Первый паладин (СИ) - Кошкин Дмитрий

Поэтому «стена щитов» должна оказаться полезна в сражениях с ордами. Но вот что делать с лучниками? Да-да, я не отказался от идеи сделать паладинов-лучников.

В оперативной работе по зачистке или крупных сражениях с ордами, поддержка стрелков никогда не будет лишней.

Наверное, лучники будут обучаться отдельно, потом дополняя собою состав отделения. В крупных же сражениях они будут объединяться в единые отряды.

Хорошо. Значит, помимо званий, мои паладины будут разделяться на классы. Пока что это: «Защитник». – Воин с мечом и щитом и «Стрелок», соответственно – лучник.

Вступить в орден смогут все желающие, независимо от происхождения. Вот только, условием вступления будет отказ от всех материальных благ. Вступая в орден, претендент будет обязываться передать во владение ордена все свои богатства.

Кто-то скажет, что это грабеж? Отнюдь. Вступая в ряды паладинов, надо будет принести клятву служения только свету, отвергая все земные излишества. Орден не должен становиться способом личного обогащения или достижения иных эгоистичных интересов. Так можно быть уверенным, что в организацию вступают лишь люди чистые душой.

Конечно, подобную гарантию уже дает сам обряд инициации адепта. Но с такими условиями надо будет меньше тратить времени на отсеивание всяких князьков, желающих добавить к своим титулам статус паладина.

Более того, знати придется жить бок о бок с простолюдинами и сражаться с ними плечом к плечу. Поэтому гордыне не будет не место в ордене. Останется один лишь титул – паладин и все причитающиеся внутренние звания ордена, положение в котором будет зависеть от личных качеств адепта, а не то в какой семье он родился.

Конечно, требовалось проработать еще огромную кучу нюансов, вроде снабжения, финансирования, логистики, подготовки адептов и так далее. Но всё это уже я буду делать, надеюсь, не один.

Как основу, для начала, я планировал взять обычное княжество с подчиненными ему крестьянами, обеспечивающими жизнь края. Только вместо князя, руководством этих земель будет сам орден. А начнем мы, наверное, с Оплота. Тем более, сам Генрих на этом настаивает.

Также требуется проработать внутренний устав ордена с его догмами и запретами.

С «не убей, не укради» всё понятно. А вот как насчет «не прелюбодействуй»? Естественно, здоровым мужчинам будет хотеться женских ласк – от природы не сбежишь. Подавлять бурлящее либидо самоистязаниями «во имя Господа» или физическими нагрузками? Нет. Мне не нужны совсем уж свихнувшиеся фанатики.

Я разрешу адептам вступать в брак. Но только с теми женщинами, которые пройдут проверку на чистоту души – что-то вроде незавершенной инициации.

Полностью запрещать алкоголь мы не будем. Стоит разрешить умеренное распитие вина по особым случаям и праздникам.

Ну и надо будет полностью расписать правила поведения паладина в обществе, дабы он был примером благочестия и непогрешимости.

Я взялся за голову от предстоящего объёма одной только работы над бумагомаранием. По сути, мне надо будет с нуля написать целую библию будущей организации.

Естественно, за основу следует взять учение местной церкви. Но этих материалов недостаточно для создания новой военизировано-религиозной структуры.

Эх, жаль нигде не сохранилось писаний от Святых Воинов. Можно было бы, в лучших традициях университетских курсовых работ, многое позаимствовать.

Остаток дня, до вечера, я провел в написании устава будущего ордена. Естественно, текст еще черновой и будет дорабатываться, но лиха беда начало.

Отложил я свое занятие, лишь, когда услышал оживление на улице и в коридорах.

Похоже, что благородные господа изволили вернуться. Значит, пора готовиться к допросу.

Однако, вместо допроса меня пригласили на ужин где уже присутствовал сам Генрих, лорд Стрикт и князь Пигнус.

Присутствие столь высокопоставленных незнакомцев меня немного напрягло, но потом я мысленно пожал плечами и подумал: «Чего мне терять? Будь что будет». Тем более, были также приглашены Отец Йорван и капитан дружины Кавил, что внушало мне некоторой уверенности. Как минимум я не один простолюдин за столом.

