Владычица магии - Дэвид Эддингс

Джиберс чуть разочарованно кивнул.

— Вы, конечно, правы. А это — моя ученица, леди Шарелл. Её отец — старейшина торговой гильдии барон Релдрн. Сопровождаю её в Тол Борун, в гости к родственникам.

Гарион понял, что это не правда. Имя наставника только подтвердило его подозрения.

Они проехали ещё несколько лиг, причём Джиберс ни на секунду не закрывал рта, оживлённо переговариваясь с Силком. Он без конца превозносил свои методы обучения, ссылаясь при этом на мнения высокопоставленных особ, полагавшихся на его суждения. Слушать наставника было крайне утомительно, хотя он казался вполне безобидным. Его ученица ехала рядом с тётей Пол и почти всё время молчала.

— Думаю, пора бы и перекусить, — объявила тётя Пол. — Не составите ли нам компанию, магистр Джиберс? Хватит на всех.

— Потрясён вашей щедростью, — ответил наставник. — Будем очень рады.

Путешественники остановили лошадей у какого-то мостика, перекинутого через ручей, и повели их к густым ивовым зарослям неподалёку от дороги. Дерник разложил костёр, а тётя Пол начала расставлять на земле горшки и котелки.

Ученица магистра Джиберса оставалась в седле до тех пор, пока наставник не подошёл, чтобы помочь ей спешиться.

С тоской взглянув на болотистую почву берегов ручейка, она высокомерно бросила Гариону.

— Ты… мальчик! Принеси мне свежей воды!

— Ручей вон там! — показал Гарион.

— Но земля такая грязная! — с удивлением пробормотала девушка.

— И вправду! — кивнул Гарион, а потом, с нарочитым презрением отвернувшись, пошёл помогать тёте Пол.

— Тётя, — произнёс он после нескольких минут мучительных споров с собой.

— Что, дорогой?

— Думаю, леди Шарелл — вовсе не та, за которую себя выдаёт.

— Разве?

— Не совсем уверен, но по-моему — это принцесса Се'Недра, та самая, что прибежала в сад, когда мы были во дворце.

— Да, дорогой, знаю.

— Знаешь?

— Конечно. Передай соль, пожалуйста.

— По-моему, путешествовать с ней опасно.

— Ну, не совсем так. Думаю, всё обойдётся.

— Но эта девчонка ужасно действует на нервы, и от неё столько беспокойства!

— Принцесса империи всегда должна доставлять кучу хлопот, дорогой.

После того, как все опустошили тарелки с тушёным мясом, очень понравившимся Гариону, но явно пришедшимся не по вкусу гостье, Джиберс наконец попытался заговорить о том, что, по всей видимости, тревожило его с самого начала путешествия.

— Несмотря на все старания легионеров, дороги далеко не безопасны. Только безрассудные смельчаки путешествуют в одиночку, а леди Шарелл доверена моим заботам, и поскольку я отвечаю за её благополучие, нельзя ли нам ехать вместе с вами до самого Тол Боруна? Поверьте, мы постараемся не доставлять вам хлопот, а я с готовностью заплачу за всё, что мы съедим.

Силк быстро взглянул на тётю Пол.

— Конечно, — кивнула она. Силк удивлённо поднял брови.

— Мы вполне можем путешествовать вместе, — продолжала тётя Пол, — ведь нам всем нужно в Тол Борун.

— Как знаешь, — пожал плечами Силк.

Гарион знал, что тётя Пол делает ужасную ошибку, за которую придётся дорого заплатить.

Джиберс совсем не годился в спутники, а ученица его с каждой секундой становилась всё невыносимее. Она, очевидно, привыкла к многочисленным суетящимся вокруг слугам и не задумываясь отдавала приказы. Гарион немедленно сообразил, кому придётся их выполнять. Он встал и направился к ивовым зарослям.

Поля, расстилавшиеся за деревьями, отливали бледно-зелёным в лучах весеннего солнца; маленькие белые облачка лениво плыли в синем небе.

Прислонившись к дереву, Гарион невидящими глазами уставился в пространство. Не станет он слугой, будь эта девчонка хоть самой королевой. Хорошо бы дать это понять, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля.

— Ты что, разум потеряла, Пол? — услышал он из-за деревьев голос господина Волка. — Рэн Борун, вероятно, разослал легионеров по всем дорогам!

— Это моё дело, Старый Волк, — возразила тётя Пол. — Не вмешивайся! Я устрою так, что легионеры не обратят на нас внимания.

— У нас нет времени потакать её капризам. Сожалею, Пол, но эта девчонка — просто маленькое чудовище. Сама видела, как она вела себя с отцом.

— Не так уж трудно отучить человека от дурных привычек, — спокойно ответила тётя.

— Не проще ли отправить её обратно в Тол Хонет?

— Принцесса уже убегала однажды. Если отошлём её, попытается снова удрать. Мне гораздо спокойнее, если её высочество будет находиться там, где я смогу легко её найти. Не желаю, когда настанет нужный момент, рыскать по всему миру, чтобы обнаружить её.

— Будь по-твоему, Пол, — вздохнул старик.

— Прекрасно.

— Только держи это отродье подальше от меня! — попросил он. — От неё просто руки трясутся. Остальные знают, кто она?

— Гарион.

— Гарион? Удивительно!

— Вовсе нет, — объявила тётя Пол. — Он гораздо умнее, чем кажется.

Новое странное чувство росло в и без того смятенном мозгу Гариона.

Очевидный интерес тёти Пол к Се'Недре заставил больно сжаться сердце. К стыду своему, он был вынужден признать, что ревнует её к девчонке.

В последующие дни опасения Гариона полностью оправдались. Случайное замечание о жизни на ферме Фолдора быстро обнаружило его прежнее положение поварёнка, и принцесса бессовестно использовала полученные сведения, чтобы постоянно заставлять его выполнять сотни глупейших поручений. Хуже всего было то, что, когда он пытался отказаться, тётя Пол твёрдо напоминала о необходимости вежливого отношения к дамам. И Гарион, естественно, с каждой минутой становился всё угрюмее.

Принцесса успела сочинить историю о причинах своей поездки в Тол Борун, причём каждый день рассказ обрастал новыми подробностями, становясь всё более и более не правдоподобным. Сначала она собиралась просто навестить родственников; потом посыпались смутные намёки на вынужденное бегство от нежелательного брака с уродливым старым торговцем. Далее краски всё сгущались: теперь уже кто-то замышлял похитить её и потребовать с отца выкуп. Последняя версия была просто великолепной: девушка призналась, что предполагаемое похищение было каким-то образом связано с политическим заговором, имевшим целью захватить власть в Толнедре.

— Ужасная лгунья, правда? — пожаловался Гарион тёте Пол, когда они остались как-то вечером наедине.

— Да, дорогой, — согласилась она. — Умение лгать — большое искусство.

Хорошая ложь не должна быть слишком приукрашена. Девочке не хватает практики, особенно если она хочет далеко пойти.