитию освободительного движения в Омане.

В немалой степени возникновению и развитию этого движения на первом этапе способствовало также то обстоятельство, что после обнаружения нефти на южных склонах Западного Хаджара обострился конфликт из-за оазиса Бурайми между Маскатом и Абу-Даби, с одной стороны, и Саудовской Аравией— с другой. За спиной Маската и Абу-Даби стояла английская нефтяная компания «Ирак петролеум компании» (ИПК), а за Саудовской, Аравией — американская компания АРАМКО. Победу тогда одержали англичане, которые силой завладели всеми девятью оазисами Бурайми, из которых шесть отошли к Абу-Даби и три к Маскату. В ответ на это Саудовская Аравия решила поддержать имама Галеба и стала оказывать ему помощь в борьбе против султана Маската и англичан.

Американские нефтяные компании, пытаясь взять реванш, нанесли по своим соперникам «удар с тыла», добившись права на разведку нефти непосредственно в Омане, в его западной провинции Дофар. Этот «нефтяной фон», на котором развивался первый этап освободительного движения в Омане, обусловил и его слабые стороны.

В 1963 году восстание перекинулось в Дофар. Оно носило сначала стихийный характер и не выходило за рамки межплеменной, междоусобной борьбы, за кулисами которой стояли определенные феодальные круги и соперничающие между собой иностранные нефтяные компании. Как и в, горном Омане, движение в Дофаре на первом этапе не имело какой-либо законченной программы, преследовало цели не уничтожения колониального господства и связанного с ним феодально-теократического режима, а лишь его замену.

Не случайно центр освободительной борьбы переместился в западную провинцию Омана, непосредственно примыкавшую к Южному Йемену, именно во второй половине 60-х годов. Когда там начали выкорчевывать остатки колониализма, ликвидировать привилегии; султанов и шейхов, раздавать земли крестьянам, провинция Дофар и весь Оман все еще оставались самыми глухими и отсталыми районами на земном шаре, где сохранилось рабство и феодализм вперемешку.

В провинциальном центре Салале на 10 тысяч жителей приходилось около 3 тысяч рабов, считавшихся собственностью султана и других богачей. Население Дофара (приблизительно около 200 тысяч, человек) жило, как в резервации.

На фоне проводившихся широких социальных преобразований в соседних провинциях Южного Йемена, откуда были изгнаны не только колонизаторы, но и местные эксплуататоры — султаны, эмиры и шейхи, бесправие и беспросветная нищета населения Дофара являли собой особенно разительный контраст.

Нигде в арабском мире не созрели такие условия для вооруженного восстания против тирании, как в Дофаре, признавал французский журнал «Монд дипломатия» Именно поэтому он стал «самой горячей точкой прямой конфронтации, принявшей форму вооруженной борьбы между силами архаизма и революции»[233].

Вооруженное восстание, начавшееся в Дофаре в июне 1965 года, знаменовало собой начало нового этапа национально-освободительного движения в зоне Персидского залива. Наряду с развертыванием партизанской борьбы в горных районах Дофара в последующие годы происходила консолидация патриотических сил во главе с Народным фронтом освобождения Омана (НФОО).

Убедившись в провале попыток подорвать движение изнутри, султан Кабус по рекомендации английских советников начал широкое наступление на партизан, бросив против них самолеты и специальные отборные десантные подразделения, которые срочно были переброшены для поддержки султана непосредственно из Англии

«Война, которую английские вооруженные силы ведут против прогрессивных арабских сил в провинции Дофар в Омане,— признавала лондонская «Санди таймс» летом 1972 года,— это целиком английская война, которая без британского участия закончилась бы в несколько дней». В свою очередь американский журнал «Ю. С. Ньюс энд Уорлд рипорт» почти в то же время писал: «Не будь там английских офицеров и летчиков .. партизаны, очевидно, захватили бы власть в свои руки».

В течение 1972 года султанские войска были значительно усилены за счет поступления дополнительной военной техники и подкреплений не только из Англии, но и из Ирана. Они осуществили широкие карательные операции против партизан Дофара. Одновременно были предприняты рейды в приграничные районы НДРЙ, которые подвергались бомбардировке с воздуха и артобстрелу с моря. Эти операции, проводимые при поддержке английских самолетов и кораблей, преследовали цель отрезать партизан и освобожденные районы Дофара от их основных баз снабжения. Они сочетались с одновременной активизацией подрывной деятельности и вторжением на территорию НДРЙ сил наемников со стороны Саудовской Аравии.

В район Дофара были стянуты крупные силы султанской армии, численность которой за один год была увеличена вдвое. Соотношение сил в Дофаре заметно изменилось в пользу реакции.

Однако патриоты Дофара, которые более десяти лет под руководством Народного фронта освобождения Омана ведут героическую борьбу за свободу и независимость своей страны, не сложили оружие. Даже после предпринятого в начале 1975 года карателями и наемными войсками широкого наступления патриоты продолжали контролировать значительную часть территории провинции Дофар. Вместе с тем журнал «Миддл Ист интернэшнл» отмечал, что «полная зависимость султана от иностранной помощи» поставила его фактически в изоляцию среди арабских государств[234]. Это было убедительно продемонстрировано на совещании глав арабских государств и правительств в Рабате в 1974 году, которые единодушно осудили присутствие иностранных войск в Омане.

Изоляция Кабуса еще более усилилась и в арабском и в мусульманском мире после того, как султан — единственный из всех арабских монархов — отказался присоединиться к общеарабским санкциям против режима Садата за его соучастие в неоколониалистском заговоре против арабских народов.

Хотя в 1976—1979 годах султану при активной поддержке империалистов и реакции удалось несколько ослабить партизанское движение в Дофаре, освободительная революция развивается. Патриоты Омана, Бахрейна и других княжеств Персидского залива продолжают борьбу за полное искоренение остатков колониализма, за укрепление независимости, за свободу и социальный прогресс.

ГЛАВА VI. СЮРПРИЗЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ ОКТЯБРЬСКОЙ ВОЙНЫ

Из всех трудных решений, которые когда-либо приходилось принимать израильскому премьер-министру Голде Меир за ее долгую политическую жизнь (другой жизни у нее не было, с тех пор как она эмигрировала в Палестину, оставив в Америке мужа и детей), безусловно, самым нелегким было отказаться от принятия решения нанести по Египту и Сирии «превентивный удар», вопреки настойчивым требованиям начальника генерального штаба Элазара. Перед тем как прийти на ночное заседание «малого кабинета», генерал Элазар с одобрения министра обороны Даяна утром 5 октября 1973 года отдал приказ о приведении армии в полную боевую готовность. Израильские вооруженные силы по первому сигналу готовы были начать войну. Но «политики» не вняли требованиям Элазара. Даже «хитрая лиса» Даян в последнюю минуту переметнулся на сторону Голды Меир, которая ратовала за «выдержку».