Проклятые - Эндрю Пайпер

– Хочу поехать домой и хоть немного пожить нормально, – сказала она.

– И только-то?

– Дэнни, а ты считаешь, что этого мало?

Это – много.

На второй или третий день после того, как я возвратился и пришел в сознание, она привезла Эдди повидаться со мной. Я попросил ее дать нам пару минут побыть наедине. Уилла сделала удивленные глаза, но выскользнула из палаты, не задавая лишних вопросов.

Я сказал мальчику:

– Мы можем поговорить о случившемся и обсудить все, что захочешь. Или больше никогда об этом не разговаривать. Но я думаю, ты должен знать, что ты был со мной. На Той стороне. И ты меня спас. Помнишь что-нибудь об этом?

Эдди оглянулся, чтобы удостовериться, что мы в комнате одни.

– Я спрашивал об этом… Но доктора сказали, что в состоянии комы не может быть никаких видений.

– Это не было видением.

– Знаю. Я просто говорю, что нам никто не поверит.

– А это вообще ничего не значит. До других нам нет дела.

Он запомнил не все, но вполне достаточно.

Он помнил, как искал меня в пустынном городе, зная, что я один и нуждаюсь в помощи. И следовал за моим голосом. И когда Эдди меня нашел, там было еще что-то. Нечто такое, о чем он знал, что если на это посмотреть, то лишишься возможности двигаться и мыслить. Поэтому Эдди стал смотреть на меня. И я смог уйти.

– Прости меня, Эдди, за то, что я позволил ей сделать все это с тобой. Я не должен был вмешивать тебя во все это. Мне надо было все решать самому.

– Ты не сделал ничего плохого. Это все она. А потом, никто не должен оставаться в одиночестве. Кроме того, ты ведь хотел ей помочь, да?

– Да, пытался…

– Плохо закончилось? Я имею в виду, для нее? Это было больно?

– Да, для нее все кончилось скверно. И ужасно мучительно.

– Хорошо. – Больше Эдди ничего не хотел об этом слышать. – Тогда мы с нею в расчете.

Операцию по пересадке сердца проводил тот самый кардиохирург, который понравился мне еще в первый раз. Понятно, в тот момент я об этом не знал. Однако теперь мысль о том, что именно он поменял мой забарахливший маятник и поместил сердце другого человека туда, где оно сейчас бьется, придавала мне уверенности. Все-таки приятно думать, что наши сердца держали в своих руках друзья.

– Так-так, мистер Орчард, – хмыкнул он, когда сознание вернулось ко мне в первый раз. – Похоже, вы собираете материал для новой книги. Скоро ожидать?

– Не думаю. На этот раз все тайны останутся при мне.

– Ах, вот как? Не хотите, чтобы жена узнала обо всех гуриях, которые вас там ублажали?

– Ну, вроде того…

Он проверил мой пульс, измерил давление, прочитал что-то в истории болезни. И покачал головой.

– Вы в такой форме, что трудно поверить. Хотя и выглядите слегка с похмелья.

– У вас у самого такой вид, будто вчера вы крепко поддали.

– Так оно и есть.

Я поблагодарил его. На это ушло некоторое время. Я попытался сказать хирургу, что сделанное им изменило не только мою жизнь, но и жизни других людей и я теперь постараюсь помогать им всеми возможными способами. Что, может быть, для него это и не важно, но я обещаю не тратить впустую подаренное мне дополнительное время. Я спросил доктора, как его зовут, и заверил, что, если у нас с Уиллой когда-нибудь появится общий ребенок, или мы подарим Эдди щенка, или я все-таки приобрету когда-нибудь яхту, мы непременно назовем их в его честь – Стивен. Мой спаситель выслушал все это с ироничной улыбкой – как наверняка выслушивал подобные благодарности от других больных. Для него подобный чудесный исход чередовался с разочарованиями, так что он ко всему относился философски.

– Я в этой истории всего лишь ремесленник, – сказал он. – Это вы, Дэнни, нашли дорогу назад, не я.

– Ну, что тут скажешь. Мне просто здесь нравится.

– И неудивительно. Большую часть времени тут чертовски хорошо. – Хирург подошел ко мне поближе, и лицо его сделалось серьезным. – Позвольте задать вам один вопрос. Раз уж вы так привязаны к нашему грешному миру, чего ради вы устроили этот спринтерский забег по улицам города? За вами кто-то с ножом гнался? Или опаздывали на самолет?

Мне не хотелось лгать этому человеку. И что-то подсказывало мне, что, если сказать ему правду, он удовольствуется моим рассказом. По крайней мере, убедится, что я верю в эту историю, даже если он сам в нее не верит. Но насколько далеко можно зайти в рассказе о ситуации, подобной той, в которой я оказался?

Расскажешь мало – и во всем этом не будет смысла. Начнешь рассказывать в подробностях – и, чего доброго, посчитают, что мне самое место в психиатрической лечебнице.

