Спорим? - Юлия И. Леманн

уж что будет после нашего разговора, зависит от того, что она мне скажет и как встретит. Оставалось надеяться, что у нее и в самом деле будет что сказать.

И об этом я успел ни раз подумать, за то время, что не слышал и не видел ее, так как Раиса, моя бабушка, жила в довольно уединенном месте, постоянно утверждая, что устает от людей и их чрезмерной глупости и напыщенности, и телефон, в очередной раз покинул меня, отказавшись работать так далеко от цивилизации и, оставив один на один с моими внутренними демонами.

Именно подобное уединение, а так же утверждения Тоши, что я болван, раз не поговорил с Никой и не до конца разобрался в ситуации, помогли мне быстро вернуть душевное равновесие.

Может я и дурак, конечно, но я никак не мог поверить, что Ника могла променять меня. И не важно на кого, важно то, что именно меня она променять не могла. В конце концов, я ведь не тащил клещами из нее признания в любви, а подобными фразами эта девушка не разбрасывается. По ней это видно, и именно поэтому услышать добровольное признание оказалось настолько важно и радостно для меня.

А еще, под конец третьего дня нашего пребывания у Раисы, я отметил, что и Тоня как-то преобразилась, что-то решив для себя. Жаль только, что решила она это что-то слишком поздно, так как, прекрасно зная ее мать, я не сомневался, что теперь моему рыжику никуда не деться от уготованных для нее планов.

— Тош, завтра с утра домой, — улыбнулся я, нежась в шезлонге под едва греющими лучами заходящего солнца и, сквозь прищуренные глаза, поглядывая на подругу.

— Хочу жить тут вечно, — простонала она, переворачиваясь на живот. — Давай еще побудем?

— Не могу больше, — сознался, любуясь расцветшей на ее губах улыбкой.

— Соскучился?

— Можно и так сказать, — хмыкнул я, и во избежание ее шуточек, поднялся с шезлонга, направляясь в дом. Нужно было собрать вещи.

Вернувшись в город, проигнорировал телефонные звонки и тут же направился к Нике, немного разочаровавшись, когда мне сказали, что ее нет. Я уж собирался откланяться и ехать вылавливать ее в институте, но ее родители и слышать ничего не хотели, затащив меня в квартиру и предложив подождать ее дома.

Ну что ж, дома, так дома.

Ника

Я все еще улыбалась, когда открывала дверь квартиры. Даша и Лекс неподражаемы! И как у моей подруги хватило фантазии нарисовать такой шедевр у Лекса на плече? А, то, что они устроили в столовой, было поистине феерично и вырвало меня из раздумий о том, куда делся Тема.

Он словно в воздухе растворился.

Признаться, я одновременно радовалась, что объяснения оттягиваются, так как не была уверена, что Артем поверит правде и в то же время злилась на него. Ну, зачем он уехал? Неужели так сложно было разобраться сразу?

Мысль, что он мог меня ударить и в голову не приходила. Максимум накричать, сжать, даже встряхнуть, но не ударить. По Артему видно, что он никогда не поднимет руку на девушку, и это еще одна составляющая, дарящая мне уверенность в нем.

И все же я точно знала, что он скоро приедет ко мне. Чувствовала. Да я бы и сама к нему приехала, если б имела хоть малейшее понятие, где он. Но, к сожалению, подобной информацией я не располагала.

Постаравшись выкинуть из головы ненужные мысли, портящие мне настроение, не здороваясь с родителями и лишь показав язык выглянувшему на шум брату, проплыла в свою комнату, краем глаза отметив, как хитро тот улыбается.

И что на него нашло?

Подобная улыбка на устах моего братика не к добру! Уж слишком она для него нетипична. Артем более уравновешен, спокоен. Да он весь из себя такой взрослый и важный, что аж бесит иногда, а тут вдруг какое-то выражение детского превосходства на лице!

Почувствовав подлянку, все же не смогла определить, откуда ждать подвоха и поспешила ретироваться в комнату для обдумывания ситуации.

Щелкнув свет, стянула с себя легкое платье, оставаясь в кружевных трусиках и лифчике, и уже собиралась избавиться и от него, как из-за спины раздался тягучий, слегка хрипловатый, насмешливый голос, пославший тысячу мурашек гулять по моему телу.

— Не так быстро сладкая, а то мы не поговорим.

Резко обернувшись, не смогла подавить возгласа радости при виде сидящего в кресле парня, и совершенно упустив то, что Тема может быть все еще зол, из-за того ненастоящего поцелуя, бросилась к нему на колени, тут же обвив шею руками и покрыв лицо легкими поцелуями.

— Пришел, — все еще не веря, что Тема и в самом деле находится в моей комнате, прошептала, не спуская с него глаз.

— Ждала?

— Очень, — кинула, и не думая прикрываться гордостью. К черту ее, у меня тут любимый мужчина, между прочим! — Тем, я с ним не целовалась, мы просто дружим, а то, что ты видел, было для Алисы! А Алиса такая стерва! — стала перескакивать с темы на тему, стараясь успеть высказаться, — и Даня очень переживает, что мы из-за него поругались, и вообще, я вас познакомить хотела, — все время своего сбивчивого монолога я не прекращала целовать его лицо, и лихорадочно гладить шею и плечи, боясь отпустить. Вот вроде всего четыре дня прошло, а я без возможности хотя бы голос его услышать, чуть от тоски не вешалась! — А еще очень скучала, ты зачем уехал? Куда? С кем? А ты скучал?

— Ника, — хмыкнул Тема, и прижал меня к себе, — спокойней. Я успокоился и готов тебя выслушать, так что не нужно так торопиться. И да, скучал.

Замерла, наслаждаясь приятными ощущениями. Моя реакция меня саму ничуть не смутила, потому что я понимала Тему. Просто представила, что бы испытала, поцелуй он другую, и сразу поняла, как ему было сложно сдержаться. Не уверена, что на его месте смогла бы обойтись без истерики, и за то, что он дал возможность нам остыть и выйти из ситуации без ненужных потерь, была до безумия благодарна, хоть и скучала сильно.

— Тем, прости, — прошептала ему в шею, касаясь ее своим дыханием. — Знаю, как это со стороны выглядело, но Даня и в самом деле только друг, хороший друг, с которым я хотела вас познакомить, и как раз для этого позвала в кафе.

— А целовала зачем? — перебирая мои волосы, поинтересовался Артем.

— Я не целовала, лишь приблизилась, чтоб со стороны так показалось.

— Кому?

— Его бывшей. Знаешь, она оказалась в том же кафе и