Хранители Искры (СИ) - Неженцева Екатерина

Элька задумалась, не опасно ли это? Эш, скорее всего, запретит уходить из академии и с Дарионом вот совсем беда, а сходить очень хочется. Голос Эша, прозвучавший в голове, стал неожиданностью для девушки:

«Да иди уже, сколько можно! Дара с собой бери обязательно, пусть развеется. И отрезвляющее зелье не забудь! Если что, зови».

— Эли-и-ина, — голос Кайрина, прозвучавший очень близко, привёл её в чувства. — Ты уснула?

— Ох, простите, задумалась, — Элька смутилась, поскольку не знала, как объяснить своё поведение. Но она решила не заострять на этом внимание и просто ответила Рану: — Я с вами, Дарина тоже!

Дар в очередной раз поперхнулся, но спорить не стал. Видимо только что она получила разрешение от Эша. Ведь не просто так она замерла на несколько секунд и не откликалась. «Надо же, Элина действительно становится сильнее, раз Эш рискнул заговорить с ней мысленно. Ладно. Пойдём, развлечёмся! Надеюсь, брат знает, что делает», — подумал Дарион.

Последний месяц защитой Эльки занимался именно Эш, поскольку у него не было проблем с магией. Соответственно он имел больше возможностей для защиты девушки, благодаря их связи с Элькой. Это стало ещё одной причиной, по которой Дарион бесился, ведь хранитель чувствовал себя ненужным и слабым. Но сейчас Дар решил, что больше не будет страдать по поводу своих проблем — по крайней мере, не сегодня. Потому он улыбнулся и произнёс:

— Договорились, только плащи возьмём.

— Я с ней, — Кай, пожав плечами, указал на Эльку.

Вот кому было абсолютно наплевать, где отмечать праздник. Да его и сам праздник мало интересовал. Он сюда пришёл с конкретной целью — пообщаться с Элиной. И раз девушка хочет в какой-то там ресторан, то почему бы нет?

— Тогда собираемся у ворот, через десять минут, — радостно улыбнулся Ранмир и ушёл искать остальных участников сабантуя.

Спустя десять минут у ворот академии стояли пятнадцать адептов. Ребята в нетерпении топтались на снегу, ожидая дальнейших действий.

— Куда идём-то? — недовольно поинтересовалась Марика.

— Ресторанчик «Певчий дом», — сказал Ран. — Там очень хорошо готовят, нормальный контингент и что самое главное, — он выдержал небольшую паузу, — там можно танцевать и петь!

— Здорово! — воскликнула одна из девушек, Дайра де Вирон.

Девушка очень любила танцы, песни и развлечения, ведь она привыкла к роскошной жизни и постоянным праздникам. В конце концов, Дайра была маркизой, единственной дочерью герцога де Вирона. И ей никогда не приходилось вести столь суровый образ жизни, какой устроили всем адептам элитной группы. Потому предложение Ранмира привело девушку в восторг. Остальные адепты также поддержали идею Виленда, только Марика немного скривилась. Но в итоге, даже она изобразила бурную радость, и адепты направились в город.

В зале ресторана, куда их привёл Ранмир, было очень людно, но как оказалось, парень специально заранее заказал стол. Радостные адепты ввалились в зал, и расселись за большим столом, уставленным разнообразными закусками. Всё началось скромно и мило — они пили вино, общались и смеялись. Потом кто-то из ребят предложил сыграть в игру, кто кого перепьёт, вот тогда в стаканах оказалось не только вино. Вскоре парни соревновались в уничтожении спиртного, а девушки их усиленно поддерживали. Некоторые из гостей решили к ним присоединиться. И в какой-то момент, пришла пора петь песни.

В начале, спеть захотела, та самая Дайра. Девушка поднялась на сцену и запела такую заунывную песню, что не выдержал Дарион. Он, слегка пошатываясь, вышел на сцену, забрал у Дайры усилитель голоса и запел. Точнее запела Дарина своим волшебным голосом.

Зал тут же в восхищении затих. Это было, словно видение. Казалось, сделай лишний вздох и всё исчезнет. Но, когда со сцены полетели фантомы и начали оживать целые картины из песни — зал ахнул.

