Записки безумной оптимистки - Дарья Донцова

— Титан — исключительный материал! Он прослужит двадцать пять лет без всяких проблем!

Учитывая тот факт, что маме на момент разговора стукнуло восемьдесят, ход мыслей доктора понятен. Хирурги они такие, слегка практичные.

Мама вытаращила глаза и с гневом заявила:

— Какое безобразие! Нет, ужасная гадость этот ваш титановый сустав!

— Но почему? — изумился Ваза. — Он надежный…

— Ничего себе, — перебила хирурга мать, — прослужит всего двадцать пять лет! Мне придется его по истечении срока менять!

Несмотря на солидный возраст, моя мама сохранила абсолютную детскость души, отсюда и Аделаида фон Бурбон.

Естественно, мы начали звать ее Ада, Адюша, Дюша, Адидас, Адельфан, Дюшес… Кличек тьма, и на все она отзывается.

С самого детства Дюсю преследовали несчастья. Едва оказавшись у мамы дома, она села попой на осу. И мы провели бессонную ночь, пытаясь понять, отчего щенок бьется в истерике. Потом у нее на животе выросла какая-то шишка, и нам пришлось нестись в ветеринарную лечебницу на Каширском шоссе и делать там операцию, не успел отойти наркоз, как у Ады начался сначала отит, потом бронхит, следом понос…Мама баловала Адюсю нещадно, и очень скоро мопсиха, почувствовав свою власть над хозяйкой, превратилась в истеричную капризницу, изводившую Тамару. Творог она ела лишь рыночный, мясо парное, сыр швейцарский… Мама стояла перед Дюшкой на коленях, протягивая той кусочки, но мопсиха воротила нос, требуя деликатесов. Впрочем, приходя к нам, она не брезговала гречневой кашей из Мулиной миски, зато дома оттягивалась по полной программе.

Но тут случилось несчастье, мама сломала ногу, и Ада переехала к нам.

Кстати, не так давно, одна из моих фанаток, завистливо вздохнув, сказала:

— Эй, повезло же Зайке, невесткой самой Дарьи Донцовой стала!

Я должна вам сказать, что когда Наташа и Аркадий стали жить вместе, никто и предположить не мог, что мои детективы будут настолько популярны. И еще, когда моя мама оказалась дома после операции на бедре, я, работающая женщина, хотела нанять сиделку, но Наташка не дала мне этого сделать. Она просто переселилась к Тамаре и стала ухаживать за полузнакомой пожилой женщиной, предоставив мне тем самым возможность писать книги. Кстати, тогда она еще не была моей официальной невесткой, ее брак с Кешей оформился позже. Так-то вот, чтобы иметь в родственниках маршала, надо выйти замуж за солдата. Натуля мой лучший друг, человек, на которого я могу положиться всегда! Она не предаст, не бросит в беде, не оставит меня, если вдруг из писательницы я снова превращусь в репетитора. Натуська любит меня, а не мой успех. Но это так, к слову.

Зайке было тяжело справляться и с мамой, и с Адой, поэтому мопсиха оказалась у нас, вроде как временно.

В первый вечер я поставила на пол три миски, в них лежал рис с мясом. Муля и Черри кинулись трапезничать. Адюша, брезгливо понюхав угощенье, отвернулась. На ее морде ясно читалось:

— Ну и дрянь, однако, я у Тамары и сливочки не пью.

Мульяна, мигом схомячив свою «пайку», подскочила к порции благоприобретенной сестры и разом проглотила весь рис.

Наутро была гречка с кусочком сыра. Ситуация повторилась. Ада сидела с самым капризным выражением на лице, Муля, еле живая от привалившего счастья, лопала вторую порцию.

Где-то в полдень Адюша подошла ко мне и стала нервно тявкать, ей явно хотелось перекусить. Но я развела руками и сказала:

— Знаешь, Дюшон, в большой стае клювом щелкать нельзя, еда у нас появляется два раза в день.

Вечером собаки получили гречку с молоком. Ада сидела у своей миски с самым разнесчастным видом, Мулечка, быстро сообразив, какая у нее теперь радость, мигом проглотила ужин и понеслась к Адюшиной порции. Вдруг Ада зарычала, подняла шерсть на спине вверх и принялась пожирать гречку. Она явно поняла: тут никто ее упрашивать не станет, а, если зазеваешься, то останешься голодной. С тех пор у нас нет никаких проблем. После прогулки, Дюша, сшибая по дороге мебель, несется по коридору в кухню. Она всегда выигрывает гонку, хотя давным-давно стала толще Мулечки. Оказавшись на «пищеблоке», Ада принимается прыгать и ругаться, всем своим видом говоря:

— Дайте мне миску первой, мне, мне, мне.

Мы кормим наших собак нормальной едой: кашей, мясом, творогом. Еще они с удовольствием едят все молочные продукты, естественно обезжиренные, любые овощи и фрукты. Иногда мы балуем их сладким, покупаем специальные собачьи конфеты или даем крекер. Правда, однажды попытались перевести собак на сухие корма. Слов нет, это очень удобно для хозяев. Открыли пакет, вытряхнули сухие катышки в миски и всех делов. Но наши девочки наотрез отказались от коричневых комочков. Тогда я решила купить им собачьи консервы и торжественно приволокла домой банку «Чаппи». Аркадий вскрыл ее, чихнул, потом пробормотал:

— Лично меня совершенно не тянет пробовать этот деликатес, и запашок у него, того, сногсшибательный. Почему собаки должны с радостью глотать то, отчего воротит людей?

Я уставилась на Кешу. Иногда он может такое сказать, что потом начинаешь по-иному смотреть на проблему. Как-то в детстве, измученный моим бесконечным нытьем на тему «надо хорошо кушать», сын воскликнул:

— Мама, скажи, почему Снапик ест, когда он захочет, а я тогда, когда надо?

С тех пор я перестала насильно впихивать в мальчика еду. Он ведь прав, есть следует только, когда ощущаешь голод, а не потому, что пришел час обеда.

— И еще, — бормотал Кеша, роясь ложкой в банке «Чаппи», — кто определяет, что корм для собак стал намного вкусней? Какая Жучка сообщила создателям сей жратвы о своих пристрастиях?

Я рассмеялась, но все равно вытряхнула содержимое банки в миску, пусть разок попробуют.

Через час я глубоко пожалела о содеянном, у наших девочек началась сначала рвота, потом понос. Целых две недели мы приводили нежные собачьи желудки в порядок и зареклись с тех пор пользоваться готовой едой.

Кашу для собак я варю, как для людей. Сначала тщательно мою мясо, готовлю бульон, затем засыпаю аккуратно перебранную гречку, рис, пшенку.

Случаются у нас и смешные казусы. Как-то раз Ада встретила меня на пороге жалобным плачем. Я испугалась, что собака опять заболела, но она привела меня на кухню, села у плиты и завыла в голос. Я увидела, что на конфорке стоит абсолютно пустая кастрюля, в которой мы держим собачью еду, и очень удивилась. Утром сделала псам рис с курицей, на три дня, и где он?

Тут вошел Александр Иванович и сказал:

— У меня аспиранты сидят, завари нам чайку, пожалуйста!

— Может, поужинаете сначала? — предложила я.