«Красные генералы». За Державу больше не обидно! - Илья Бриз

Глава 12

— Тотальный контроль всего населения планеты?! Ты, Дима, говори, да не заговаривайся. Так мы знаешь, до чего докатимся? Термин «свобода» потеряет свое значение, как факт!

— Саша, а ты сам как, чувствуешь себя свободным? — задал провокационный вопрос Полонский?

— В смысле? — не понял Александр Юрьевич.

— Ну, тебя очень напрягает портальный микромаячок в черепе, имплантированный твоей женой? — улыбнулся генерал. Упоминать, что в его собственной голове находится точно такой же, он не стал. — Твое местонахождение автоматически контролируется аж с семи локаторов на геостационарной орбите, — группировка спутников с портальными локаторами была увеличена по требованию как службы безопасности Особой зоны Рапопорта, так и нового спецотдела ФСБ ССР, состоящего исключительно из инициированных сотрудников.

— Пусть контролируется. Никто чужой ведь не может получить эти данные для причинения мне вреда, — Сахно удивленно посмотрел на Полонского. — Как в той старой рекламе? «Заплати налоги и спи спокойно»?

— Конечно, — тут же ответил генерал. — Если ты не преступник, то чего опасаться? А вот всеобъемлющий контроль местонахождения людей резко снижает возможность совершения предосудительных действий. Соответственно, когда мы объявим об этом. Все инициированные и так знают. Ну да у наших совершенно другие мотивации. С другой стороны, ведь сегодня не найдешь практически никого, кто бы обходился без мобильного телефона. Не учитывая, конечно, инициированных. Мы сами всегда на связи, — улыбнулся генерал. — И при этом все отлично знают, что координаты сотового элементарно отслеживаются. Но никто ведь не отказывается от телефона.

— А как ты себе это представляешь технически? — спросил Александр Юрьевич.

— Придется еще повысить количество портальных локаторов с одновременным увеличением мощностей автоматических линий в Красном-два по производству микромаячков. Ну и, соответственно, продолжать наращивать вычислительные мощности и объем баз данных.

— Нет, меня интересует не производство всего необходимого, с этим мы чуть раньше или позже, но как-нибудь разберемся. Возможности у нас, с ростом количества инициированных в геометрической прогрессии, растут не по дням, а по часам. Как ты себе представляешь сам процесс вживления?

— А везде, где требуется идентификация человека: в паспортных столах, в банках, в проходных различных производств, в поликлиниках — ну ты понял — дистанционно всаживаем микромаячки и заносим в базу. Ведь сам момент вживления практически неощутим — в выбранном твоей Натальей месте черепа нет нервных окончаний. При этом достаточно скоро можно будет отказаться вообще от каких-либо документов. Кстати, и денежную систему можно будет окончательно реформировать. Вскоре от купюр и монет совсем откажемся. Портальная сеть, как известно, принципиально не взламываема. Ведь прямой доступ в нее имеют только порядочные и при этом весьма квалифицированные люди. Вот на один большой сервер и возложим функции пересчета денежных единиц.

— Одним сервером здесь, пожалуй, не обойдешься, — хмыкнул Сахно, — но идея на самом деле здравая. А все необходимые платежи я действительно уже давно делаю через сеть.

— А я о чем?! — довольно воскликнул Полонский.

— В Военном совете обсуждал?

— Конечно. У меня там давно уже большинство инициированных. Так что споры были недолги.

— Получается, я — последняя инстанция?

— Ты, через управление Красным-два и его производственными и вычислительными мощностями и, соответственно, контролем над всеми персональными портальными комплексами, сосредоточил в своих руках реальную власть над всеми нами, кто прошел инициацию. А через нас — более-менее над всей планетой.

— Побойся бога, Дмитрий Алексеич! Я хоть раз делал что-нибудь серьезное без совета с тобой? — возмутился Александр Юрьевич.

— Ты не понял, Саша, — рассмеялся генерал. — Нас всех, — эти два слова он выделил, — это положение не просто устраивает. Оно является предпочтительней любых других. У нас ведь сейчас практически почти демократическое управление. Сколько раз тебе задавались по сети различные вопросу по управлению государством?

Сахно на секунду застыл, проверяя свою базу данных, и только потом ответил:

— Много. По несколько раз в день бывало. Я думал, ты просто интересуешься моим мнением.

