Сага о Хелоте из Лангедока - Елена Хаецкая

Греттир вздрогнул: – Куда?

– Ага, ага, испугались! – закричал Гури, фамильярно тыча в Греттира пальцем. – Конечно, вы же у нас бунтарь известный! Участник мятежа, ха-ха!

Соляные копи, принадлежавшие городу Ноттингаму и отданные под отеческий присмотр городских властей во главе с шерифом, находились в пяти часах езды на хорошей лошади от ворот святого Лаврентия.

– А вы знаете, сэр, – очень сдержанно сказал Греттир, – что эти леса кишат разбойниками?

Гури ответил не сразу. Он молчал так долго, что Греттир решил было уж приписать это невежливое молчание очередному чудачеству ненормального валлийца, однако ответ все же прозвучал – и как раз в тот момент, когда Греттир уже перестал ждать.

– Знаю, – уронил Гури. – Но надо же расширять свой кругозор. Новые впечатления, сэр, новые ощущения, новые чувства – я хочу в старости вспоминать как можно больше.

– Но почему шериф отрядил именно вас, сэр?

– И не только отрядил, но и снабдил полномочиями! – Гури помахал в воздухе пергаментом. – Сэр Гай, как вам известно, занят с солдатами. Сэр Гарсеран... гм... Ну, сами знаете. Вас он просить не решился, из уважения к вашей знатности... А может быть, снисходя к вашей молодости, мой друг.

Тэм Гили мялся за спиной своего господина. Наконец он отважился:

– Сэр...

Гури резко обернулся к мальчику:

– Ну, что еще?

– А я, сэр? Я поеду с вами?

– Гм... Ну что ж... и ты тоже... Стало быть, две лошади.

К немалому удивлению Греттира, Тэм Гили в ответ на взор своего господина расцвел обожающей улыбкой и умчался на конюшню. Перекошенное лицо Гури было на удивление задумчивым. Он свернул свой документ в трубку, сунул его за пазуху и поднялся.

– Счастливо оставаться, сэр, – сказал он Греттиру и вышел.

Соляные копи открылись всадникам с высокого холма. От пронзительной белизны белых уступов заломило глаза. Фигуры людей облепили их, как мухи сахарную голову. По гребням отвалов наверху маячили фигуры вооруженных стражников. На самом дне горной выработки были грязные мелкие лужи. Сюда и отправляли тех, кого необходимо было по тем или иным соображениям загнать в могилу кратчайшим путем. Соль – богатство города.

Тэм Гили, который не попал сюда только потому, что один расточительный валлиец перекупил его у конвоя, подъехал к Длинноволосому поближе. Тот негромко спросил:

– Что, Тэм, страшно?

Тэм кивнул безмолвно. У него уже постукивали зубы. Словно угадав это, Гури больно сжал ему пальцы, а затем тяжело вздохнул и тронул коня, начав медленно спускаться по уступам. Его спутник следовал за ним.

Навстречу высокородному лорду, гремя шпорами о крутые и ветхие деревянные ступени, поднялся молодцеватый начальник стражи. Гури спешился, махнув рукой Тэму, чтобы тот сделал то же самое, и вынул из-за пазухи свиток. Начальник торжественно развернул документ, но даже не стал делать вид, будто читает, а бросил взгляд на печать и, признав ее подлинной, столь же торжественно вернул свиток Длинноволосому.

– Рад приветствовать вас, сэр, – сказал он. – Я имею честь видеть Гури С-Волосами-Как-Конская-Сбруя, не так ли? Счастлив. Решительно счастлив.

Он прижал к сердцу руки и низко поклонился. Гури хмыкнул.

– Вот именно, – сказал он. – Это мое имя. Вы знаете валлийский?

– О нет, не смею похвастаться... – Начальник стражи расцвел. – А чем обязан?..

– Кратко изложу вам цель моей миссии, уважаемый. Знаете ли, не стану скрывать: шерифу до сих пор не известно, кто убил сборщика налогов. Правда, один из бунтарей под пытками проговорился, будто зачинщики уже здесь, на соляных копях. Прикндываются обычными бунтовщиками, серенькими мышками. Мол, как все, так и мы. А показательная казнь для подстрекателей? Вы понимаете, о чем я говорю. Это очень важно. Таково мнение сэра Ральфа, шерифа Ноттингамского.

– Я целиком и полностью согласен с сэром Ральфом. Вы надеетесь отыскать здесь главарей?

– Разумеется, – сказал Гури. – Для того и направлен.

– Прошу, – сказал начальник стражи.

Дюжий стражник, вызванный с поста, взял на себя заботу о лошадях. Все трое – начальник стражи, Гури и Тэм, жмущийся к валлийцу, – спустились по ступенькам до горизонта, где велись работы. Яркая белизна, высвеченная солнцем, болезненно резала глаза. Навстречу то и дело попадались грязные личности с тачками. Тэм заметил, что руки и ноги у них изъедены язвами, и до крови прикусил губу.

Гури был полон энтузиазма. Он с удовольствием осматривал выработку. Когда они остановились у штольни, вход в которую был кое-как укреплен вертикальными столбами, Гури радостно полез туда и лишь в самую последнюю секунду был ухвачен за плащ и почтительно извлечен наружу начальником стражи.

– В чем дело, милейший? – осведомился Гури. Одна щека у него была уже белой.

– Не стоит вам туда ходить, сэр, – пояснил начальник стражи, тщательно подбирая выражения.

– Милостивый государь, – гордо заявил Гури, – я никогда еще не лазил в штольни. Вы что, хотите лишить меня нового ощущения?

– Видите ли, там опасно. Может обвалиться в любую минуту.

– Обвалиться? Да ведь там кто-то работает, а? – упрямился Гури.

– Ну и что с того, что работает? – возразил начальник стражи. – Весь вопрос ведь в том, НА КОГО обвалится. Мне разрешено иметь столько-то трупов на тонну соли. Это нормально и от этого никому не будет хуже. Другое дело – вы, сэр. Простите, что я вынужден был предположить самую возможность несчастья.

Они спустились по лесенке еще ниже. Здесь уступы были намного шире. В одном месте, где, видимо, случился обвал, была навалена груда камней.

– Соль дороже золота, – рассуждал начальник стражи. – Без соли никуда. Верно я говорю? Соль – она всем нужна. Недаром и Господь наш говорил: «Вы – соль земли».

– Он говорил это отнюдь не вам, милейший, – заметил Длинноволосый.

Начальник обиделся, но Гури уже заинтересовался обвалом, и бедняге пришлось проглотить это замечание. Спорить с валлийцем не приходилось – о нем и его подвигах все уже были наслышаны. Поэтому, подумав, начальник стражи заговорил вновь:

– Да и добывать ее труднее, чем золото.

– А много народу у вас тут гибнет? – поинтересовался Гури, проводив глазами очередную личность с тачкой.

«Босяк – он и есть босяк, – подумал начальник стражи, – даром что лорд и известный герой». Вслух же сказал:

– Порядком. – И лицо его стало таким суровым, будто он потерял здесь всех своих близких и сам ожидает подобной же участи.

– А где вы их хороните?

– Есть тут одно кладбище... Но их, как правило, хоронить не приходится... – Начальник стражи выразительно покосился на обвал.

– Скажите, – продолжал свои расспросы Гури Длинноволосый, сталкивая вниз камешки носком сапога, – а случались тут у вас побеги?