Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы - Питер Вронский

и без того была нарушена явственной неприязнью Эйлин к Джерри. Мальчик привязался к добродушной соседке и часто фантазировал, что она – его настоящая мать. У женщины был диабет, и она сильно болела, поэтому вскоре не смогла принимать его у себя. В тот же период Джерри подружился с девочкой-ровесницей, но она умерла от туберкулеза. Он был потрясен ее смертью и долгое время горевал. Три этих события произошли, когда Джерри было всего пять, и по какой-то неведомой причине переплелись у него в сознании – он не мог говорить об одном, не упомянув остальные.

Когда Джерри учился в первом классе, он стащил туфли учительницы у нее из-под стола. Прежде чем он смог унести их домой, его поймали и прилюдно унизили. В другой раз супружеская пара с дочерью-подростком пришли к Брудосам в гости. Девочка плохо себя чувствовала; она прилегла на кровать Джерри и задремала, не снимая туфель на высоких каблуках. Джерри вспоминал, что был потрясен и испытал сексуальное возбуждение при виде этих туфель; он попытался снять их со спящей девочки. Она проснулась и велела Джерри убираться из комнаты.

В школе Джерри был слабым и болезненным ребенком. Он постоянно пропускал уроки из-за простуд и мигреней – голова болела так, что его рвало. Он перенес две операции по восстановлению кровотока в нижних конечностях, на пальцах рук и ног у него была грибковая инфекция. Старший брат Ларри учился на одни пятерки, а Джерри считали неспособным, хотя его IQ был на уровне нормы и даже выше.

Секс в семье Брудосов никогда не обсуждали, и Джерри ни разу не замечал ни малейшей теплоты между родителями. Он рос на ферме и неоднократно становился свидетелем совокуплений между животными, но никогда не ассоциировал связанных с туфлями эротических чувств с человеческой сексуальностью. Для него увлечение туфлями было секретным, запретным – и приносило максимум удовольствия.

Семья часто переезжала, и какое-то время они жили по соседству с другой парой, у которой было много дочерей. Джерри с одним из их братьев проникали к девочкам в комнаты и трогали их одежду. Джерри обнаружил, что прикосновения к женскому белью вызывают у него то же возбуждение, что и туфли. Ему нравилось трогать и нюхать женское белье, бюстгальтеры и чулки. То были загадочные запретные тотемы, пробуждавшие в нем глубокое эротическое чувство, которого он не мог ни понять, ни объяснить.

Джерри Брудос – это следует напомнить, – еще не достиг возраста полового созревания. У многих мальчиков около пяти лет возникает сексуальное влечение к объекту женского пола, но они не понимают, что это за чувство и откуда оно взялось. Поскольку ребенок не знает, что делать с приятными, но одновременно тревожными ощущениями, которые он испытывает, его может «замкнуть» на какой-то другой, параллельный, преходящий и экспериментальный сценарий. Если этот сценарий укрепляется у него в подсознании, формируются фетиши или парафилии: мазохизм или садизм, некрофилия, зоофилия и т. д., которые останутся при нем и дальше. Психологи не могут сказать, что приводит к этому закреплению, но в случае Брудоса причиной могла стать реакция матери на случай с туфлями, которые он принес домой. Сексуальное возбуждение, которое у него тогда возникло, сплелось с чувством вины и гнева, а также с желаниями, преследовавшими его всю оставшуюся жизнь. Несчастья, перенесенные далее, помешали ему их перерасти.

Я не хочу выносить свою оценку гендерным проблемам или альтернативной сексуальной жизни, высказываться о том, что является нормальным и ненормальным, здоровым и нездоровым. Скажем так, что «нормальное» развитие подразумевает постепенное знакомство ребенка с разными степенями сексуального наслаждения при традиционных любовных контактах с представителями противоположного пола: прикосновениях, объятиях, поцелуях, сношениях и т. д. Если это развитие нарушается или «замыкается», человек ищет сексуального удовлетворения в тех сферах, которые сплавлены с сексуальными переживаниями его детства. Так возникает фетиш или парафилия – узконаправленное сексуальное влечение либо к неодушевленным предметам, либо к определенному типу партнеров или действий, сопровождающих секс, которые зачастую исключают наслаждение собственно сексом в любой форме. По научным данным, это преимущественно мужская проблема. (См. Главу 7 о различных типах парафилий.) Парафилии обычно сопровождаются чувством стыда – такого глубокого, что тому, кто его испытывает, проще убить жертву, чем признаться в своем извращенном желании.

Иногда эти ассоциации мелкие и безобидные, они просто ограничивают человека в выборе объектов противоположного пола – он ищет только женщину с длинными ногами, или с определенным типом фигуры, цветом волос, запахом, голосом и т. д.

Но парафилии могут быть и более всеобъемлющими. Например, достаточно распространенная парафилия у гетеросексуальных мужчин, приближающихся к среднему возрасту, – это желание заниматься сексом с транссексуалами: мужчинами, которые выглядят как женщины из-за имплантов груди, но с пенисом. Во многих странах есть целые кварталы, занятые проститутками из этой категории. Почему? Скорее всего, нормальная сексуальная тяга у некоторых мальчиков к противоположному полу в детстве «замыкается» из-за незнакомства с женской анатомией – особенно если в семье у них нет сестер или нет другой возможности посмотреть на обнаженную женщину спереди, в жизни или на изображении (у большинства мужчин, росших до 1970-х, такой возможности и не было). Вместо этого мальчик в воображении обращается к тому, что знает лучше всего – собственному телу. Он представляет женщину с пенисом, и эта фантазия сливается у него с самыми ранними и, вероятно, самыми острыми сексуальными переживаниями. То, что происходит дальше – тайна. Познакомившись с настоящими женскими гениталиями, некоторые мужчины испытывают отвращение, в то время как другие решают, что женщина устроена даже лучше, чем он ожидал, и двигаются дальше. Есть и те, у кого острое детское желание так и остается направленным на женщин с мужскими гениталиями.

Парафилии – мощное явление, так как оно связано с первичным пробуждением сексуальности в детском возрасте, которое ощущается еще не как «секс», а как некая загадочная, очень приятная, но неразрешимая тяга. Некоторые всю жизнь так и гоняются за сексуальным драйвом, испытанным в детстве, но не могут приблизиться к тому исходному ощущению.

В некоторых случаях эти сексуальные ассоциации бывают такими жестокими и всепоглощающими, что представляют опасность для других людей. Они могут быть связаны с садистическими или некрофильскими склонностями, со злобой и унижением – особенно у тех, над кем издевались в детстве. Даже безобидные парафилии могут становиться опасными при определенных обстоятельствах. У Джерри Брудоса не было возможности развиваться в нормальных социальных обстоятельствах, и его почти комический обувной фетиш стал мотивом для жутких убийств. Если у других обувной фетиш остается забавной причудой, у Брудоса он