— Эти же вопросы задавались всем инициированным, кто имеет соответствующую квалификацию. А с учетом практически неограниченной возможности быстрого обучения для нас, таковых подавляющее большинство. Вопросы тщательно обсуждались, ведь на это теперь требуются секунды, и только потом принимались решения на основе общего мнения. То есть реальный государственный аппарат управления — это все инициированные.

— И даже из других стран?

— Конечно. Какая разница, где они родились и гражданином какой страны номинально являются? Это наши люди, те, кто полностью разделяет наши моральные ценности.

— Черт, я слишком много оставляю на внешних базах данных, — быстро сориентировался Сахно. — Потому сразу и не въехал.

— И правильно делаешь. Знаешь, сколько уже случаев перегрузки ЦНС из-за стремления запомнить самому было?

— Наташа говорила. Вот, наверное, потому подсознательно все сию секунду ненужное перекладываю из своей памяти в компьютер. Ладно, это все по нашей стране поголовное в прямом смысле насаждение микромаячков, — вернулся к основной теме Александр Юрьевич. — А за рубежом?

— В первую очередь задействуем возможности «Кальмара». Восемьсот тысяч ежесуточное посещение — это не так уж и мало. Конечно, почти половина из них постоянные пользователи, но все равно портальный комплекс — самый удобный объект. Далее — зрители мнемофильмов. Ведь мы же поставили условие предъявления документов, чтобы увеличить аудиторию при наших пока скромных возможностях по персональным терминалам связи с головным мозгом. Это будет основным методом. От сегодняшних семисот пятидесяти тысяч в неделю до тридцати-сорока миллионов в недалеком будущем. За несколько лет охватим все дееспособное население планеты.

Сахно критически посмотрел на генерала и усмехнулся:

— Ох, мне бы твой оптимизм.

— Ну и зачем тебе это надо? — с заметной усмешкой спросил Александр Юрьевич.

Гришка посмотрел на тестя, улыбнулся во все тридцать два зуба и только потом ответил: — Дядь Саша, а ты попробуй сам. Причем не дистанционно, как многие сейчас делают, а именно за штурвалом. Чтобы всем телом чувствовать перегрузки. Кстати это совершенно безопасно даже для техники. Хорошую машинку ребята для тренировок соорудили. Взлет — в автомате. Только после набора достаточной высоты берешь управление. Впрочем, если есть хоть небольшое желание, освоить курс пилотажа можно для любого инициированного за какие-то часы. Конечно, не каждому дано. Очень многие, наслушавшись восторга талантливых пилотов, взлетают и после первой попытки активного пилотажа, а то и во время ее эвакуируются. У кого вестибулярный аппарат не выдерживает, кому-то, несмотря на вроде бы нормальную подготовку, просто не дается, а у некоторых нервы не выдерживают — пока во вкус не вошел, действительно страшновато. Но если все-таки можешь, то это такое удовольствие — просто сказка. Недаром все ребята из отряда космонавтов в очередь выстраиваются. Машина получилась — фантастика. С помощью портальных технологий удалось уменьшить массу конструкции всего до восьми тонн. И это при тяге движков прилично за тридцать. Лена в своем исследовательском комплексе — у нее там уже полтысячи наших работают — для лопаток турбин новый материал из комплексной металлокерамики подобрала: ресурс восемьдесят тысяч часов без всякого охлаждения.

— Из гришанита? — переспросил Сахно.

— Ага, — подтвердил парень. Он почему-то стеснялся, что такое громадное количество новых материалов назвали его именем. Не считал своей заслугой. — Сразу после отрыва прешь вертикально вверх с приличной перегрузкой. Сам смотришь вперед, то есть в небо, но на глазные нервы чуть ослабленным сигналом выводишь картинку с видеокамер на крыльях и гаргроте тормозного парашюта. Красота! Горизонт, у самой поверхности четко видимый, почти сразу расплывается. Вокруг тебя одно огромное небо и только далеко сзади, а на самом деле внизу, удаляющаяся Земля. Так и несешься на сверхзвуке в стратосферу. Голубизна сменяется насыщенной синевой, а затем только темень и звезды. Динамический потолок атмосферной пташки — тридцать девять тыщ метров. Ну а там можно включить подачу воздуха в двигатели через порталы и отрабатывать эволюции уже в безвоздушном пространстве. Или вообще выйти на орбиту и загнать в ангар спутника. Нет, дядь Саша, это не описать. Тебе надо самому попробовать. Космос — мы там все уже не по разу бывали — это одно. А вот самый верх атмосферы на таком роскошном самолете — совершенно другое. Как говорят в Одессе: две больших разницы.