До встречи с тобой (ЛП) - Скотт С. Л.

Джуд сразу же заметила, что ее матери нигде нет. Ее тетя и отчим сели и тихо говорили со своим адвокатом, в то время как Хейзел и Джуд сели за свой столик с Калебом.

Обе стороны рассказали о себе и свои предыстории, а затем провели следующие три часа, анализируя все, что касалось Джуд, их отношений, здоровья Джуд и ее семьи, Бликман, а также представленные доказательства.

Другая сторона привела убедительные, хотя и неоправданные аргументы. Когда Джуд выступила с заявлением, она с радостью упрекнула их. Она высоко подняла голову и расправила плечи. Джуд больше не была кроткой. Она была готова встретиться с этим лицом к лицу в одиночку. Но то, что Хейзел был там, имело значение, и она твердо верила, что победит, будучи в здравом уме.

Калеб сказал им, чтобы улики говорили сами за себя. И Джуд ответила только на то, что от нее требовалось. Когда она заговорила, все в суде уставились на нее, пытаясь решить, не сумасшедшая ли она, как утверждал адвокат с противоположной стороны. Заметив доктора Роберта и Лейси, Джуд стало легче. После изнурительного дня судья выслушал всю информацию и удалился. Все было кончено. Теперь оставалось только ждать…

На следующее утро Калеб, Хейзел и Джуд вместе с доктором Робертом и Лейси ждали в зале суда. У Джуд не было возможности связаться со своей матерью, и она беспокоилась о ней всю ночь. Словно она знала, что нуждается в дочери, двери сзади распахнулись, и вошла Рене Болер, мать Джуд. Она хорошо выглядела — здоровой, радостной и, что более важно, счастливой видеть Джуд. Ее мать встала на ее сторону и села за стол, взяв ближайший стул к дочери. Протянув руку, она погладила Джуд по спине и сказала:

— Сегодня хороший день. Я чувствую это.

Судья Лэтроп вошел и, не сводя глаз, сел на свой трон. Выражение его лица было непроницаемым, суровость глубоко залегла в морщинах. Увидит ли он правду за всей ложью? Он не производил впечатления человека, который вернул бы молоденькой девушке ее жизнь простым решением, но она держалась за надежду так же крепко, как за руку Хейзел.

Девять месяцев назад Джуд понятия не имела, что ее жизнь вот-вот изменится. Не знала, что посещение вечеринки, на которую были приглашены ее родители, кроме нее самой, — вечеринки, на которую она пришла без их ведома, — приведет к такому. Она часто думала о том, как встретила Хейзела, как он пришел к ней и встал рядом, защищая с самого начала.

— Такое ощущение, что это все — наша жизнь. — И это произошло с того самого момента, как она впервые посмотрела на сломленного мужчину своим дерзким взглядом.

Их путь был нелегким. Без сомнения, временами он ненавидел ее способность оставаться, пытаться пережить бурю своего прошлого. Она ненавидела себя по той же самой причине. Но сегодня Джуд понимала — она не сумасшедшая. С ней поступили несправедливо, и сегодня она встретится лицом к лицу со своим будущим, что бы ни случилось. Однако теперь не одна. Она никогда больше не останется одна.

Хейзел нуждался в ней так же сильно, как и она в нем. Она это тоже знала. Приглашение на вечеринку привело их друг другу — к их судьбе.

Ее жизнь ради его.

Его жизнь в обмен на ее.

Вместе, независимо от того, был ли у них листок бумаги, подтверждающий это, или нет.

Хейзел сжал ее руку и поцеловал в висок.

Судья Лэтроп признал Бликман, доктора Конроя и Брюстера Болер ответственными за уголовные обвинения, которые будут предъявлены против них в тот же день. Все деньги, которые она была вынуждена отдать, пока находилась в Бликман, были возвращены, а также дополнительные деньги за жестокое обращение, которому она подверглась. Поскольку рассмотрение дела продолжалось, он постановил, что Джудит Болер была единственной, кто отвечал за свою жизнь, и что все права на ее собственную опеку будут возвращены немедленно. Его окончательное решение было вынесено по пункту, который Калеб Монро добавил после того, как было назначено слушание. Судья согласился на это за виски и сигарой поздно вечером в пятницу.

