Многоценная жемчужина - Сергей Сергеевич Аверинцев

не того, что относится к радованию

и доброму имени.

Прилепись к мудрости, источнику всех благ,

сокровищу нескудеющему,

и в ней обретешь ты, где преклонить главу твою

и обрести упокоение твое,

ибо она будет тебе как отец, и как матерь,

и как благая сопутница жизни.

Имей всякую дружбу с терпением и постоянством,

которые годны противу всех напастей,

приходящих на слабых человеков;

ибо столь велика сила их,

что сносят они голод и одолевают жажду,

подают отдохновение во всякой скорби

и с трудами спорят, и со смертью;

имей же о них рачение, и умирится жизнь твоя,

и будешь ты мне утехою,

и наречешься украшением родивших тебя.

Ведь прежде, во время оное,

когда стоял град наш в величии своем,

да будет тебе ведомо, противу многих

изрекались слова мерзостные;

и всё же признательны мы времени,

что сполна получили от величества его

подобающую приязнь и красоту;

но воспретило нам время довершить то,

что решили мы в уме нашем.

И здесь, в узах, благодарим мы божество

за то, что стяжали приязнь многих;

ибо ищем мы, чтобы душа наша

не оставляла мудрости и радования.

Те же, кто влечет нас насилием,

свидетельство приносят противу себя же самих,

что весьма удалены от всего доброго;

и примут они срам и стыд

от низкого и постыдного.

Ибо доказали мы истину нашу,

что нет в нас вины перед державою;

и если римляне дозволят нам

возвратиться в землю нашу

со всякою правдою и послушанием,

человеколюбиво поступят они

и нарекутся добрыми и праведными,

и земля обитания их

также насладится покоем своим.

Пусть явят они величие свое,

на волю отпуская нас,

мы же да покоримся владычеству их,

что временем определено для нас,

они же да не терзают нас

и не уподобляют нас рабам!

Впрочем, что бы ни решили о нас,

не приключится нам ничего большего,

нежели упокоение смертное,

которое не отнимется от нас.

Но ты, юный сын мой,

если прилагаешь усердие уразуметь сие,

сперва победи похотение,

и будь умерен во всех делах своих,

и блюди себя от гнева,

и вместо ярости послушествуй добродетели.

Ибо, как ныне мыслю я о сих вещах

и как восходит мне на память,

могу я оставить по себе писание мое,

и со спокойною мыслию окончить стезю мою,

идти по которой осудили меня,

и оставить без печалования

злое губительство мира сего;

ибо молю я о том, чтобы разрешиться,

какова же будет смерть, не заботит меня;

скорбеть же обо мне или тревожиться обо мне

отнюдь не присоветую никому;

ибо таков путь мира целого,

и в смерти нашей упреждаем мы его.

Один из друзей спросил Мару, сына Серапионова, когда был тот в узах подле него:

— Жизнью твоею заклинаю тебя, Мара: открой мне, что достойное смеха явилось тебе, что смеешься ты?

И сказал ему Мара:

— Я смеялся над временем, что оно, не получив от меня в долг никакого зла, воздает мне злом.

Здесь кончается послание Мары, сына Серапионова.

ДЕЯНИЯ ПАВЛА И ФЕКЛЫ{28}

ГЛАВА 1

Когда восходил Павел к Иконию, бежав из Антиохии,[321] были сопутниками его Димас и Ермоген медник,[322] лицемерия исполненные, и ластились к Павлу, притворяясь, будто любят его. Павел же, на одну лишь благость Христову взирая, ничего дурного не сделал им, но миловал их весьма, дабы соделать для них сладкими все словеса Господни, и учение, и толкование благовестия о рождестве и воскресении Возлюбленного,[323] и слово в слово пересказывал им дивные дела Христовы, как что ему самому открыто было.

ГЛАВА 2

И вот, муж некий по имени Онисифор,[324] прослышав, что Павел идет в Иконий, вышел со чадами своими Симмией и Зиноном и женою своею Лектрою во сретение Павлу, дабы принять его; ибо открыл ему Тит[325] на словах, каков из себя Павел. Видеть же он его не видел плотию, а только духом.

ГЛАВА 3

И пошел Онисифор по дороге царской на Листру,[326] и стал, дабы поджидать Павла, и всех проходящих оглядывал пристально, держа в памяти наставление Титово.

И увидел он Павла шествующего, мужа низкорослого, лысого, с ногами кривыми, с осанкою достойною, с бровями сросшимися, с носом немного выступающим,[327] полного милости; и то являлся Павел как человек, то ангела имел обличие.

ГЛАВА 4

Увидев же Онисифора, улыбнулся ему Павел; и сказал Онисифор:

— Радуйся, Бога благословенного служитель!

А тот ответил:

— Благодать с тобою и с домом твоим.

Димас же и Ермоген завистию воспылали и еще усугубили притворство свое.

И сказал Димас:

— А мы не Благословенного ли служители, что ты не приветствуешь нас сим же образом?

И ответил Онисифор:

— Не вижу в вас плода правды: но если и вы таковы, войдите в дом мой и покойтесь.

ГЛАВА 5

И вошел Павел в дом Онисифоров; и была там радость великая, и колен преклонение, и хлебов преломление, и слово Божие о воздержании и воскресении.

И говорил Павел так:

— Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.

— Блаженны в непорочности плоть свою соблюдшие, ибо они храмом Божьим соделаются.

— Блаженны воздержные, ибо им глаголет Бог.

— Блаженны от мира сего отрекшиеся, ибо они Богу благоугодят.

— Блаженны жен имеющие, как бы не имея, ибо они Бога наследуют.

— Блаженны страх Божий хранящие, ибо они ангелами Божьими соделаются.

ГЛАВА 6

— Блаженны трепещущие речений Божьих, ибо они утешатся.

— Блаженны премудрость Иисуса Христа стяжавшие, ибо они сынами Всевышнего нарекутся.

— Блаженны крещение свое соблюдшие, ибо они в покой Отца и Сына внидут.

— Блаженны разумение