Тамбовский волк - Лучше смерть, чем позор - Петр Краснов

- Покажите свою левую кисть.

Лихой протянул руку. Лодочки на запястье не было. "Хоть это, - горько усмехнувшись, подумал Влад, - утешение-Червовый туз выше по рангу, чем Крафт и Бизон, потому что они зависят от того, какой и куда подует ветер в верхних эшелонах власти. А червовый порывам ветра не подвластен. И у него армия..."

Принц стал мысленно перебирать возможные кандидатуры на пост червового туза. Но за последние годы шальной ветер перемен так перетасовал правительственную игральную колоду, что найти червового не было никакой возможности.

Старицкий посмотрел на задумавшегося Лихого и опять поймал себя на мысли, что он - прекрасный актер, умеющий расположить к себе любого собеседника. "Может быть, именно это актерское качество, - предположил Влад, - мне в нем больше всего и нравится? Ему блистать на театральных подмостках или царить на экране, а он вынужден охранять грешника, такого же, как сам..." Не зная ничего определенно, Старицкий видел, что и жизнь Лихого тоже исковеркана, как и его собственная.

Принц легонько хлопнул Лихого по плечу. Тот вздрогнул от неожиданности.

- Ладно, поехали.

Лихой благодарно улыбнулся и попросил:

- Можно, я опять буду ездить с вами?.. Принц, не скрывая иронии, спросил:

- Будешь делать невозможное? Лихой преданно посмотрел в глаза и очень серьезно ответил:

- Буду!

- Садись за руль.

Японский "джип" они оставили около церкви. Выходя из церковных ворот, Влад слова посмотрел вверх. На этот раз купола показались ему гораздо более светлыми и воздушными, чем когда он впервые посмотрел на них, когда приехали сюда.

"Либо я полный болван и моя доверчивость будет мне дорого стоить, думал Старицкий, сидя рядом с Лихим, - либо этот парень не врет. Кажется, у меня появился свой Санчо Панса..."

По дороге в "Центр" Лихой рассказал Ста-рицкому все, что знал о противостоянии Краф-та и Бизона. Выхода у Лихого ни на того, ни на другого не было. Информацию он получал либо через связь от Бизона, либо через абонентный ящик от Крафта.

Последнее сообщение, полученное от Бизона, было адресовано Принцу:

"Выполните обязательство перед фирмой "Кройзен". Успехов!" Это значило, что надо доснять последний эпизод.

У Френда глаза полезли на лоб, когда он увидел на водительском зреете в машине Принца Лихого. Но взглянув на Калужного, он успокоился. Принц словно вышел из депрессии. Глаза его оживились. В них засветился творческий азарт.

Весть о продолжении съемок все восприняли двойственно. С одной стороны, было хорошо, что генеральный вышел из психологического кризиса, вызванного публикациями о "Центре", но с другой - трагический итог первого дня съемок заключительного эпизода был еще настолько свеж в памяти, что у участников мороз пробегал по коже при воспоминании о судьбе "американцев".

Съемки решили продолжить с того момента, когда таможенники вылезают из трюма. Только вместо наркотиков в руках у них будут теперь окровавленные ножи...

Нашли бойцов из "летучих", внешне похожих на "таможенников", напавших на судно. Одели их в такую же форму. На роль капитана больше всего подходил Торс. Но режиссер категорически отказывался показывать на экране нефотогеничное лицо. Торс сам нашел всех устроивший вариант: таможенники после убийства американцев наденут маски.

Съемочная группа выехала на съемки в Псковскую область. Прибыв на Псковское озеро, создатели и участники фильма почтили память погибших минутой молчания.

А в Москве в это время начался журналистский шабаш. Кто-то невидимый отдал приказ, и разоблачительные статьи в бульварной прессе запестрели громкими заголовками: "Синдикат смерти", "Заказчик убийства журналиста генерал", "БОУ - российский беспредел", "Киллеры всех степеней и рангов"...

А все началось с того, что в правительственные органы пришел генерал с повинной и сдал Бизона, которому сам в свое время заказал убийство неугодного журналиста. Генерал рассказал все, что знал. И разразился грандиозный скандал!

Генерал признался журналистам, что предпочел тюрьму "купанию" в резервуаре смерти.

Бизона успели предупредить, и сотрудники особого отдела военной прокуратуры, .приехавшие арестовывать опального Адмирала, не нашли в бункере не только Бизона, но и его сподвижников. Не были найдены и документы, которые бы могли подтвердить вину Адмирала.

