Древний Магикон (СИ) - Забаре Алексан де

— Корякина!

Казалось, Аня никак не отреагировала на свою пару. Она лишь повернулась услышав свою фамилию, потом с тем же безразличным лицом повернулась к толпе девочек, собравшихся на двух задних партах, и продолжила разговор.

Саша не понял, воспользовался Артём его же хитростью или ему действительно повезло, но так или иначе, он вытянул себе в пару Киру Горину.

За час до начала осеннего бала Саша уже стоял у дома Ани. Они договорились, что парень зайдет за ней. Захаров очень сильно волновался, ведь он решился во что бы то ни стало обязательно объясниться с Аней. И как казалось ему, выбрал самый лучший момент, а именно по дороге в школу в день мероприятия. Классический костюм придавал ему уверенности — черные классические брюки со стрелкой, черные туфли, идеально выглаженная рубашка белого цвета с голубоватым отливом, завершал этот не обычный для Сашиной повседневности образ галстук в серо-черную косую полоску. Было тепло, поэтому пиджак Саша не надел, а держал его рукой, перекинув за спину через плечо.

Саша прождал Аню ещё пятнадцать минут, в которые он ходил по дороге из стороны в сторону, нервно поправлял галстук и всё прокручивал в голове их разговор. Он придумал десятки вариантов, как признается Ани, что любит её, и каждый раз находил в этих вариантах слабые стороны, находил их глупыми и отметал один за другим. Когда Аня наконец выбежала, все варианты у Саши в голове перемешались. Он лишь приоткрыл рот, сердце его забилось ещё сильнее.

Аня и так была весьма симпатичной и эффектной девушкой, для Саши так вообще самой красивой, но сейчас она была и впрямь неотразима. Белые, с легким желтоватым отливом, волосы спадали вьющимися длинными локонами до лопаток, по бокам прядки были ещё сильнее завиты и красиво пружинились. Бледно-голубое платье выгодно подчеркивало тонкую фигуру девушки, нижняя часть платья, начиная от талии спадала до колен немного пышной гармошкой. Платье было с длинными прозрачными рукавами, украшенными мелким синими цветочками. Синие замшевые туфельки отлично гармонировали с общим видом. Обычно, серо-голубые глаза девушки превратились в пронзительные бледно-голубые, пронизывающие своим холодом.

Девушка зацокала по асфальту своими каблучками и весело поприветствовала Сашу:

— Привет. Ооо! Не помню, когда в последний раз видела тебя в костюме. И вообще видела ли? — Аня заулыбалась и хихикнула.

— Спа… Спасибо, — сбивчиво ответил Саша. — Ты очень прив… прикольная.

Сказав это, Саша чуть не стукнул себя по голове со всей силы: «Боже! Какой идиот! Совсем баран. Прикольная, надо же было сказать. Оооо!». И всё-же собравшись с мыслью, он натужно выдавил из себя комплимент:

— Тебе очень идёт платье. Красивое. И ты тоже.

Саша снова мысленно себя обругал и покраснел ещё больше.

Аня лишь кокетливо улыбнулась. Они прошли уже почти половину пути до школы и разговаривали о всякой ерунде, прежде чем Саша всё-таки решился начать свои объяснения. Приветливость Ани свидетельствовало о том, что у девушки хорошее настроение и это успокаивало Сашу. Кроме того, парень вспомнил, что теперь он знаменит в магическом сообществе, у него великолепные перспективы, кроме того, он сильный маг сам по себе, делает успехи на тренировках. Да и в светской школе он стал вести себя более уверенно, он чувствовал теперь за собой силу и занял своё место в числе авторитетных ребят, к чьему мнению прислушиваются. «У меня есть всё, чтобы считаться отличным парнем!» — подумал Саша и начал:

— Ань, слушай, мне нужно тебе кое-что сказать.

Аня с интересом повернулась к Саша, при этом не останавливаясь и продолжая идти.

— Ты очень часто говорила, что мы с Артёмом стали для тебя друзьями. Да и вообще, для тебя друзья и одноклассники как братья. И ты говорила, что нельзя встречаться с братьями. Э…

«Оооо! — Саша мысленно завопил, — да что же я несу? Совсем не так! Не то!»

— Ты о чем? — вдруг сбавив шаг и почти остановившись, спросила Аня. Она заглянула Саши в глаза, — Саша, ты меня пугаешь. Ты к чему всё это?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Просто мне интересно, почему у тебя такая позиция? — неуверенно спросил Саша, и снова выругал себя за трусость, за то, что стал оправдываться и отступать.

