Его вторая семья - Юлия Гауф

попасть в объектив камер, чтобы весь мир увидел меня, болеющую за Дениса. И чтобы Соня убедилась что она в пролете.

Но нужно быть умнее. Как раньше.

Я немного выжду, а затем напишу Денису что-то душевное. Удачи пожелаю.

Мы оба пожелаем: я и Матвей. Это сработает. А затем я возьмусь за Соню.

ДЕНИС

Подготовка к бою идет ударными темпами.

Вторая пресс-конференция, уже совместная с моим противником, позади. Как и остальное: усиленные тренировки, сжигание жира, набор мышечной массы, взвешивание и замеры, просмотр боёв противника и бесконечные обсуждения тактики с тренером.

Сегодня бой. До вечера я отдыхаю, диету придется подержать, я на одном спортпите, но после поединка я смогу отдыхать от всего 2 недели.

Я замотивирован как никогда раньше! Осталось немного: победа-деньги-прощай Полина!

— Дэн, — Расул отвлекся от смартфона, щерится довольно, — хочешь прикол?

— Не хочу, но ты же все равно его расскажешь. Валяй.

— На нас вышли производители презервативов. Предлагают контракт, бабки огромные. Хочешь быть амбассадором резинок? — заржал он. — Ты же понял смысл? Граждане, пользуйтесь резиновыми изделиями, размножайтесь только в законном браке.

— Пф-ф, ну нет, это я рекламировать не стану. Протеин, энергетики, спорттовары — да, но презики?

— Ясное дело, это удар по имиджу. Но прикольно. Такое чувство что тебя производители резинок потроллили, — оскалился Расул. — Эй, да ладно, расслабься. Скоро все забудут про ваш семейный скандальчик. Тем более, ты молчишь, Соня тоже не спешит интервью раздавать. Пара недель, и всем станет плевать. Если эта твоя Полина снова не вылезет.

Я помрачнел.

Не вылезет.

Скорей бы бой! Скорей бы домой, к Соне, к Макару!

Поднялся в номер, набрал Соню. Мы пару раз разговаривали, созванивались, и вела она себя скованно. Обижается, что улетел, но я объяснил, почему не смог всё отменить. Вроде и причину поведения жены понимаю, но дурное предчувствие не отпускает, а нарастает.

Четыре гудка, и Соня ответила:

— Алло.

— Привет, родная.

— Привет. Ты… как чувствуешь себя?

— Отлично. А ты? Вы в порядке там?

— У нас всё хорошо. Удачи тебе сегодня. Здесь Макар прыгает, передаю ему трубку, — торопливо сказала жена, а затем я услышал голос сына.

Ему я всегда бесконечно рад, но мне так мало Сони!

— Пап, ты же победишь?

— Обязательно!

— Мы с дедушкой будем смотреть. Ты только победи, и не дай себя побить, хорошо?

— Всё равно без синяков не останусь, но ничего страшного, сынок. Чем вы занимались сегодня?

— Мама учила меня раскрашивать кроссовки, — воодушевленно залепетал сын и принялся рассказывать как нечаянно наделал зацепок на белых кроссах, а Соня решила их спасти, и они с Макаром разрисовали их, и даже покрытие нанесли, чтобы краска не смылась. — Та-ак круто получилось! Я тебе фото отправлю, пап.

— Буду ждать. Тебе что-то купить?

— Робота. Такого, какого у меня еще нет только. И приезжай скорее домой!

— Договорились. Передай маме трубку, сынок.

— А мама вышла, я здесь с бабулей.

— Ладно, — расстроился я. — Пока, мой хороший. На ринге перед боем я как обычно подам наш знак.

Мы попрощались с сыном, я повалился на кровать и на полчаса заснул. А затем завертелось: последние приготовления, свежие фото, наставления от моей команды, и дорога до комплекса.

Действия привычные. Переоделся, и продолжил мягко разогревать мышцы. Их потягивает, а следом приходит адреналиновая эйфория, притупляющая любую боль — я чувствую как эйфория нарастает, а всё из-за тысяч людей на арене и сотен тысяч у экранов, которые сегодня будут следить за мной.

Я справлюсь.

Я смогу.

Я не имею права облажаться.

Экран смартфона загорелся и тут же погас. Был короткий звонок от Данила. Хм, чего это он?

— Телефон в сторону, не отвлекайся, — посоветовал Расул.

Да, тренер прав, нужно настроиться и не упустить этот самый настрой.

Но вдруг что-то произошло?

— Секунда, — кивнул Расулу и набрал Данила.

Ответил он тут же, и торопливо сказал:

— Привет, Дэн. Я по ошибке набрал, извини. Удачного боя.

— Спасибо. По ошибке?

— Мгм. Давай, удачи.

Голос у Дани уверенный, он любого бы обманул, но не меня. Я слишком долго его знаю, а в том состоянии в каком сейчас пребываю — чувствую я тонко.

Что-то не так.

— Дань, говори, зачем звонил?

— После боя поговорим. Я тупанул, набрал тебя, а потом дошло что сейчас не время. Дэн, — понизил он голос, — серьезно, сейчас и правда не самое лучшее время для разговора. Никакой трагедии не произошло, все живы, и это главное.

— Говори! — надавил я.

— Дэн, время, — кивнул Расул.

— Говори! — повторил с нехорошим предчувствием. — Сейчас говори!

— Мать твою, — прошептал Данил. — Ладно. Короче, Соня твоя — она на развод подала.

В этот момент Расул забрал мой телефон, кивнул в сторону коридора, и я пошел, ничего толком не слыша. Даже ор толпы, и выкрики рэпера, выступающего перед боем — всё слилось во что-то единое, неприятное.

Мы идем по коридору, рядом со мной команда и оператор с камерой снимает бэкстейдж. Минут 5-10 у меня есть, чтобы прийти в себя, начать чувствовать своё тело, собраться, а главное — перестать подыхать от боли из-за того что Соня решилась идти до самого конца.

Глава 44

СОНЯ

Включать сегодня телевизор или нет — с этим вопросом я промаялась весь день.

Раньше, когда Дэн брал нас с Макаром с собой на свои драки, сын был в отеле с няней, а я сидела и от страха жмурилась. Очень больно было смотреть на то, как мужа бьют. Денис знал об этом.

И старался изо всех сил, баллы он не зарабатывал — выгрызал зубами.

В этих вещах муж был принципиален, хотя ему постоянно предложения делали, чтобы он затянул бой. Чтобы поддавался противнику, и зрители выли от восторга, гадая, чем все кончится.

Дэн отказывался. Хотя бы в этом пытался меня оберегать, не продлевать мой страх.

Все изменилось два года назад. С Денисом начала ездить Полина. И драться он стал не так агрессивно, и били его сильнее. Часто они с противником шли на равных.

Я тогда волновалась, но Денис объяснял: это бизнес, любимая, люди хотят наблюдать красивую драку. Если ты будешь на это смотреть — я не смогу тянуть, поддаваться, с первых трех минут счёт будет идти с отрывом.

Я еду один.

Вот так он говорил.

Конечно, ведь Полина была не против смотреть, как его там метелят, она не вздрагивала от каждого удара, не чувствовала его, словно на себе.

Он врал мне тогда, чтобы возить с собой ее и второго сына.

Будет ли отрыв по очкам сегодня?

Если