Кодекс Охотника. Книга IX - Юрий Винокуров

Я, мягко говоря, думал, что это больше не моя любимая, а ее разум захватили темные силы. Оказалось, все намного проще, чем я подумал изначально, но все равно мне не понравилась ее идея.

Один из детских домов лет семь спонсировался благородным Родом, у которого в последнее время возникли проблемы с деньгами, и они отказались от него. Директор стал обивать пороги разных Родов, где не смог прорваться дальше приемной, и так никто ему не позвонил. Не мог мужчина найти новых спонсоров, а деньги кончались.

Вначале у него еще была надежда, но потом пришло письмо, что Род, на земле которой стоял его детский дом и был заключен договор, продал эту самую землю, и у них есть месяц, чтобы покинуть здание. Тогда он понял, что это конец. Не знаю, как о нем узнала Анна, но предложила мне обратиться к нему, чтобы выкупить всех детей.

По факту, детские дома были под защитой Императора, но этот был частного типа. Аристократы иногда любят создавать такие для очищения своей совести или повышения статуса в народе и перед другими благородными. Мол, мы такие хорошие, помогаем сиротам. Но были случаи, когда это быстро надоедало, и детям больше некуда было идти, кроме улицы. Хотя детский дом и частный, но выкупить детей можно только у государства, с согласия директора, и уплаты за каждого не слишком большой суммы в казну.

Анне было жаль детей, и она просила меня их купить. Слово – купить – здесь скорее формальность, они не становились моими рабами, но и оно мне, ой, как не понравилось. Тяжело было представить, что я пойду и куплю детей.

Сегодня я изменил свое мнение, глядя на то, как за короткое время изменилась эта шпана. Оказалось, им нужен был просто шанс в жизни. Возможно, и с теми детьми будет также. Сейчас дам им шанс, а в будущем получу надежных работников, которых сам и отправлю на обучение нужных профессий. Всяко лучше, чем знать, что они оказались на улице лишь потому, что это противоречило моим принципам. Осталось только придумать, где найти денег.

– Товарищ Шнырька, ко мне! – призвал я мелкого.

– Ш-ш-ш-шлюшаюш-ш-ш-ш и повинуюш-ш-ш! – скрестив лапки на груди, появился он возле меня.

– Очень смешно… У нас с тобой проблемы!

– Морош-ш-шенку не я ш-ш-ш-ьел!!!! Не докашеш-ш-ш!

– Так, стой! – перехватил я его в тот момент, когда он собирался улизнуть в тень. – Знаю, что не ты. Это был я!

С мороженкой, и вправду, я… Ну, а что? Он спал, а я был голоден, ведь до самого утра сидел в кабинете и работал, а прислугу будить не хотелось.

– Ш-ш-шеван-н-ный ш-ш-шпрот!!! – обозвал он вора своего мороженка, и надулся на меня.

– Сам ты «шпрот»… отставить обиды, куплю я тебе новое мороженое, – а если точнее, то его уже доставили в особняк. – У нас с тобой есть другие задачи. Первое – у нас закончились деньги, а без денег не будет мороженки. Второе – мы так и не отомстили Вербицкому. Есть какие-то предложения?

Шнырька принялся довольно потирать лапки. У него, и вправду, были предложения, за это он мне и нравится. Когда нужно сделать мелкую пакость, лучше него никто не справится.

Глава 18

– Я всё сделала, – Анна положила передо мной сумку, в которой что-то позвякивало.

Я только-что спустился к завтраку, а тут она, как всегда, свежая и прекрасная.

Протянув руку, я наугад достал коробочку, открыл ее и увидел, что там лежали два кольца – родовое кольцо и кольцо Истребителя. А ещё бумажка, где аккуратным почерком Анны была написана краткая информация: «виконт Андрей Истомин, Ист 4-го класса, пропал без вести… дата… время…».

Я присвистнул. Девять лет назад!

Захлопнул коробочку, и вопросительно посмотрел на Анну.

– Сколько таких совпадений?

– Сорок две пары, – сказала она. – А ещё двенадцать колец Истребителей без пары. Причём, пять из них по базе Центра – аристократы. Видимо, родовые кольца где-то потерялись. Остальные семь – по базе посмотрела, все неблагородные. А еще есть четыре родовых кольца, наоборот, без пары колец Истов – просто аристократы, не Истребители. И вот это очень любопытно.

Она протянула мне листок с фамилиями.

– Посмотри.

Я хмыкнул. Фамилии Родов, что стояли за нападением на моих предков.

– Совпадение?

– Не думаю, – покачала головой Анна.

Она поставила передо мной коробочку, и рядом положила мутное кольцо Иста.

– Что это? – спросил я быстрее, чем успел подумать. Хотя у меня сразу возникло предположение.

Я открыл его. Там лежало кольцо моего Рода, рядом с кольцом Истребителя, и пометка: «Пётр Галактионов, Истребитель Монстров 3-го класса, пропал…» Сорок два года назад!

– А это? – я потянулся к пустому кольцу.

– А это, я так понимаю, пара к тому кольцу, что ты снял с Сойки, – кивнула Анна.

«Анастасия Галактионова, Истребитель Монстров 2-го класса, пропала без вести…» примерно в тоже время.

– Кстати, что ты собираешься делать с этим кольцом?

– Пока не знаю, – покачал головой я. – Я обещал Сойке, что верну его. Она очень им дорожит. Это единственная ценность, что у неё осталась.

– И когда ты это сделаешь?

Я снова вздохнул.

– Не знаю. Астахов её хвалит. Для своего возраста она в отличной физической форме. Вот только с боевыми навыками у неё… – я скривился. – Ножами неплохо орудует, но ничего серьёзнее в руки не брала. С другой стороны, при её Даре это необязательно. Призрак почему-то проникся к девушке, и взялся ее обучать хитрым приемах драки на ножах.

– Призрак? – удивилась Анна. – Он вернулся?

– Ну да, два дня назад. А ты… – я открыл рот спросить, не видела ли она его, а потом закрыл.

Призрак усадьбу и, вообще, любые помещения не очень жаловал. Да и разглядеть его, если он сам этого не хотел, было почти невозможно. Даже его комната в казарме всегда пустовала. Он где-то шарился по округе. Когда я спрашивал – где, он лишь улыбался, и говорил, что обожает ночевать под открытым небом, на свежем воздухе. Правда, надо сказать, он всегда был в доступе.

Сейчас он приехал не с пустыми руками, а притащил неплохой груз необработанных алмазов. Призрак не удержался, и облегчил казну Доброхотова в момент перевозки ценного груза. Я ему разрешил, вот он и вредил, как мог. Ну, а по поводу наблюдения, смысла не было держать такой ценный кадр далеко без конкретных задач. Хотя он кое-что оставил вместо себя. Я так понял, это что-то вроде «тревожных маячков», настроенных на определенное действие, с функцией трансляции. «Ништяки» от