– Мне надо было там… кое о чем позаботиться, – осторожно ответил я.

– Надо понимать, «там», о котором речь, – это Там, а не на Бойлстон-стрит.

– Если бы это была Бойлстон-стрит, я заказал бы такси.

Похоже, хирурга такой ответ практически устроил. В любом случае, больше он не стал задавать никаких вопросов. Просто кивнул головой в свойственной ему манере, словно он соглашается с собеседником. И отошел от моей кровати, давая понять, что серьезный разговор окончен.

Затем я спросил, когда, по его мнению, мне можно будет отправиться домой. Доктор сделал скорбное лицо, хотя его глаза явно смеялись.

– Осталось последнее обследование. Правда, боюсь, довольно неприятное.

– Ладно, а что это?

– Придется проверить вашу задницу.

– Зачем?!

– Посмотреть, нет ли на ней следа копыта, которым вас вышибли сюда с того света.

Впоследствии, получив предварительное согласие родственников, администратор больницы сообщил мне имя девушки, погибшей в той аварии и чье сердце теперь билось у меня в груди.

Ее звали Надин.

Все оставшееся время в больнице я писал письмо ее матери, отцу, ее родным и «всем, кто ее любил».

Наверное, это стало самым ненормальным выражением благодарности в истории. Однако я добавил постскриптум, который, как мне хотелось верить, мог их хоть как-то утешить. Я был уверен, что место, где теперь пребывает Надин, прекрасно. Она вновь и вновь переживает самый счастливый день своей жизни.

Закончив письмо, я сложил листки и упаковал их вместе с экземпляром своей книги в коробку «Федерал Экспресс». А прежде чем запечатать посылку и передать Уилле, чтобы она отправила ее по сообщенному мне адресу, я положил туда же и часы «Омега».

Я солгал кардиохирургу, когда сказал, что не собираюсь писать новую книгу.

Всего через пару месяцев, проведенных дома, я погрузился в новый проект. Это повесть о том, что такое ПОСЛЕ, рассказанная человеком, побывавшим в месте, которое, как мы опасаемся, может существовать и где мы можем оказаться, если оно существует. Это повесть о том месте, о котором рассказывала Вайлет Григ и которое, по словам Лайла Кирка, сделало ее обитателем Преисподней. Соответственно, меня тоже теперь можно считать обитателем Преисподней.

Моя книга будет о том, что случилось с моими матерью и отцом, о сгоревшем доме и об Эш. Это книга о судьбах, с которыми мы рождаемся и которые сами для себя определяем. Я хочу рассказать подлинную историю об одиночестве и отсутствии покоя, о мучительных поисках и возможности найти неожиданный способ стать счастливым, хотя и кажется порой, что счастье находится на другом берегу реки, через которую нет переправы.

Я назову свою книгу «Проклятые».

Правда, закончить ее будет непросто.

Есть вопросы, на которые у меня нет ответа. И они, как всегда, связаны с будущим. Например, Уилла и Эдди. Сложится ли их жизнь так, как мне хочется. Сколько времени сердце Надин сможет выполнять свои обязанности в своем новом «доме». А еще: вернется или нет Эш.

Впрочем, теперь вы знаете то, что знаю я. И вы находитесь к настоящему настолько близко, насколько это возможно. Следите за тем, что уже определилось.

Эшли ушла под лед. А я – нет.

Теперь она где-то далеко внизу, намного ниже Детройта, там, где она заключена в воде, твердой как камень. Это место настолько далеко от мира света, что ей будет невозможно добраться туда, чтобы меня разыскать. Хотя она непременно попытается.

Теперь Эш стала чем-то иным, превратилась в то, чего я никогда бы не хотел увидеть. И все-таки она навсегда останется моей сестрой.

А значит, она всегда будет меня искать.

Благодарности

Прежде всего, спасибо моему редактору Саре Найт, которая предостерегла меня от многих подводных рифов и барьеров и, как всегда, со свойственным ей блеском помогла их преодолеть. Огромная благодарность также всем сотрудникам издательств «Саймон и Шустер», «Саймон и Шустер Канада» и «Орион», которые помогали в работе над этой книгой: Кэролайн Рейди, Джонатану Карпу, Мэрисью Руччи, Ричарду Рореру, Кевину Хенсону, Элисон Кларк, Дэвиду Миллар, Кейт Гейлз, Моли Линдлей, Эллине Вейсбейн, Эмми Якобсон, Эмми Кормьер, Мишель Блэкуэлл, Джонатану Эванс, Джошуа Коэну, Левелин Поланко, Джейсону Нойеру, Йону Вуду, Кейт Милз, Джемиме Форрестер, Габи Янг, Грэми Уильямс. Отдельно благодарю Энн Макдермид, Стефанию Кабот, Питера Робинсона, Джэки Левин, Ховарда Сандерса, Салли Райли, Монику Пачеко, Марту Мэгор, Криса Баччи, Джейсона Ричмана и Дани Герца.