Пираты Марокко - Юрий Волошин

– Эх, даже прочесть не успели! – с сожалением молвил Пьер.

– А ты смог бы? – спросил Арман. – Ты же не умеешь читать по-арабски.

– Цви наверняка смог бы, верно? – обернулся Пьер к еврею.

Тот утвердительно кивнул, но не отрывал жадного взгляда от трухи на дне ларца. Потом сказал с дрожью в голосе:

– Давай сюда, я погляжу, что там на дне!

Пьер осторожно передал ларец Цви, и тот с остервенением стал копаться в нем. Мелькнули серебряные монеты, но золотых не оказалось. Он судорожно искал, запихивая монеты в складки своих лохмотьев.

Арман вопросительно взглянул на Пьера. Тот кивнул, призывая к молчанию.

– Хоть бы дал сосчитать монеты! – в сердцах прошептал Арман, но Пьер не ответил и стал собираться идти к лагерю, сказав:

– Пошли, Арман. Ужинать пора. Мы и так отощали тут. Скоро будем едва шевелиться.

– Я говорил тебе, что с меня довольно. Что тут искать? Ясно, что ничего мы не найдем. Надо возвращаться в Тегазу.

– Мы подумаем об этом позже, Арман.

Весь следующий день прошел в молчании. В воздухе витал дух отчаяния, недоверия друг к другу и злобы. Цви подозрительно поглядывал на Пьера и Армана, его глаза горели неестественным возбуждением. Похудевший, грязный, со спутанными бородой и волосами, он походил на призрак из страшной сказки.

– Что-то творится с нашим Цви, – промолвил Пьер, обращаясь к Арману.

– Так он же безумный, это знают все, так что ты хочешь от него. Этого надо было ожидать, Пьер. Он еще выкинет какой-нибудь фортель. Его надо опасаться и наблюдать за ним. От таких можно всего ожидать. Связались мы на свою голову с сумасшедшим дураком!

– Теперь нечего рвать на себе волосы, Арман. А понаблюдать и последить за ним и в самом деле стоит. Особенно ночами.

– И хватит отправлять его к колодцу, Пьер. Сами будем ездить туда.

– Ну, там видно будет, а пока можно и повременить с колодцем. На два дня воды нам хватит, а там посмотрим.

Тревожно прошла ночь, но ничего не случилось. Цви был возбужден, находился явно не в своей тарелке, но молча с остервенением копал, нередко бросая злобные взгляды в сторону французов.

– Завтра надо ехать к колодцу, Цви, – сказал Пьер за ужином. Блики от костра зловеще прыгали по лицам изможденных людей. Цви не ответил и продолжал молча жевать сухую лепешку. – Цви, ты слышал, что я сказал?

– Я не поеду. Мне завтра нужно найти клад. Мне было видение, звучал вещий голос с небес. Я верю.

Пьер переглянулся с Арманом, помолчал, потом сказал:

– Ладно, Цви. Раз ты слышал голос, значит, тебе и оставаться. Поеду к колодцу я. Но это рискованно. Я могу не найти дорогу.

– Это легко, Пьер. Дорога заметна, я постоянно в прошлые разы оставлял приметы шагов через двести-триста. Пирамидки камней слева по ходу. Их легко заметить.

– Раз так, то это меняет дело.

Целый день Пьер потратил на то, чтобы добраться до колодца, набрать воды, и вечером он с нетерпением ожидал встречи с друзьями. Но спешить не стал, боясь сбиться с дороги. И так уже смеркалось, а он еще в пути. И хоть Цви уверял, что пирамидки хорошо видны, однако Пьер с трудом их находил и теперь его начал одолевать страх. Он уже забеспокоился, не сбился ли он с пути, когда вдали заметил едва видный свет костра.

Он погнал мехари, и тот едва ускорил ленивый шаг. Но вот свет костра усилился, и Пьер узнал местность. На душе стало легко и радостно.

– Что так поздно? – встал Арман навстречу. – Я уж стал волноваться.

– Я сам волновался, Арман. Уж очень трудно держаться верного направления. Цви немного ошибался, уверяя, что дорогу легко отыскать. Это не совсем так, а мне приходилось ехать медленно. Вот и задержался. Как тут у вас? Как Цви?

– Да вроде нормально, Пьер. Работает как одержимый, но ничего пока не нашел. Но мне он все больше не нравится.

– Уже недолго осталось, Арман. Скоро мы тут закончим и вернемся в Тегазу. Я тоже уверен, что мы зря потратили время и деньги.

– Время точно зря потратили, а относительно денег ты не совсем прав. За саблю и перстень можно выручить намного больше того, что у нас было.

– Дай-то Бог, Арман.

Цви же не обмолвился с ними ни единым словом. Он тупо уставился в одну точку и не обратил даже внимания на Пьера. Дыхание его было прерывисто и поверхностно. Пьер с сожалением поглядел на него, но обращаться с разговорами не стал.

Незадолго до полудня, когда солнце уже просто выжигало мозги, Цви вдруг истошно завопил по-своему, и Пьер с Арманом бросились к нему в траншею.

Тот быстро, по-собачьи, копал руками песок, выбрасывая наверх верблюжьи и человеческие кости. Молча наблюдая за Цви, друзья недоумевали, но он продолжал бешено копать. Появились обрывки тюков, и на солнце, которое стояло в зените, блеснули кристаллы соли. Россыпь мелких кусков и целые небольшие глыбы соли сверкали, резали глаза. Цви яростно сгребал их и запихивал в свои лохмотья. Соль высыпалась на песок, но тот этого не замечал и продолжал свое занятие.

– Он совсем рехнулся, – прошептал Арман.

– Похоже, что ты совсем недалек от истины. Цви! Ты что делаешь? Соль в таком количестве нам не нужна. Успокойся, Цви!

Тот бросил злобный взгляд наверх, сверкнул выпученными глазами. Он что-то прокричал по-еврейски и продолжал сгребать рассыпающиеся кристаллы и обломки.

Потом Цви выскочил из траншеи и бросился к лагерю.

– Что он надумал? – испуганно спросил Арман.

– Сейчас увидим, – ответил Пьер, наблюдая, как Цви лихорадочно собирает вещи, укладывает соль в дерюгу, связывает. Потом он оглянулся, заметил вдали пасущегося мехари и направился быстрым шагом в том направлении.

– Эй! Он, сдается мне, хочет забрать нашего верблюда! Пьер, погляди на этого полоумного! Надо опередить его, а то мы останемся без мехари!

Пьер озабоченно оглянулся, прихватил лопату и вместе с Арманом направился к лагерю.

Тем временем Цви поймал верблюда и потащил его за собой. Друзья в недоумении глядели на то, как он нагружал мехари солью. Потом Пьер подошел и спросил:

– Цви, ты что это задумал?

– Все мое! Наконец-то я нашел! Теперь я богат и могу начать жизнь сначала! Не мешай мне! Ты не имеешь права меня трогать, грязный христианин! Прочь с дороги!

– Э, нет, Цви! Верблюд-то наш, и мы его не желаем тебе отдавать. Что мы будем делать без него? – Пьер схватил повод в руку.

– Прочь, я сказал! Это все мое! Вот тебе алмазы, этого хватит за твоего дохлого верблюда! Получай! – И с этими словами Цви швырнул горсть соли в лицо Пьеру.

– Да что он себе позволяет? – завопил Арман и бросился на помощь товарищу.

Цви выхватил нож и замахнулся им на Пьера. Тот легко уклонился и двинул безумца кулаком в челюсть. Цви рухнул на песок, и губы его окрасились кровью.