Проект «Ардрэйд» - Доминион Рейн

— Я разбужу, — заверил криминальный босс.

* * *

Сон приснился ужасный. Владимир сражался сразу с шестью быстрыми мутантами. Эти мутанты выглядели уродливо. Двухметровые худые люди с искажёнными лицами. Их глаза были чёрными, словно смоль. Они не выражали вообще ничего. Лица были исхудалыми, будто на череп натянули бледную кожу и хорошо стянули. Вместо зубов выпячивались тонкие и длинные клыки. Такие зубы Невский видел по телевизору у рыб, которые обитают на дне океана на больших глубинах. Тела, как упоминалось выше, были худые. Казалось, что при любом движении мутант непременно развалится. Но, как оказалось, они двигались очень быстро. Можно сказать, на уровне той скорости, на которой иногда передвигается Невский при ускорении активности мозга. Их когти рассекали воздух до воспламенения. Владимир только успевал уходить от ударов, ему не хватало скорости для контратаки. Не узнал, чем закончился сон — его прервал Дмитрий.

— Владимир! — тревожно крикнул Дмитрий.

— Что? — Невский мигом открыл глаза и уже хотел схватить пистолет, но вовремя одумался.

— Кошмар приснился?

— С чего бы?

— Вы кричали во сне. Причём, крик был отчаянным. Будто висели на волоске от смерти.

— Не помню, что снилось, — Владимиру вообще не хотелось обсуждать свои сны с кем-либо. Это его кошмары.

— Мы подъехали. Вон тот самолёт? Ваш? — Дмитрий указал на один единственный самолёт на частной взлётной полосе.

— Возможно. Я пока сам не знаю. Будь добр, — Владимир указал жестом в сторону самолёта.

— Без проблем.

Машина подъехала прямо к трапу самолёта. Владимир поблагодарил Дмитрия и вышел из автомобиля. Дмитрий сразу уехал. Делать ему тут точно нечего. Невского встретил сам Амади. Он выглядел уже бодрее, чем днём. Они поздоровались.

— Где Мира? — спросил жёстко Невский.

— Она спит в машине. Машина вон там стоит. С ней ещё два телохранителя, — Амади указал на джип, который стоял в сотне метров от самолёта.

— Меня ждала?

— Хотела проводить. Я сказал, что ты летишь в Москву.

— Профессор? — Владимир оглянулся в поиске Белова.

— Он в самолёте. Сразу приехал, как я позвонил ему и передал твои слова.

— Хорошо. Твой пилот понял задачу?

— Конечно. Ручаюсь за него, — Амади часто поглядывал на машину. Мало ли. Хоть рядом и был Владимир, но вдруг что случись, то они просто не успеют добежать до машины.

— Иди. Надеюсь, до моего приезда ничего не случится.

— Удачи.

— Ага. Спасибо, — Владимир поднялся на самолёт.

В самолёте оказалось тесновато. Но его миссия была только в доставке. И этот самолёт вполне справится. Невский не стал посещать пилота. Если Амади за него ручается, то пусть так и будет. Профессор сидел на кожаном диване с бокалом вина. По крайней мере запах дорого вина Владимир уловил сразу. Странно, что алкоголь имеет такую сильную диффузию. Белов был одет в военную экипировку, что выглядело очень забавно. Вот только Невский знал, на что способен этот пожилой человек. Союзник, может он и хороший, но вот прикрывать спину — почему-то Владимир не хотел доверить это Николаю Аркадьевичу. Военного опыта у профессора — будто кот наплакал.

— Летишь со мной? — удивлённо спросил Владимир и сел напротив профессора на такое же кресло.

— У нас общая цель. Ты летишь, чтобы спасти свою подругу, а мне они покоя не дают, — профессор отпил сразу полфужера.

— С чего бы крупной богатой организации, которая исполняет заказы только высших эшелонов власти, нужен неприметный преподаватель одного из российских университетов? — Невский наполнил свой фужер вином. Хоть попробует на вкус это дорогое пойло. Будет чем потом перед мажором козырнуть.

— Знаешь про эффект брошенного камня в реку?

— Если подумать, — Невский сделал задумчивый вид, — то всё просто. Сначала река имеет одно течение. Камень создаёт новое течение. Итого выходит два течения. И со временем этот камень, возможно, сможет создать две параллельные реки. И эти реки отнюдь не будут схожи. И что же, по-твоему, за камень, который свёл тебя со столь влиятельной организацией?

— Ты прав. Правильно описал эффект. Даже не думал, что ты будешь способен это рассказать. Не все студенты могут это додумать… Камень, говоришь? Всё просто. Та самая проклятая вилла в Риме. Резня или бойня, версии расходятся. Ты стал знаменитым, а я стал мишенью…

— Бойня произошла довольно давно. Почему именно сейчас принялись за тебя? — Владимир сразу замечал мелкие нюансы.

— Я не знаю. Мне это хочется узнать. Два киллера позавчера пытались меня убить. Не повезло им. Что тут скажешь… На руке у них были татуировки в виде знака равно. Вот я и решил, что сам спрошу у них. А то они спрашивают как-то неразборчиво, — профессор улыбнулся. — И вот позвонил Амади и попросил, чтобы я привёз меч. Я же знаю, что ты будешь использовать меч в самых крайних ситуациях. В кафешке всё вышло совсем не гладко. Много высушенных тел, а одно или даже три принадлежали гражданским лицам. Не подскажешь, кому?

— Официантку я отпустил. Были только жертвы со стороны подкупленных карабинеров. И вряд ли что-то там можно было разобрать. Стены в крови, а тела высушены. Не вам мне читать лекции. Не вас ли я, часом, тогда спасал? — Невскому не хотелось вспоминать тот день. Меч тогда показал наивысшую эффективность, но в то же время, показал, что он является сильнейшим наркотиком. Странно. Оружие даёт тебе самое блаженное состояние и силу. Неважно, в каком состоянии ты.

— Три официанта были разрублены на части. Ты, возможно, не заметил их. Они пытались убежать, но спецназ их загнал обратно. Непонятно зачем. Там был ад. Я могу тебя понять. Тогда мы оба могли умереть. За своё спасение я буду благодарен тебе до конца жизни. Что забавно, вы решаете, когда я умру. Вот такая ирония.

— Ирония будет тогда, когда вы осмелитесь перейти мне дорогу. Может быть, тогда вы и пожалеете о том, что ваше тело может выдерживать большие нагрузки, — Владимир ехидно улыбнулся. — А пока у нас общая цель.

— Что меня непременно радует. У вас есть определённый план?

— Естественно. Мы пролетаем над островом и прыгаем вниз без парашютов, — Владимир улыбнулся над своей гениальностью.

— Высота почти десять километров, — напомнил профессор. — Мы