Спасите меня, Кацураги-сан! Том 11 - Алексей Аржанов

только увидите своё, пройдите к столу, который будет указан около вашего имени. За каждым участником будет наблюдать один судья. Он и объяснит вам правила четвёртой игры.

Я взглянул на экран и сразу же пробежался взглядом по списку участников. Меня вызвали к столу под номером «четыре». А второй врач, который должен был подойти к этому столу…

— Вот уж не думал, что всё так получится, Кацураги-сан, — сказал Фукусима Ренджи и коротко усмехнулся. — В финал пройдёт только один из нас. Либо вы, либо я.

Это неспроста… Это точно неспроста. Слишком уж большое совпадение. Я выступлю против японца. Против своего коллеги.

И, кажется, я начинаю понимать, зачем организаторы так распределяют людей. Им не нужно, чтобы в финал прошли врачи из одной страны. Им нужно разнообразие. Зачем? Хороший вопрос. И ответ на него мы узнаем только после окончания олимпиады. По крайней мере, я на это надеюсь.

Я прошёл к своему столу вместе с Фукусимой Ренджи. По пути я обратил внимание, какие врачи занимают другие столы. Купер Уайт оказался напротив темнокожего мужчины и ЮАР. Сидхарт Рам Рави должен был выступить противником немецкому анестезиологу. А Рэйсэй Масаши…

Чёрт возьми, вот уж действительно интересное состязание!

Рэйсэй Масаши встал напротив Игоря Щербакова. Япония против России. Я лично знал их обоих и успел по достоинству оценить их навыки. Не могу даже предположить, кто из двух хирургов победит. Знания и способности у них почти одинаковые. Вот только Рэйсэй старше Щербакова лет на пятнадцать. А значит — опытнее. Шансы у русского хирурга меньше, чем у моего коллеги. Хотя претендовать на переход к финальному этапу могут оба. Я даже не могу сказать, за кого бы стал в данном случае болеть.

— Доктор Кацураги, доктор Фукусима, — обратился к нам судья, когда мы остановились около своего стола. — Меня зовут Герберт Леджер. Я буду следить за вашей дуэлью. Правила предельно просты. Вам предстоит задавать друг другу вопросы. По очереди. Если я решу, что один из вас ответил на вопрос неверное, этот участник сразу же выбывает. Права на ошибку на этом этапе у вас нет.

— Вопросы могут быть абсолютно любые? — поинтересовался я. — К примеру, я могу выбрать любую тему?

— Нет-нет, — помотал головой Герберт Леджер. — На столе лежит пять карт. Вам нужно выбрать по одной. Там указано одно из направлений медицины. К примеру, если доктор Фукусима вытащит кардиологию, то вам будет разрешено спрашивать его только на эту тему. То же касается и вас, доктор Кацураги.

— И сколько у нас времени на этот этап? — спросил Фукусима Ренджи.

— Неограниченное количество времени. До первого проигравшего, — ответил судья. — Почти неограниченно, спешу заметить. Организаторы разрешили выделить на этот этап ровно сутки. Но я сомневаюсь, что вы сможете валить друг друга вопросами целый день напролёт! Обычно это испытание заканчивается за два-три часа — не более того.

— Тогда давайте не будем тянуть время, Фукусима-сан, — предложил я коллеге.

— Согласен, — кивнул Фукусима. — Я готов начинать.

— Тогда определитесь, кто будет тянуть карточку первым, — сказал судья. — Если не решите между собой в течение минуты, я сам определю, кто из вас начнёт состязание.

— Что скажете, Кацураги-сан? — хитро ухмыльнулся Фукусима Ренджи.

А мне, если честно, без разницы, на какие вопросы отвечать. Я одинаково сведущ во всём. Есть, конечно, ряд вопросов из гематологии и клинической фармакологии, на которые ответить будет трудно… Там требуются крайне точные знания. Но я всё же готов отдать первенство своему коллеге.

— Давайте, Фукусима-сан, — произнёс я. — Тяните свою карту.

Фукусима Ренджи проскользил ладонью сразу по всем карточкам, а затем вытянул самую правую.

Мужчина усмехнулся, глядя на то, что предстало перед ним.

— Пульмонология, Кацураги-сан, — сказал Фукусима. — Вопросов по лёгким вы можете придумать много, но я очень хорошо в них осведомлён. Более того, я бы сказал, что вам сильно не повезло…

— Почему же?

— Я — пульмонолог, — с трудом сдерживая смех, заявил Фукусима Ренджи. — Просто не захотел работать по своей второй специальности. Мне больше нравится терапия. Что ж, а теперь — ваш черёд.

Я не стал играть на нервах у своего оппонента и вытянул карту наугад, без лишних раздумий.

«Гастроэнтерология».

Ух, а мне повезло! С ходу не могу придумать ни одного заболевания, которое могло бы поставить меня в этой сфере в тупик. Желудочно-кишечный тракт всегда казался мне самым простым для освоения. Не могу даже представить, какой вопрос может задать мне Фукусима, чтобы застать меня врасплох.

Хотя его улыбка намекает на обратное. Похоже, он уже придумал, чем меня завалить.

— Помните, Кацураги-сан? — спросил Фукусима Ренджи. — Мы ведь с вами уже проходили через это.

— Вы это о чём? — нахмурился я.

— Ну как же? — обиделся он. — Уже забыли? Мы уже проводили медицинскую дуэль. На тему витаминов. Помните?

Точно… Кажется, что это было так давно! Ватанабэ Кайто предложил нам провести это состязание, чтобы заставить Фукусиму ходить на мои лекции. И в тот раз я победил.

— Вспомнили, да? — улыбнулся Фукусима. — А что, если я скажу, что в тот раз позволил вам победить, Кацураги-сан?

— К чему вы это сейчас говорите? — не понял я.

— Просто напоминаю, что в тот раз победа далась вам нечестно, — заявил он. — Мне просто хотелось посмотреть, как поведёт себя молодой сотрудник, если я дам ему выиграть.

Он ведь врёт… Я точно помню, что в тот раз я завалил его вопросами. И недоумевающий человек обычно не может скрыть своих эмоций. Фукусима Ренджи не знал ответа на вопрос.

Либо же очень хорошо скрывал свои настоящие эмоции.

— Но на этот раз я не буду вам поддаваться, — добавил он.

Всё ясно. Он хочет расшатать мне нервы. Думает, что после этого я сразу же потеряю бдительность и не смогу ответить на вопрос.

Но это не так. Я абсолютно спокоен. Этим он меня не победит.

— Давайте лучше не будем бросаться пустыми угрозами и приступим к испытанию, — предложил я, а затем повернулся к Герберту Леджеру. — Доктор Леджер, кто из нас задаст вопрос первым?

— Фукусима Ренджи, — не задумываясь, ответил он. — Первенство мы определяли по среднему баллу за все испытания. И у доктора Фукусимы этот