Акелдама - кровавое поле битвы - Елена Вихрева

Лихорадочное дыхание… Боль… Она пульсирует, впивается иголками, разрывает… нет сил пошевелиться… нет сил даже открыть глаза… Холод постепенно окутывает ее, он медленно ползет от пальцев ног вверх. Он успокаивает боль, убаюкивает, уговаривает расслабиться. Дыхание замедляется, и она погружается в сон…

Ослепительная вспышка света. И вот она уже в гуще битвы. От усталости ноют все мышцы, дыхание резкое и частое, но она несется вперед. Покрытые кровью клинки в руках поют. Она должна прорваться туда, где мелькает синяя грива волос. Страх стискивает ее сердце. Его не должно быть там! Вперед! Быстрее! И она ускоряется. Прыжок, удар и уход в кувырок… свист клинков… брызги крови… на сострадание просто нет времени. Она должна успеть! Просто обязана! Отвести и ударить, поднырнуть, ударить… силы на исходе… уже и музыка почти не в состоянии ее вести, но она упрямо рвется вперед. Ярость желтым огнем горит в ее глазах. Удар, отскок, разворот и прыжок высокий и отчаянный, а клинки поют свою смертельную песню — она оставляет позади себя кровь и смерть… Полный боли мальчишеский крик. Темная пелена неконтролируемой ярости застилает ее глаза — теперь она несется, разрубая все на своем пути, не обращая внимания на защиту… из многократно пробитой брони течет кровь… Он лежит на спине, синие волосы треплет ветер, кровь полчками вытекает из огромной раны на груди… она падает возле него на колени… ресницы дрогнув открывают глаза неземной красоты. Он рад видеть ее — едва заметная улыбка появляется на его губах. «Прости», — шепчет он… Последний судорожный вздох… жизнь уходит из его глаз. Поздно! Она пришла слишком поздно! Не успела! Не уберегла! Над полем боя раздается леденящий душу женский крик. Она отомстит! Отомстит жестоко и беспощадно! Истекающая кровью, женская фигура в тяжелой черной био-броне, яростно бросается в бой…

Холодно, как же холодно. Холод иголочками пронизывает насквозь, забирая чувствительность, и ее поглощает тьма. Рывок… Это арена для поединков. Она уже была здесь. Яркий солнечный свет слепит глаза после кромешной тьмы, и она быстро моргает фокусируя зрение. Беглый взгляд и ее глаза упираются в него. Она ждет такой знакомой вспышки ярости, но ее нет. А он стоит напротив нее — такой мужественный, красивый и высокий. Они слишком поздно поняли, что созданы друг для друга — рок сделал их врагами… Она всегда знала, что он сильный, очень сильный, а сильные люди принимают жесткие решения… но она так и не нашла в себе сил простить его. Любовь и боль сплелись в один неразрывный клубок… Затаив дыхание он ждет ее решения, но она поклялась и теперь не в силах отступить. Их гордость стоит между ними. Его лицо холодно и непроницаемо, лишь надежда бередит сердце. Но вот она подтверждает вызов — в его глазах отчаяние и боль, обреченность… Он медленно обнажает мечи… Глаза в глаза они сходятся в последнем поединке. Это и мучительно и сладко кружить с ним в смертельном танце под звон клинков, остро чувствовать его близость, видеть в его глазах ту же боль, что сжимает ее сердце… Вдруг он ошибается… атака…алая кровь на черном доспехе, один его меч падает, а он ловит ее, разворачивает так, что ее спина прижимается к его груди и… его клинок пронзает обоих. Она поднимает голову, и его шепчущие «люблю» губы накрывают ее последнем прощальном поцелуе — сладком от любви и соленом от сожалений, крови и слез…

От отчаянного крика Аниты Рэм резко вскочил. Он умудрился уснуть, облокотившись на регенератор, в котором она лежала. Быстрый взгляд на встроенный монитор показал, что ее еще нельзя доставать. Тогда мужчина склонился над прозрачной крышкой регенератора и, превозмогая боль и ужас от того, как она билась внутри, громко постучал и склонился еще ближе, старая поймать ее безумные глаза своим взглядом. Контакт глаз как удар тока — она медленно приходит в себя. В ее взгляде все еще боль и отчаяние, но они потихоньку тают — она узнала его.

