Лайла. Сквозь галактику за счастьем - Магда Макушева

Для тирианца подобная близость на энергетическом уровне должна быть по всем правилам... нейтральной. Мужская половина при этом вполне способна испытывать влечение, симпатию или иные чувства, но симбиот вынужден просто... молчать и не вмешиваться. По крайней мере, такое мнение бытует у тех немногих мужчин Тирии, кто сталкивался с обычными женщинами других разумных рас и даже вступал с ними в какие-то физические связи.

А еще... сейчас Грегор почему-то чувствовал некую неправильность в своих недавних действиях там, в тюремном отсеке, да и сейчас тоже. Тир транслировал ему недовольство, навязывал вину, истоки которой пока оставались для мужчины загадкой, за нечто, что тирианец явно сделал или сказал не так.

Эти мысли стремительно пронеслись в голове у Грегора, а затем снова ушли на задний план, уступив место насущным проблемам спасения из той глубокой задницы, в которую они угодили.

Вот выберутся они из этой заварушки живыми и невредимыми, тогда и можно будет обдумать и проанализировать все произошедшее с ним более предметно.

Нигану Шору ощущения и эмоции, переданные симбиотом, откровенно мешали. Он предпочитал сразу решительно действовать, а не углубляться в копание в каких-то там чувствах и реакциях, тем более навязанных энергетическим компаньоном и не стыкующихся с реальным положением дел.

Тирианец перехватил маленькое женское тело поудобнее, ничего особенного при этой невольной близости с неей не испытывая, и двинулся дальше, в сторону транспортного шлюза, где они с женщинами, точнее, с Лайлой, которая, в отличие от своей коллеги по экспедиционному кораблю Содружества, активно участвовала в разработке их куцых планов по побегу, рассчитывали найти пиратский челнок и улететь отсюда до того, как корабль, полный мертвецов, рассыпется от взрыва после активации протокола ИИ по самоуничтожению.

Ощущение угрозы, нависшей сейчас над бывшими пленниками, придавало Грегору сил.

Да и тир почти полностью, необъяснимо стремительными темпами пришел в себя, помогая своему носителю найти правильный путь к спасению.

Огромная порция энергии, растекающейся по нутру, пьянила и будоражила, прогоняя ступор и физическую слабость, вызванные заточением и препаратами, которыми пичкали его моргианцы.

До шлюза Грегор и его спутницы добрались вовремя, судя по обратному отсчету, установленному в позаимствованном у моргианцев коммуникаторе, по пути столкнувшись еще с несколькими погибшими от болезни служащими корабля.

Так все это странно и удивительно.

Казалось, что приступ неизвестной болезни погубил экипаж крейсера мгновенно, прямо на рабочих местах, не дав пиратам и шанса на спасение.

Грегор усмехнулся.

Лея Лайла будто предвидела, что принесенная с корабля Содружества лихорадка, наведет на крейсере космических разбойников свои порядки. Тирианец не верил в ее кровожадные фантазии, озвученные ему на кривом икеланском языке, но теперь...

Мужчина брезгливо переступил через очередного дохлого пирата, отгоняя от себя навязчивое желание пнуть гада напоследок, пусть даже он ничего уже не почувствует.

Но Грегор не будет делать этого при женщинах, нет.

Не станет он опускаться до подобной низости...

Да, справедливое возмездие настигло его мучителей, но их гибель все равно казалась тирианцу слишком быстрой и легкой. Он даже разочаровался, что не удалось осуществить месть лично, карая уродов собственными руками, как сделал бы при иных обстоятельствах.

— Туда, — Грегор безошибочно нашел челнок, рассчитанный на перевозку как минимум троих разумных и довольно внушительный объем груза.

Неожиданно в шлюзовом отсеке погасла иллюминация, оставив над их головами лишь слабое красное свечение.

Грегор прекрасно ориентировался даже в кромешной темноте, поэтому, подхватив нею одной рукой, другой безошибочно нашарил ладонь леи Лайлы, чуть ли не подпрыгнув от неожиданно прошившей тело энергетической волны, вызванной этим простым касанием.

Женщина ойкнула, но все равно с силой вцепилась в него в ответ, позволяя вслепую отвести себя к челноку и запихнуть внутрь, сгрузив обмякшую нею Энрику на одно из оставшихся сидений.

— Ждать, — скомандовал тирианец, и, сосредоточив силу, на немыслимой для других разумных скорости рванул в сторону своего раскуроченного эвакуационного шаттла, хранящегося тут же.

Выругался, видя, во что превратили моргианцы аппарат, спасший ему жизнь.

От капсулы осталась одна оболочка, и ни пайка, ни экстренного бокса, в котором Грегор рассчитывал найти маячок для подачи сигнала о помощи в Тирию, разумеется, на месте не оказалось.

— Уроды, *****, чтоб вас, — прорычал тирианец и ринулся обратно.

Запрыгнул в челнок, проверил женщин, активировал системы взлета и дал команду на открытие шлюза.

Стыковочная платформа зашипела. Челнок тряхнуло. Загудели двигатели.

Коммуникатор, брошенный на сидение, мерзко запищал.

“Твою космическую праматерь, мы не успеем!” - подумал Грегор, никак при этом внешне не показывая лее, сидящей рядом с ним и напряженно наблюдающей за его действиями, насколько критической стала для них ситуация, и насколько велик сейчас шанс никогда не покинуть этот корабль. Не стоит ей переживать еще сильнее. Пусть полагает, что он держит все под контролем.

Челнок с гулом рванул вперед. Шлюз выплюнул его в открытый космос.

Лайла тихо что-то шептала себе под нос на незнакомом Грегору языке. Кажется, нечто сакральное и похожее на какой-то ритуал.

Их небольшое судно затрясло, в затем подбросило ударной волной.

Все индикаторы замигали.

Сигналы оповещения взревели, сообщая о технических сбоях.

Никаких прочих звуков слышно не было, хотя вспышка, озарившая блистер кабины челнока, однозначно указывала на то, что крейсер пиратов за их спинами взорвался.

“Отказ двигателей. Перегрев ядра. Отключение энергополя”, - зашипела на моргианском система управления.

Грегор до хруста сдавил челюсти, не собираясь при этом паниковать или опускать руки.

Желание жить, погасшее, кажется, еще до плена, взметнулось в нем с такой небывалой мощью, что энергия тира почти закипела, лавой разливаясь по венам.

Тирианец положил ладони на навигационную панель, закрыл глаза и отпустил себя, пытаясь сделать то единственное, что пока еще мог взять под свой контроль.

Сотворить подобное при разумных, не принадлежащих их расе, было запрещено и наказуемо законом системы Тирия, однако мужчина другого выхода сохранить жизнь себе и доверившихся ему женщин не видел, поэтому действовал на инстинктах, думая о последствиях в последнюю очередь.

Лея Лайла вскрикнула, когда челнок окутало голубым искрящимся сиянием, как и тело Грегора, на котором разом ослепительно вспыхнули все тирлинии.

Глаза мужчины также замерцали ярко-голубым светом, поэтому понять, что происходит вокруг, он не мог, безостановочно отдавая всю свою силу в пространство.

Сложно было определить, сколько точно все это продолжалось.

Время застыло, замедлилось, отрезав тирианца от реальности.

А затем, как по щелчку все снова пришло в движение. Вернулись звуки. Вернулось ощущение времени и пространства. Вернулись чувства и накрыли мужчину лавиной, возвращая его в текущий