Последний факт открыто отражался недовольством на лице и косыми взглядами Пигнуса. Что, вполне, ожидаемо. Обычно, знать считает простолюдинов людьми второго сорта, и каждый князь устанавливает в своих владениях свои правила поведения для «черни». Слыхал, в некоторых землях простолюдин мало чем отличается по статусу от раба. Разве что правом покинуть эти земли и перейти под крыло другого сюзерена. Но, почему-то, массовых исходов так и не замечено.

Здесь же в приграничье отношение между сословиями значительно более мягкие. Простолюдины с уважением относятся к статусу дворянства, но и спины в земных поклонах не гнут. А князья, в частности Пертинаксы, никогда не злоупотребляли своим статусом.

Я поприветствовал присутствующих, как подобает и сел за стол. Эх, оказывается, не зря мы учили эти правила этикета с Генрихом. Кто бы мог подумать что я, вчерашний деревенский мальчишка, буду сидеть за одним столом с целым лордом.

Тут стоит разъяснить положение лорда в местном табеле о рангах.

По значимости, лорд близок к графу, но этот титул скорее отражает его сферу деятельности. Если графы это что-то вроде наместников короля в провинциях, которым обязаны подчиняться мелкие князья, то лорды являются руководителями каких-то значимых структур или имеют особое положение при дворе, что ставит их на один уровень с графами и дает право общаться с последними если не с позиции главного, то, как минимум, на равных.

Князья же могут быть земельными, как Генрих, либо безземельными, очевидно, как этот Пигнус.

Сыновья всяких помещиков, которым не досталось отцовского наследства, из кожи вон лезут, чтобы занять хоть какое-то теплое место при дворе, если не особо тяготеют к ратному делу.

В начале ужина Генрих, на правах хозяина, поприветствовал всех присутствующих и выразил великую радость от лицезрения наших дорогих гостей. А также всё вот это дежурное «бла-бла-бла», которого требуют светские манеры.

Поначалу, за ужином, господа обменивались незначительными новостями и сплетнями, пока Йорван, ловко поддержав одну из тем, плавно не поинтересовался, чем заслужил свое присутствие среди столь высокородных господ.

К моему удивлению ему ответил сам лорд Стрикт:

– Это была моя личная просьба, господа. Мне хотелось персонально пообщаться с участниками столь громкой «битвы за Оплот». Если мне не изменяет память, столь масштабного сражения эти земли не видели уже несколько столетий?

– Вы абсолютно правы, милорд. – Подтвердил Генрих.

Я же напрягся, хоть и не подал вида. Значит, Стрикт уже знает обо мне.

– Вот Вы, Отец Йорван. Я впечатлен вашей отвагой. Не будучи воином, обученным сражаться, вы встали в ряды защитников этих земель, дабы своим присутствием поддержать боевой дух солдат. Давно я не встречал столь преданных вере жрецов.

– Долг каждого пастыря – оберегать свою паству. Тем более в столь сложный час. – Скромно согласился Йорван.

– Или, Вы, сир Кавил? По сообщению очевидцев, Вы один из первых кто находился в рядах отряда прорыва, чья атака положила конец битве.

– Я всего лишь находился подле своего сюзерена, исполняя свой долг, милорд. Ни больше, ни меньше.

– Ну а Вы, молодой человек… – Тяжелый взгляд лорда придавил меня к стулу. Казалось, будто он просматривает меня насквозь, изучая каждую мою косточку. – Это ведь о Вас поют песни? Как Вы себя называете? Паладин? – Мужчина медленно, будто пробуя на вкус, произнес незнакомое в этом мире слово.

– Так точно, милорд. – Я автоматически перешел на военный лексикон, отвечая высокопоставленному лицу.

– Что значит это слово?

– Человека, посвятившего свою жизнь служению высшим силам.

– Занятно. Мы еще поговорим с Вами подробнее о ваших подвигах и о Вашем служении. Сами понимаете. – Продолжил он, обращаясь к залу. – Люди многое болтают, и мой долг отделить зерна от плевел, предоставив королю лишь самую правдивую и полную информацию. – Лорд перешел на более добродушный тон, развеивая вставшее напряжение.