Вот древние боги взирают на человека, молящего о Силе. Вот какой-то безумец рвёт тонкую грань между мирами, откуда хлынули монстры в некогда прекрасный мир. А вот боги отдают всех себя до последней капли Силы, чтобы спасти Мир. Следом люди предают своих богов и отворачиваются от них. После чего две фигуры навеки застывают каменными изваяниями. Всеми покинутые. Ушедшие в забвение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Музыка стихла, как и голос Дариона. С минуту в зале царила гробовая тишина. А затем раздались бурные аплодисменты, свист и под восторженные крики публики, Дарион сел за стол.

— Наливай! — сказал он.

Выпив рюмку самогона, Дар улыбнулся всем очень доброй улыбкой. Только Элька увидела в его улыбке так много печали. Девушка смотрела на хранителя и не понимала, отчего ей так хочется плакать? Почему горло сдавило предательским спазмом? Ведь это всего лишь песня, баллада…всего лишь. Но почему она так сильно задела её? Будто Элина всё это видела своими глазами.

— Ты в порядке? — спросил Кай, заставляя Эльку отвлечься от своих переживаний.

С того момента, как Дарион запел, парень будто застыл рядом с Элиной. Словно каменная статуя, он внимательно наблюдал за разворачивающимся представлением. Ведь чего не ожидал Каин, отправляясь с компанией адептов на праздник в теле своей марионетки, так это увидеть давно забытое прошлое. Когда же Дар сел за стол, Каин долго и пристально смотрел на него, не отрывая взгляд. Но, видимо не найдя в Дарине того, что искал, он глянул на Эльку. Та сидела и готова была разреветься.

«Вот глупенькая. Только Элина может реветь над древними балладами, — подумал Каин и усмехнулся. — Хотя надо признать, представление удалось».

— Ты почему молчала, что умеешь так… — Ранмир смотрел на Дара, и пытался жестами показать, насколько его впечатлило представление.

— По-твоему, — ответил Дарион, — я должна была прийти в академию и сделать объявление? На самом деле, ничего особенного. Пою я с детства, а это просто старая баллада про древних богов, плюс немного волшебства.

— Нет, но всё равно, — насупился Ранмир, — откуда ты знаешь, как создавать иллюзии?

— Ран, ты не забыл, что всю нашу группу обучает мой брат? — смеясь, сказал Дар. — Думаешь, он не научил меня создавать простейшие иллюзии?

— Об этом я как-то и не подумал, — парень стушевался, а затем задал риторический вопрос: — Интересно, а когда нас научат чему-то подобному?

— Думаю, после каникул, — вдруг сказала Элька, и добавила, когда ребята вопросительно глянули на неё. — Ну, это логично, мы закончили с теорией, сейчас практикуемся в элементарных заклинаниях. Значит, и простейшие иллюзии будут.

— Круто! — восхитился кто-то из ребят, и все продолжили разговор, на тему «чему ещё их научат после каникул».

Каину становилось всё скучнее. Он же хотел пообщаться с девушкой, а получилось, что они сидят с этой ребятнёй. «Может забрать её на улицу, пройтись? — он серьёзно задумался над осуществлением данного плана. — Просто так она не пойдёт, а вот если ей, например, станет жарко…» Ментальный щит Каин пробить не мог, чтобы просто убедить девушку в том, что она хочет прогуляться. Слишком мощный он был у Элины, всё-таки древние артефакты создавали настоящие умельцы, а Каин сейчас был слаб как никогда. Потому, он решил по пути наименьшего сопротивления — нагреть воздух вокруг девушки. Через минут пять Элина начала обмахиваться салфеткой и пробормотала:

— Да что такое.

— Эль, ты не хочешь выйти на свежий воздух? — спросил тихо Каин, пряча улыбку. — Что-то здесь стало очень жарко.

Элька глянула на Кайрина, кивнула и, встав из-за стола, протянула ему руку.

— Мы выйдем на улицу, проветримся, — сказала она Дариону, — если что зовите.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дар слегка нахмурился, но лишь сказал девушке, чтобы она взяла с собой плащ. Больше хранитель вмешиваться в личную жизнь девушки не хотел. Пусть брат сам разбирается со всеми воздыхателями Элины. Всё-таки это он виноват в том, что до сих пор не рассказал девушке об истинном положении дел. Хотя должен был сделать это ещё полгода назад.

Тем временем Элька с Кайрином пошли на выход, и не обратили никакого внимания на задумчивый вид Дариона. Стоя на улице под снегом, летящим с неба, девушка стала тереть руки, которые начали замерзать. Каин глядя на неё мысленно усмехнулся: «Смертные», — он взял Элину за руки и принялся их греть своим дыханием.