Журналисты, словно сговорившись, единогласно утверждали, что единственная правдоподобная версия всего происшедшего - это самоубийство Бизона. Сначала он сбросил в резервуар с серной кислотой все документы. Вслед за документами отправил туда своих помощников. А затем кинулся в резервуар сам.

Не успела, как говорится, высохнуть типографская краска, которой была отпечатана газетная версия о самоубийстве Бизона, как разразился новый скандал.

Единственный из известных журналистам оставшихся в живых заказчиков, который пришел в органы с поднятыми руками, был найден в своей одиночной камере мертвым.

Главный и единственный свидетель обвинения против Бизона умер без явных признаков насильственной смерти. Генерала нашли в камере с непомерно увеличенными зрачками, вскрытие подтвердило предполагаемую причину: генерал умер от страха.

И тогда поползли слухи о том, что Бизон или сам обладает телепатическими способностями внушения на расстоянии, или ему помог убрать свидетеля опытный экстрасенс. Сенсацией было уже одно то, что после всех разоблачительных статей и активных действий правоохранительных органов Борис Игоревич Зондов, по кличке Бизон, посмел объявиться в Москве. Журналистская братия и попрятавшиеся в щели оставшиеся в живых заказчики, а вместе с ними и те, кто сказал журналистам "фас", замерли в ожидании следующего шага ставшего в один день знаменитым Адмирала. Все ждали его новых жертв с застывшими от ужаса глазами...

ОТЕЦ

Крестный прибыл на съемочную площадку возле Псково-Печорского монастыря раньше всех. Он вычитал в каких-то мудрых книгах, что при настоящем захоронении в святых пещерах нужен крестный ход, и договорился со служителями монастыря о монахах, которые и возглавят скорбную похоронную процессию.

Режиссер был в восторге от этой идеи. Работы гримерам прибавилось.

Хорошо, что не понадобилось доставать для статистов костюмы. Сутаны у них были свои.

Ассистент режиссера остался готовить массовку к грандиозному похоронному шествию. А часть съемочной группы во главе с режиссером выехала к устью реки Великой доснимать начатый у озера эпизод.

"Таможенники" подогнали судно к берегу, где их уже ждали сообщники. На этот раз в вертолете сидели режиссер с оператором, а Герцог распоряжался внизу.

Вертолет кружил над гангстерами, осторожно перегружавшими ценный груз с судна в машины. Когда вертолет зависал особенно низко над бандитами, вихревой поток, образующийся от бешено вращающихся лопастей винта, почти срывал с работающих внизу одежду. Особенно хорошо выглядели на этом беспокойном, фоне придуманные Торсом черные маски на лицах таможенников.

Герцог, стоящий на возвышении и зорко следящий за погрузкой, был великолепен. Глаза Лихого, возбужденно-страстные от удачно разворачивающейся операции, излучали превосходство и железную решимость перегрызть глотку любому, кто посмеет встать на его пути. Развевающиеся волосы и трепещущие на ветру полы черной расстегнутой куртки придавали Герцогу сходство с парящим черным Ангелом смерти. Особенно эффектным был план, снятый оператором с самой нижней точки. От фигуры летящего Злого Духа невозможно было оторвать глаз.

Машины с ценным грузом двигались к эстонской границе. Недалеко от города Печоры пришлось остановиться. На автостраде, перекрыв движение, скопился народ. Похоронная процессия готовилась к крестному ходу.

Гангстеры стали нервничать. Герцог спокойно обдумывал ситуацию. Справа объехать мельтешащую толпу мешал крутой спуск. Можно было загреметь под откос.

Проехать по центру мешали стоящие поперек дороги армейский грузовик и прицепленный к нему лафет, на котором стоял гроб с покойником.

Слева от автострады была узкая дорога, ведущая к Успенскому монастырю.

Герцог достал снимки, сделанные с вертолета, и сравнил их с окружающей местностью. Доехав до монастыря, можно было снова выбраться на автостраду, сделав небольшой крюк.

Герцог, оставив только один снимок, сказал водиле:

- Поедешь по левой дороге.

- Да как я туда выеду?

- Выедешь.

Герцог, открыв дверцу автомобиля, встал на подножку и закричал:

- Граждане!

Когда участники похорон обернулись к кричащему, Герцог продолжил свою речь:

- Примите наши глубокие соболезнования! Но мы везем срочный груз! Мы везем вакцину, чтобы сделать прививки детям, оказавшимся в опасной зоне, где свирепствует эпидемия чумы! Освободите, пожалуйста, доступ к левой дороге!