«Рэм», — по губам читает он.

«Люблю тебя», — медленно произносит он, ее дрогнувшие в улыбке губы говорят ему, что и она прочитала. Он прижимает ладонь к прозрачной поверхности регенератора со своей стороны, а она повторяет его движение со своей.

«Спи. Я рядом», — одними губами шепчет мужчина, девушка кивает и закрывает глаза. Он наблюдает за ней, пока ее дыхание не выравнивается, и она не засыпает. А Рэм снова садится на пол и опирается спиной о регенератор. Он обещал ей быть рядом — и он сдержит слово, чего бы это ему не стоило…

Анита медленно открыла глаза и с трудом села на уже знакомом покрывале. Серые сумерки скрывали все цвета и, казалось, даже поглощали звуки. Она оглянулась и ахнула — на самом краю покрывала без сознания лежал Ру. Его ранее белоснежная рубашка представляла собой окровавленные лохмотья, джинсы также местами пропитались кровью. Девушка, забыв о собственной боли, рванулась к нему. Неф дышал тяжело и поверхностно. Она из последних сил перевернула его на спину и устроила его голову на своих коленях. Страшные раны покрывали большую часть его тела — слезы медленно потеки из ее глаз.

— Ру, не уходи, — молила Анита, нежно скользя пальцами по нетронутым участкам его кожи. Она гладила его волосы, покрывала поцелуями лицо. Постепенно его дыхание становилось спокойнее и глубже, мелкие порезы начинали затягиваться прямо на глазах. Счастье расцвело в ее душе — она может излечить его. Девушка склонилась и мягко коснулась его губ своими. Несколько легких поцелуев, и скорость его регенерации возросла в разы. Она улыбнулась и продолжила его целовать, нежно касаясь пальцами его лица. Губы нефа дрогнули и едва заметно ответили на ее поцелуй, ресницы затрепетали — он открыл глаза.

— Ани, — едва слышный голос.

— Привет, — она улыбнулась ему и недоверчиво провела ладонью по абсолютно целой коже его груди.

Мышцы под ее прикосновением напрягались, а Рунихера чуть не застонал от удовольствия. Ее прикосновения и поцелуи не просто возвращали его к жизни — они волновали так, как никакие до нее. Даже будучи живым он не испытывал ничего подобного. С каждым ее прикосновением, с каждым поцелуем, он наполнялся энергией. Вот он уже смог сесть на покрывале и заключить ее в свои объятья.

— Ани…

— Молчи и целуй, — выдохнула Анита ему в губы. И он не заставил просить себя дважды. Осторожные, нежные поцелуи, чередовались более глубокими и томными. Ее пальцы скользили по его груди, плечам, зарывались в мягкий белоснежный шелк его волос. Он же старался не сделать ни одного лишнего движения, лишь крепче прижимал ее к себе.

Поцелуи становятся все жарче. Тихий стон срывается с губ девушки, и Разрушитель уже не в силах себя контролировать. Его руки медленно скользят по изгибам ее фигуры. Страсть туманит разум… он целует ее шею, плечи… вновь возвращается к губам, одновременно осторожно укладывая на покрывало… Как же сладко… энергия волнами проходит сквозь их тела. Девушка отвечает на каждое его прикосновение, каждый поцелуй. Неф чувствует, что еще немного, и он будет уже не в силах остановиться. Он с трудом отрывается от ее губ, заглядывает в ее затуманенные страстью глаза и со стоном откатывается в сторону. От ее тихого шепота: «Еще…», он чуть окончательно не теряет голову.