Бракованная. Фея на сдачу - Виктория Вера

Исподтишка рассматриваю мужчину. Резкие скулы, чувственная линия губ… Он не выглядит угрожающе, хотя в его тёмных глазах читается что-то необъяснимо опасное… хищное.

— Как я здесь оказалась? — мне очень нужно понимать хоть что-то.

— Кхм… ты, наверное, не помнишь… Шай… Я был там… в яме с накопителями, — говорит тихо, скользя взглядом по моему лицу. А я убеждаюсь, что сны мне так и не снятся… значит, мне не показалось, и это был его голос. — А потом мы доставили тебя на корабль.

— За-чем? — короткий вопрос, который губы произносят по слогам. Лучше сразу узнать, чем придётся расплачиваться за такую щедрость.

— Как бы тебе всё коротко объяснить… мм… — змолкает, словно перебирает в голове слова. Это нервирует и заставляет нервничать. — Знаешь, думаю, Лу… то есть, твоя сестра… подруга… которая с голубыми волосами, расскажет тебе подробности…

Моя сестра? “Во сне” мне казалось, что я слышала ту, которой не могло быть рядом… но “снам” я не верю.

— Если ты позволишь, я заберу тебя из медблока… и отнесу наверх. Лу как раз общается с сёстрами.

— Лу…

— Да. Которая твоя сестра… или подруга… в общем, она будет рада узнать, что ты проснулась.

Поднимаю на мужчину недоверчивый взгляд. Я и так в их власти, наверняка уже наставили новых меток. Поэтому не вижу смысла отказывать себе в возможности кое-что прояснить. Если это ложь… я просто приму это к сведению и подумаю, как быть дальше.

Киваю и оказываюсь поднятой на руки. Хочу слезать, открываю рот сказать, что вполне способна идти сама, но слышу недовольный рык и замолкаю под строгим взглядом.

— Майло сказал, тебе лучше отдыхать. Кости ещё не полностью восстановились.

Замираю, пытаясь сообразить, как относиться к его словам. Звучит так, словно он пытается заботиться обо мне. Какая глупость… собственную наивность я похоронила несколько десятков лет назад.

— И всё же выпей лекарство. Не стоит игнорировать слова медиков.

Всё это время я продолжаю сжимать колбу. Забота… Мысленно фыркаю, но вспоминаю, что во всём нужно искать хорошее.

— Спасибо.

Поднимаю взгляд, встречаюсь с немного хищным прищуром.

Чёрные бездонные глаза пугают на уровне инстинктов, но в то же время они улыбаются, и я придумываю, что так они улыбаются только мне.

— Я имею в виду… спасибо, что вытащил меня из ямы… я плохо помню этот момент… но всё же помню.

Уголки его губ дёргаются в подобие улыбки, а руки чуть сильнее прижимают к тёплому телу. Прикрываю глаза… ощущаю, как это тепло перетекает ко мне, унимает нервозность и убаюкивает страхи.

Открываю глаза. Я в постели, окружённая уютным полумраком комнаты. Кажется, я задремала на его руках.

Провожу рукой по гладкому прохладному белью, пытаюсь вспомнить, когда в последний раз спала, укрывшись настоящим одеялом… тут же жалею об этом… мысленно заливаю гадостные воспоминания тьмой и сжигаю. Это уже давно пепел прошлого. Нужно искать хорошее…

В комнате я одна, и подушка рядом не примята. Это немного успокаивает, и всё же я нервничаю, не зная, что меня ожидает.

Неизвестность любит преподносить дрянные сюрпризы даже тогда, когда я ищу хорошее.

Обнаруживаю на себе всё ту же длинную белую тунику из нежной ткани. Опускаю ноги на пушистый ковёр и какое-то время просто впитываю необычное ощущение щекочущей мягкости. Надо мной простирается бесконечное звёздное небо и такое же небо отражается на одной из стен.

Поднимаюсь. Резерв возвращается и скоро я смогу завершить исцеление. А пока борюсь с лёгким головокружением и прихрамываю… но двигаюсь вперёд. Придерживаюсь за стену. Сомнительно, что меня не заперли, но лучше сразу всё проверить.

Когда касаюсь тёмного круга, часть стены неожиданно растворяется, являя проход. За ним ещё одна небольшая, но совершенно невероятная комната. Свет здесь приглушён, а часть стены отображает прозрачность лазурной воды, населённой яркой рыбой. Разве вода может быть голубой?

В этой комнате уже намеренно ищу тёмную панель на стене. Касаюсь её и наблюдаю, как растворяется очередная преграда.

Передо мной ярко освещённое помещение, наполненное смехом и звонкими голосами. Жмурюсь, потому что глаза начинают слезиться, а когда привыкаю к свету, замираю в изумлении.

Здесь большой стол, вокруг которого сидит больше десятка фей в роскошных нарядах.

1418я… на коленях у большого мужчины с белыми волосами. Она смеётся, а он обнимает её, словно это самое естественное, что может быть на свете. Смеющуюся сестрёнку я вообще вижу впервые. За все месяцы, что она провела в бараках, я ни разу не замечала, чтобы она улыбалась. Пара оскалов, брошенных в спину надсмотрщицам, не в счёт.

С другой стороны стола сидит мужчина, что нёс меня на руках… Лайн… он сказал, его зовут Лайн…

Фея, в которой я узнаю одну из наложниц своего бывшего хозяина, подносит голубоватый шарик к губам Лайна. Он тепло улыбается девушке, но забирает шарик и кладёт в маленькую пиалу перед собой. Там уже небольшая горка.

Несколько фей шепчутся и над столом снова раздаются смешки, перемежающиеся весёлой болтовнёй.

В помещении витают ароматы, от которых желудок сводит голодом.

Отпускаю стену и делаю несколько шагов. Я всё ещё босиком. При моём приближении головы присутствующих поворачиваются, а мужчина, что нёс меня, резко встаёт и шагает вперёд.

— Ты рано встала…

Ловлю сразу несколько ревнивых прищуров… о, мне хорошо известен этот взгляд.

Лайн протягивает руку, а я отступаю. Отчего-то злюсь и не хочу, чтобы он ко мне прикасался, а ещё боюсь, что он может отправить меня обратно в комнаты и я и дальше буду терзаться непониманием.

— Шай… — 1418 спрыгивает с колен мужчины и в два прыжка налетает на меня, заключая в крепкие объятия.

— Ты… — провожу рукой по тонкой спине, убеждаясь, что она настоящая. — Не надеялась, что когда-то вновь увижу тебя…

— А сама учила верить в хорошее, — задорно-укоризненный взгляд.

Учила. Ей это было нужно.

— Шай, ты голодна? — шепчет заговорщически. — А хочешь десерта? Сладкого! Ты просто