Стратегия: Русский Союз - Вадим Денисов

— А ты чего ожидал, дорогой? — он хитро посмотрел на меня. — Ош? Хорезм? Бухара? У нас новый мир, в нём и жить нужно по-новому, интернационально, ваши спецы всегда меня этому учили… Санта-Барбара! У меня дома весь сериал был, понимаешь? Все серии! Санта-Барбара!

Мне примерещился удивительный микс из "Белого солнца пустыни" и старых спагетти-вестернов: низкое дощатое здание офиса автозаправки на высоком каменном фундаменте, прилепленная сбоку чайхана, жаровня под навесом, остовы брошенных машин, старая резина навалом… Чисто выбритый Алшымбай в бейсболке и джинсовом комбезе, сидящий на деревянном парапете возле входа и от скуки мучающий губную гармошку.

И заунывный переливающийся парафраз над сонной саванной…

Ну что же.

Докладываю! Сто второй километр трассы "Пакистанка".

Чистая зона. Узбекско-уйгурский городок "Санта-Барбара".

Операция "Рассвет" продолжается.

"Кастет", имперский сталкер, не меньше.

Нам пришлось вернуться, когда мы услышали позади разрывы.

От, трахома, вроде же только что всё чистанули, всего четыре километра трассы прошли, всё ништяк было. Да что там опять за незадачка?

Сомов повернул направо, медленно прошёл между веток, заглушил двигатель, квадр встал как раз под кустами какого-то мелкого орешника, нормально, и тень есть, и машину не заметно.

— Я сбегаю к горке, гляну, — предложил я.

"Горка" это по инерции, нет тут никаких горок, вот такой холмик, в лучшем случае, — всего на два метра выше среднего уровня местности, но и этого хватает, нас не видно. Правда, и мы не видим.

— Давай, Костя, жми, только без гагарина, на цырлах, — досадливо согласился Гоблин. — Я пока с Русланом свяжусь.

А я и не хочу подвигов, надоело, устали мы все, навоевались на год вперёд.

— Может, винт возьмёшь?

— Не, со своим.

До плоской высотки было всего метров пятьсот, мне их проскочить — так, ноги размять, только в пользу, меньше сала будет, гы… Не склонен, господа, не склонен. Пролетел быстро, даже снарягу не растряс. Последние метры хотел по привычке ползком пройти, но вспомнил, вовремя одумался. Тут ползать порой совсем не комильфо, колючки какие-то раскиданы, листья острые, что-то типа кактусятины, сдуру быстро иголок в ляжки насажаешь.

Хорошо, что есть у нас Монгол, умный да опытный.

Он вообще по Дикому Полю среди сталкеров самый спец, страшно и сказать, сколько они тут с Демченко дней и ночей провели, вышибая наиболее опасных да буйных. И, если Серёга всё больше по сладкой и горькой дипломатии специализировался, разводя местных вождей и вождяриков на разные "проекты", а когда и откровенно стравливая из между собой, то тихушный, но реально свирепый в деле татарин Бикмеев реально же бил по дурным бошкам, воюя то за одних, то за других — от ситуации и целей. В итоге, во многом благодаря этому мы и получили первые чистые десятки километров Пакистанки, да.

Монгол, кстати, в броне едет, армейцы недавно подобрали мужика, набегался он савраской до полного падежа. Прилёг Шамилька в корме под бронелистом на сложенном самостройном тенте для крыши БТР-а и мочит, представляете, как его укатало.

Он нас и научил — никаких краг, только кевларовые перчатки с полуоткрытым верхом.

На мне именно такие, потому я просто встал на четвереньки и паучком низенько так пробежал к обрезу, посмотрел под себя, упал, уф…

И что мы имеем плохого?

До дороги километр на север. Наша колонна на ней в полутора к северо-западу.

Злой вражина гораздо ближе, трахома, постреливает из укрытий. С "лафлика" по направлению изредка лупит крупнокалиберный пулемёт, одиночными, "Гочкис" у бельгийцев тоже устал. А ДШК у нас гордый, молчит пока. Остальные операторы тоже пока молчат, выжидают момент, решают тактические задачки.

Тут речка течёт, вся извилистая, кривущая, её и обозначили на карте, как "Кривая речка", Шамиль так прозвал. И ложбина имеется, даже лог, от меня до него метров шестьсот. Вот там они и засели, сидят, точат кинжалы. И что? Атаковать под дымом, пройти с флангов? Бероев не будет, у нас уже пять раненых и один двухсотый, Лёха Зорин погиб, пацан из второго взвода.

Один из трёхсотых тяжёлый, и ещё хрен знает, вытащат бельгийца медики, или нет. Медсанчасть встала на Санта-Барбаре — это Юрец нам такое название "опорки" сообщил, полный угар. Хорошо, там бортовая машина стояла, Вотяков сразу пнул в нашу сторону, вывезли парня, сейчас над ним лепилы колдуют. И ведь санрейсом не увезти, не транспортабелен бельгиец таким способом, в "Пайпер" носилки не закинешь.

Нет, не будет Бероев.

Переключил рацию на первый канал, чтобы в гарнитуре слышать переговоры Сомова с командирами колонны. Пш-шш…

— И много их там?

— Да хэзэ, Руслан, пока без числа, Кастет смотрит, будем выявлять.

— Сука, у них крупнокалиберный, похоже, есть…

Мне тоже так показалось. По звуку. Хотя пока "крупняк", если он и наличествует, молчит, спрятали. Если это действительно так, то вот вам ещё один чёрный камень в копилку раздумий: точно, есть тут "шоколадка", есть. Точнее, была да сплыла.

Первый раз мы о такой вероятности по косвенным узнали, а вчера Хамис подтвердил. А по-другому насыщенность боеприпасами этого участка Пакистанки, который сами аборигены с западной стороны дороги называют Зона Племён, по аналогии с афганским беспредельным районом, не объяснишь. "Шоколадка" — локальный терминал Канала, точно такой же красавец, что был найден нашим Потаповым. Прозвали так за чёрно-коричневый отлив и чуть скошенный грани тяжёлой плиты.

Вот же где идиотизм селекторов: нормальное племя, завладев "шоколадкой", для начала крепко встало бы на ноги, забило бы для себя Главную Горку, притянула бы к себе других, были бы царями округи. Но сокровище досталось не тем.

Некий Рыжий Саид — очевидный Спасатель не пойми какого роду-племени, — взял плиту исключительно для себя, падла. Конкретного тейпа за ним нет. Вот, поди, найди его теперь, надыбал девайс где-то на севере, глубоко посреди болот, десять месяцев назад заявился с "шоколадкой" на Дикие Земли, а два дня назад на север же и ушёл с тремя нукерами, каким-то образом прознав про начало "Рассвета". Или просто чуйка развитая у товарища, что разумно: такого и должны были Смотрящие отобрать, подготовленного, развитого.

Вот только с личными моральными установками они ошиблись.

Саид решил жить сам, а не париться за общество. Хотя такому Канальчику местные чрезвычайно обрадовались, запасы из локалок, многие из которых стояли неподалёку от Пакистанки, к моменту прибытия Черного Спасателя начали заканчиваться. Сейчас они все девственно чисты — на их базе возникли крошечные посёлки, и то не всегда.