Тейлор и Джуд вздохнули с облегчением, вернув себе свободу, независимость, но обе сидели, крепко держась друг за друга, ожидая финала — законности их брака.

Пока судья говорил, в зале суда воцарилась тишина.

— Аннулирование было вынужденным из-за лжи, сказанной в зале суда во время первоначального рассмотрения дела. Те, кто подстрекал ко лжи и распространял ее, будут привлечены к юридической ответственности. Основываясь на фактах и на том, чему я стал свидетелем сегодня, я отменяю расторжение брака. Брак действителен, и будет выдано новое свидетельство.

Тейлор посмотрел на Джуд с широкой улыбкой на лице. Она улыбнулась ему в ответ. Жизнь становилась такой, какой и должна была быть — идеальной. Их любовь отличалась, была другой, но было приятно получить юридическую печать одобрения.

Он заключил ее в объятия и покрыл поцелуями. Ее смех зазвенел, заполнив зал суда.

— Я свободна, — сказала она. Наконец-то. Джуд была свободна от зла, свободна жить как хочет она, свободна любить.

Когда Тейлор снова поставил Джуд на землю, Калеб обнял ее. Он не любил обниматься, но этот момент был исключением, и его эмоции, казалось, взяли над ним вверх. Неожиданный оглушающий шум заставил Калеба отпустить ее и выйти из-за стола. Тейлор обхватил Джуд за талию и отвел ее в безопасное место за свою спину.

Брюстер Болер встал в ярости и накричал на свою команду юристов.

— Она сумасшедшая! И снова попытается покончить с собой. Ее смерть лежит на твоих плечах. — Когда Лесли коснулась его спины, шок намертво отразился на ее лицо, когда Брюстер отбросил ее руку. — Отойди от меня.

Джуд в ужасе наблюдала за разыгрывающейся драмой. Неужели она никогда ничего не значила для него? Он растил ее половину жизни. Он утверждал, что все это, как и большинство преступлений, — чистая случайность. Но, наблюдая за ним сейчас, она знала, что в его сердце никогда не было любви к ней. Словно бремя, которое тяготило ее, знание того, что он на самом деле чувствовал, освободило ее от чувства вины, которое она испытывала из-за того, что не любила его.

Медленно на его лице появилась улыбка. Джуд не могла этого остановить, хотя и считала, что это, вероятно, неуместно. От этой мысли улыбка стала еще больше, пока девушка громко не рассмеялась, не в силах скрыть свою радость.

Хейзел и Калеб посмотрели на нее, и, как и решимость Хейзел и Джуд быть вместе, ее счастье было заразительным.

Позади нее раздались два легких смешка, и она обернулась, чтобы увидеть улыбки на лицах Айлы и ее матери, как и слезы в их глазах.

Айла говорила быстро, словно пыталась сдержать поток слез.

— Прости, Джудит. Я ничего не знала, а потом, когда поняла, не знала, как с этим справиться. Внезапно ее охватило какое-то тяжелое чувство, и она схватилась за живот, как будто ей было плохо. — То, что мой отец сделал с тобой… Я обвиняла тебя, однако должна была его. Мне стыдно. Пожалуйста, прости меня.

Когда ее сердце сжалось из-за предательства и она оставила обман в прошлом, сердце Джуд окрепло, как и семья, на которую она могла положиться. С легкой сочувственной улыбкой Джуд ответила:

— Давай забудем это как страшный сон и будем жить дальше. Прошлое слишком ужасно, чтобы зацикливаться на нем. — Двоюродные сестры, которых отдалили смерть и ложь, воссоединились в правде и надежде. Они обнялись.

Когда они отошли друг от друга, мать Джуд терпеливо ждала. Их взгляды встретились, и у обеих женщин навернулись слезы. Рене больше не хотела ни с кем играть в эмоциональные игры. Она слишком устала и была готова быть счастливой, поэтому просто обняла ее.

Ее мать поддерживала ее, когда это имело значение, и это было все, что Джуд нужно было знать, чтобы простить то, что ее мать считала непростительным. Две женщины договорились, что постепенно восстановят свои отношения. Но Джуд никогда ничего не делала медленно, для этого нужно было прожить слишком много жизни.

— Может, вчетвером поужинаем на этой неделе?