Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

одно лицо. У нее волосы были светлые, как у меня, а глаза серые, туманные. А вот фигура – один в один твоя, так и тянуло прижаться потеснее, уж больно ладная и уютная, – улыбнулась я. – Отец очень ее любил. Жаль, сыновей им Создатель не подарил, но если бы не пожар… кто знает? Они ведь еще совсем молодые были…

– Госпожа… – жалобно произнесла она и вдруг порывисто обняла меня, совсем как мама когда-то, но тут же отстранилась, испугавшись собственной дерзости. – Госпожа, они… родители ваши, должно быть, смотрят на вас и радуются: какая умница и красавица выросла, скоро даже не княжной, а княгиней станет!

– Ты думаешь, мне это нужно? Райгор меня не любит и никогда не полюбит, да и я его вряд ли. И много ли радости от такого брака?

– Ну а детки как же? – тихо спросила Мадита. Я знала: детей она любит, очень хочет своих, но…

– А детей можно и безо всякого мужа нарожать, – сказала я по наитию.

– Госпожа! Да как вы о таком…

– Злых языков боишься? Мужа хочешь? Хоть плохонького, но законного? А каково с ним будет жить и детей растить, подумала? Может, из него отец вовсе негодящий выйдет!

– Вы, госпожа, говорите, будто бабка Ларины, знаете, кухарка наша… – Мадита утерла глаза тыльной стороной кисти. – Ларина частенько повторяет: бабка тоже все твердила – если на людей все время оглядываться, то самой-то когда жить? И зачем? Шагу лишнего не ступи, слова не скажи…

– Она не с перевала ли родом была? – спросила я.

– Кто ж ее знает? Ларина ее помнит-то едва-едва. Говорит, бабка как-то взяла да ушла из дома, а с кем и куда – не сказала. Так и не нашли. Но она в своем уме была, это уж точно: и припасов взяла, и вещи свои захватила, не босой на мороз убежала!

– Значит, позвало что-то… или кто-то. А если она еще говорила, что дети от любимого мужчины должны быть, чтобы и тебе, и им на радость, а в законном ты браке или нет – наплевать, значит, точно моя землячка. Что замолчала? Было такое?

– Ларина и такое поминала, но, говорит, только по родительским пересказам знает, – ответила Мадита и села на пол у моих ног. – Как так-то, госпожа? Вам, и верно, лет всего ничего, а рассуждаете… не всякая взрослая дама на такое сподобится.

– Они просто здешние, а я родом из других краев, – улыбнулась я. – Всякого наслушалась. К слову, у нас долго живут. Как знать, вдруг и бабка та еще жива-живехонька, сидит себе у очага какого-нибудь пастуха да прядет или его внучат уму-разуму учит?

– Когда она ушла, Ларине пяти годков не было, а мамка ее только-только третий десяток разменяла, так что, может, у Ларины где-то дядьки-тетки подрастают, – улыбнулась вдруг Мадита и прижалась к моему колену. – Ох, стыдно сказать, госпожа…

– О чем?

– Мне вовсе даже другой человек по душе, не тот, что женихается. Он попроще будет, зато моих лет, немного разве постарше. И я ему нравлюсь, видно же, только вслух не говорит. И ведь на лицо не сказать, чтоб хорош, а все равно… – Она шмыгнула носом. – Все равно тянет. Веселый он и не злой, не то что наш княжич… Ой, что ж я болтаю!

– Райгор и тебя к себе звал?

– Кого он только не звал… Хорошо, обо мне быстро позабыл, получше нашлись.

– Я знаю, девушки жалуются. – Я поправила волосы и встала. – Наверно, меня уж заждались. После договорим, если захочешь.

Мадита посмотрела на меня снизу вверх, кивнула несколько раз и принялась оправлять мне подол, хотя, право слово, в этом не было никакой нужды.

* * *

– Прошу извинить, я заставила себя ждать, – сказала я, войдя в малую трапезную.

Слуга почтительно придвинул мне стул, и я оказалась за столом как раз напротив княжны Айны. Та взглянула на меня со сдержанной усмешкой и продолжила обсуждать с Райгором какую-то великосветскую сплетню.

Она вышла к завтраку в легком утреннем одеянии и не прогадала: выглядело это весьма соблазнительно. Роскошные каштановые локоны в живописном беспорядке рассыпались по плечам, едва прикрытым полупрозрачной тканью, свободные широкие рукава, при каждом движении съезжавшие до локтей, обнажали красивые белые руки, унизанные тонкими браслетами – они издавали нежный перезвон. Княжна была диво как хороша!

Райгор сохранял полнейшую невозмутимость, княжна же не умолкала ни на секунду, переводя дух только для того, чтобы отщипнуть кусочек какого-нибудь лакомства.

– Сударь, а ваша маленькая невеста всегда так молчалива? – спросила она вдруг ни с того ни с сего, ласково улыбнувшись мне.

Маленькая? Смеется она, что ли? Я ведь, повторюсь, почти одного роста с Райгором, а Айна мне по ухо будет! Или она на возраст намекала? Она-то Райгору почти ровесница, а я на пять лет его моложе…

Райгор промолчал. Айна пристально смотрела на меня, явно ожидая ответа.

– Нет, отчего же, – медленно произнесла я, выбрав перепелку покрупнее. – Просто я не настолько озабочена своей фигурой…

– При чем тут фигура? – оторопела княжна, хлопнула ресницами и сделалась ужасно похожа на мою фарфоровую куклу, которая так и просидела все эти годы в уголке моей спальни.

– Ну так ведь если ни на секунду рот не закрывать, то много не съешь, а не съешь – не раздобреешь, – ответила я не без злорадства и с хрустом раскусила крылышко.

Мадита говорила, что княжна так бережет свою талию, что неделями, бывает, маковой росинки в рот не берет. Ну а мне, как говорится, не в коня корм: что там эти перепелки, я бы и окорок убрала в один миг…

– Да уж… – выговорила наконец княжна. – Вам-то уж худеть дальше некуда!

– Не переживайте, госпожа, – серьезно сказала я, – моя кормилица говаривала: пока толстый сохнет, худой сдохнет, уж простите за просторечие. Вы вполне можете дождаться, не так ли, господин?

Райгор очень удачно поперхнулся, а потом выговорил:

– Сударыни, не откажите в любезности… У меня выдалось немного свободного времени, так, может быть, проедемся верхом?

– Чудесно! – воскликнула княжна. – Обожаю верховую езду! Я только сменю платье…

По тому тоскливому взгляду, которым князь Райгор проводил прелестницу, я поняла – он рассчитывал, что она не пожелает отправляться на прогулку и хоть ненадолго оставит его в покое.

Я переоделась быстро, а княжну еще пришлось подождать. Право слово, за это время конюхи успели бы оседлать лошадей не только нам, но и целому отряду! Наконец княжна появилась во дворе в сопровождении своей свиты – это был настоящий цветник, красавицы всех мастей, но ни одна