— Потому, что вы для меня уже друзья. Я каждый день вижу вас, друзей, одноклассников. Знаю со всех сторон. Как можно встречаться? Не понимаю. Я никак не могу представить кого-то из одноклассников в роли своего парня.

— Ясно, — тихо проговорил Саша и ускорил шаг.

— Тааак! Постой! — скомандовала Аня и быстро застучала своими каблучками, догоняя Сашу. — А ну ка говори, я нравлюсь кому-то из одноклассников? Саша, говори! Это Артём? Или Борис? Или Семёнов, да? Я замечала, что он в последнее время как-то странно на меня смотрит.

— Я не знаю, правда. Я просто спросил.

«Да что же ты за червяк такой?» — снова обругал себя Саша. «Чего стоит моя сила, мои перспективы и популярность, если я трус? Если не могу сказать даже о том, что у меня на душе? Искренно сказать это той, которую люблю! Зачем тогда эта любовь, если не говорить о ней?!» и вдруг Саше в голову пришла известная цитата из романа Достоевского: «Тварь ли я дрожащая или право имею…?», и парень улыбнулся, что Раскольников о таких пустяках, как признание в любви даже не думал, у него вопрос по серьезнее был, а он тут, Саша, не может в чувствах признаться.

— Это я, — наконец громко произнёс Саша, но голос его дрогнул.

— Что ты? — не поняла Аня.

— Аня, это я тот одноклассник. Я …, ты… э… — Саша не мог решить, как лучше сказать, «я люблю тебя» или «ты мне нравишься», первое звучит очень сильно, второе как-то не серьезно.

Наконец, он решился:

— Аня, ты мне очень сильно нравишься! Очень сильно и уже давно.

Аня словно онемела. Она стала немного приоткрывать рот, словно вот-вот собираясь что-то сказать, но не решалась. С одной стороны, ей, как и любой девушке, льстило подобное признание, с другой, она и правда, никогда не думала о Саше как о парне. Он всегда был другом. Кроме того, Аня ещё помнила Эрика и не оправилась после того, как узнала, что произошло с ним на самом деле. И теперь, даже если допустить мысль, что с Сашей может что-то получиться, она считала, что это будет предательством по отношению к Эрику. Ещё рано, очень рано. Аня не могла ответить Саше взаимностью, и теперь она приняла окончательное решение, что даже предположить и дать надежду на появление этой взаимности она не сможет. Но как не обидеть его и помягче всё объяснить? — её занимала теперь только эта задача и она осторожно начала:

— Саш, ты очень хороший парень. Милый и заботливый. Верный. Симпатичный.

— Но у нас ничего не выйдет, потому что мы одноклассники и друзья? — перебил вдруг Саша. — Это банально, начинать хвалить, перечислять мои достоинства, которые нафиг никому не нужны. Никому не нужны хорошие и заботливые!

Саша резко отвернулся от Ани. Девушка тихонько тронула его за плечо, поворачивая к себе и заглянула ему прямо в глаза. Словно прочувствовав все эмоции Саши, ей самой вдруг стало как-то больно и печально от выражения его глаз.

— Нет, всё не так, — вкрадчиво начала Аня, — я всё ещё люблю Эрика. Я не могу, это предательство. И да, ты хороший и милый, но ты мне друг. Ничего больше …

Саша вдруг поцеловал Аню. Это произошло так внезапно и неожиданно, даже для самого Саши. Он вспоминал потом, что Анин взгляд и речь были настолько нежными и искренними, что он вдруг подумал, что на самом деле она тоже что-то к нему испытывает, но не ей совестно перед Эриком. Произошло то, что часто бывает с безответно влюбленными, когда они путают жалость с любовью и обманываются ложной надеждою.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аня резко оттолкнула парня и отскочила сама на несколько шагов, в руках её вспыхнуло пламя, а глаза заблестели от злости. В ней не осталось больше никакой жалости.

— Ты мне не нравишься! — закричала вдруг она, — пойми это! Я люблю Эрика! Ты и рядом с ним не стоял. Ни в какое сравнение идти с ним не можешь! Вы все не можете! Слышишь? — вдруг из её глаз полились слезы, — Не подходи ко мне, понял? Никогда не подходи ко мне! Не смей меня трогать. Отвали!