Выбор – быть человеком! (СИ) - Владимир Олегович Войлошников

уроды не унимались. Они охотились на людей, убивали и пытались сделать то ли зомбей, то ли боевых скелетов. И довольно долго всё было без толку. И это было не самое страшное (как бы ужасно это ни звучало), потому что над одним трупом можно бесконечно ставить эксперименты.

Помните, я говорила про упорство?

В какой-то момент уровень приложенных усилий, видимо, дошёл до критической точки. И тогда же кто-то из них придумал мучать людей.

Всё. Нет. Нет. Нет.

Я не хочу об этом думать. Я больше не хочу ночных кошмаров.

…

Не знаю, смогу ли я закончить.

…

Несколько лет непрерывного ужаса дали свои извращённые плоды. Сильные, быстрые, неустающие и незнающие сомнений чудовища стали кошмаром побережий.

Бывшие люди. Лютый ужас был в том, что они очень долго и мучительно умирали. Месяцами. Но не до конца. Одновременно мёртвые и немёртвые. И там было ещё что-то такое, неправильная магия, магия-мутант, которая заставляла тела корёжиться и меняться, а души — подчиняться чёрным хозяевам.

Первыми, ещё на пятом году, сбежали гномы. Когда из штреков или стволов внезапно начинают лезть твари — это не располагает к привязанности к месту, знаете ли.

И тогда это было уже писец как страшно.

Раскиданные по северному побережью Серебряного озера посёлки сперва пытались сражаться, потом при первых признаках появления чудовищ начали уходить в море, бросая всё. В конце концов Голова Великого Дракона и её окрестности перестали приносить человеческий урожай, и некроманты решили перебраться на Север, к озеру, которое все называли то Рыбкой, то Карасиком за забавное сходство очертаний с рыбиной. В окрестностях этого озера было несколько обширных уходящих на большую глубину пещер, связанных друг с другом сетью коридоров. Для последнего, решительного рывка требовалась абсолютная тьма, толща земли над головой и… ещё люди. Люди по северам как раз были непуганные.

Двадцать лет кропотливой некро-селекции привели к появлению того, с чем столкнулся отряд ведьмаков. Не монстры даже, а сверх-монстры.

А вот потом, по плану этой пятёрки, всех нас ожидало знакомство с новыми господами наших земель и всего этого мира. Логово у Карасика долгое время было запасным. И вот, когда настало время для последней жертвы, пятеро сумасшедших магов вдруг решили изменить место своей штаб-квартиры.

Может быть, почувствовали ту самую мифрильную угрозу?

СЖАТЫЕ ДНИ

Новая Земля, Серый Камень, 18.05 (сентября). 0021

Кельда

Ночью мне приснилась Сингкэн. Просила сохранить жизни людям, запертым внутри искорёженных тел.

Проснулась в раздрае и долго смотрела в тёмное окно. Ну и как мне это сделать?

Вовка тоже что-то видел во сне. С кем-то разговаривал, хмурился, метался, спорил даже…

В раскрытое окно сквозь тишину притихшего замка долетали далёкие звуки кузницы: стук, звон, можно было различить даже шипение воды. Андринг, Толитиль, Никита и ведьмацкий кузнец, на время переехавший к нам в замок, с вечера ковали как сумасшедшие.

Я аккуратно, чтобы не сбить сон, подвинулась к мужниному боку. Он перестал метаться и, не просыпаясь, отчётливо произнёс: «Наконечники!»

Занимался рассвет. В окне, с характерным звуком воздуха, пружинящего под огромными кожистыми крыльями, промелькнул тёмный силуэт. Галя привезла трёх лучших мастеров-гномов из горных посёлков. Должно быть, сразу в кузню. Точно, звон приостановился. Я прямо пред ставила ритуал рукопожатий, трое на четверо.

Ну что.

Сейчас она отдохнёт и сделает ещё пару рейсов. Под крышей баронской кузни собиралась самая что ни на есть кузнецкая элита всех окрестных земель. Нам нужно было оружие, соответствующее новым условиям войны. Ради того чтобы всем выжить, мастера плюнули на свои профессиональные секреты и начали пахать сообща. Пора подключаться, как договаривались.

Нет, хорошо, что Андле тогда всё-таки с этими собакенами возню затеяла. Кирюха на стареньких собачках здорово подрос в даре, вот и пригодится.

Эти дни будут очень долгими.

Мы с Кирей сидели в кузне. Точнее, под навесом рядом с кузней. Я без передыху накачивала его энергией, а он держал временно́й купол, внутри которого время текло по-своему. За каждые десять минут внутри этого пространства проходило шестнадцать рабочих часов, потом минута — восемь часов сна, потом синхронизация с обычным временем, чтобы забросить суточную норму еды и спросить — как продвигается дело? — и всё по новой. Рядом, накочегаренная, стояла мобильная баня, которую подмастерья только и успевали заправлять водой и загонять в купол — ну потому что невозможно же… Несколько раз приносили свежую одежду. Заскакивали новые мастера. В какой-то момент Кирилл сказал: всё, предел, больше народу в таком ритме не сможет держать. Значит, будем радоваться тому, что есть.

Я пару раз пыталась заглянуть в кузню сквозь открытое по случаю почти летней теплыни окно, но смазанные фигуры мелькали внутри настолько быстро, что у меня начинала кружиться голова. Стук молотков сливался в непрерывный звенящий гул, так что вокруг места нашей дислокации образовалась нехилая санитарная зона, и только мы с Кирюхой тихо охреневали, пока не прибежал кто-то из артефактной мастерской и не припёр нам какие-то специальные наушники, типа авиадиспетчерских, чтобы по ушам не так било. Стало легче, реально. И всё равно, когда наступали эти две-три минуты сна и перерыва, мне казалось, что я продолжаю слышать звон в голове, приглушённый и монотонный, как будто за стеной кто-то водит пальцем по ободку стеклянного бокала, наполненного водой.

К обеду в кузне пролетел почти месяц.

Мужики обросли и лихорадочно блестели глазами, но вывели формулу какой-то чудесной стали, особо восприимчивой к магическому наполнению.

Я думала, что всё, проблема решена. Хре́ночки!

Не успела я совершить пару радостных скачков по двору, как в кузню явился Вова, а за ним Коле. Позвали Кирилла, заперлись и что-то бурно обсуждали, после чего молотки застучали с удвоенной энергией. Чё делают — не говорят. То ли сглазить боятся, то ли утечки информации. Узнаю́ Вовину паранойю.

Мужики до чего-то договорились, и нам с Кирей пришлось снова напрячься, только на этот раз мы находились внутри. Что-то они такое придумали, что Кириллу тоже приходилось участвовать. Людей стало больше и сразу сделалось ощутимо тяжелее. И всё же трое суток в час нам удавалось впихнуть. Вместо сна я вкачивала в них энергию.

Сколько мы так выдержим и не сойдём с ума?

К вечеру, несмотря на все мои усилия, Кирилл сильно осунулся (скинул килограмм пять, я думаю), остальные тоже были на грани нервного истощения, под глазами у всех залегли синие тени. Я объявила перерыв на ночь, иначе потеряем мага. И меня потеряем, я щас сдохну просто. Всем спать!

Новая Земля, Серый Камень, 19.05 (сентября).