Не дыши! - Найяд Диана

«Ди, что мне петь дальше? Песня Little Anthony? Забыла следующую строчку… Сначала… «Если бы я мог начать все сначала, я не медлил бы…» Что потом? Не могу вспомнить».

В прошлом июле с Кубы во Флориду плыла Пенни. А теперь то же самое делает другая австралийская пловчиха, Хлоя Маккардель. Она будет пытаться пересечь это расстояние без чьей-либо помощи. После перечисления длинного списка своих побед Хлоя делает заявление о Кубе. Она называет Кубу «морским Эверестом», а заодно и вершиной своей спортивной карьеры. Хлоя прекрасно знает, что я на Ки-Уэсте, готовлюсь к марафону. Но ей известно, что обычно я предпринимаю новую попытку в июле. И она поплывет первой.

Как и в случае с Пенни, сейчас я готова застрелиться. Но когда репортеры спрашивают меня, что я чувствую, зная, что кто-то может исполнить мою Мечту, я собираю всю волю в кулак, всю спортивную выдержку и, лучезарно улыбаясь, желаю Хлое удачи с командором Марины Хемингуэя.

По CNN мы смотрим интервью с Хлоей. Ее спрашивают, как она собирается справляться с кубомедузами, от укусов которых однажды чуть не прервалась моя жизнь. Хлоя говорит обо мне с большим уважением. Она рассказывает, как пристально следила за каждой из моих попыток и по-настоящему радовалась, что эти ужасные медузы не нанесли мне непоправимый вред. Хлоя абсолютно уверена в своих силах. Ей 28 лет. Дерзкое времечко. Я вспоминаю, что в 28 лет я предприняла первую кубинскую попытку. Она рассказывает зрителям о том, что родилась в Австралии. Где кубомедузы являются местной достопримечательностью. Ее команда выучила их повадки еще очень давно. Чтобы защитить Хлою ночью, вокруг нее разольют «отталкивающие сливки». Ее спрашивают, что это за сливки и из чего они состоят. Она обещает открыть секрет после удачного завершения марафона. Мы переглядываемся. В мире медуз существует нечто, о чем не знает Энджел Янагихара? Невозможно.

Старт Хлои показывают в прямом эфире. Мы видим, как ее плечи, руки и бедра обмазывают белой жидкостью. Однако на теле остается много участков незащищенной кожи. Чертовщина. Как мы понимаем, основная идея средства в том, чтобы отпугнуть медуз в тот момент, когда они подплывут совсем близко.

На рассвете она начинает. О моей тренировке и речи быть не может. Мы собираемся следить за ней. Мы превратились в огромный комок нервов. Хлоя – очень быстрая и очень сильная пловчиха. Трекер демонстрирует ее феноменальный успех в воде. В первые восемь часов она, минуя Гольфстрим, движется на север. Через четыре часа Хлоя поворачивает на северо-восток. Возможно, она угодила в противоток. Затем что-то происходит, и точка Хлои исчезает с радаров. После 12 часов марафона никаких сигналов. Мы проверяем ежеминутно. Но ничего не меняется. Мы предполагаем, что сломался трекер или с самого начала работал со сбоями. Через несколько часов мы узнаем, что ночью ее ужалили. С ней все хорошо. Но она остановила заплыв. Хлоя обещает больше никогда не возвращаться в эти воды. Остановиться всего лишь 12 часов спустя. Хмм. Вспоминая всю ее предстартовую дерзость, я представляю, какой неудачницей она себя сейчас чувствует. Добро пожаловать в мой мир, Хлоя.

После случившейся драмы мы возвращаемся к нашему ожиданию июля и повышения температуры воды в океане. Лето – время интенсивной подготовки на Ки-Уэсте. Мы не изменяем нашим традициям уже четыре года. И все это время я тренируюсь для Кубы и думаю о ней. Что бы я ни делала – гуляла с собаками, читала, ела, – мыслями я все время во Флоридском заливе. К реальности я возвращалась лишь дважды. В июле 2010 года, когда были похороны моего брата, и на свадьбе Тима в мае 2013-го. Мое кубинское ожидание наэлектризовало воздух.

Каждый день, возвращаясь домой после тренировки, я не спешу разбирать вещи. Я застываю перед черно-белой фотографией на левой стене. На ней, повернувшись спиной, стоит человек. Он смотрит на морской горизонт, и в его позе – замешательство. На рамке из красного дерева от руки написано несколько строк из стихотворения Пабло Неруды «Ода соли»:

I know you won’t believe me, but it sings, salt sings… in it, we taste infinitude[47].

Вот что живет у меня в душе. Я желаю дотронуться до бесконечности. Это стремление сделало мою жизнь ярче. Момент морского поцелуя. Каждый раз после тяжелой тренировки, когда я хочу остановиться, я смотрю на это фото и читаю эти строчки. И я вспоминаю то удовольствие, которое я испытываю, погружаясь в тугую лазурную воду океана. Я танцую в воде, моя душа воспаряет. Я чувствую величие стихии. Свою силу. Я – океанский путешественник, упивающийся скольжением по воде от мили до мили. Все лето строчки Неруды напоминают мне о моей любви к океану. И моя надежда не умирает.

Удача – вот что сейчас нам по-настоящему необходимо. Тогда наконец мы пересечем бескрайние воды океана, признавая его величие и признаваясь ему в любви.

И нам нужна Бонни. Когда она была ребенком, ее отец часто пел ей старую народную песенку. Я тоже пою ее после каждого марафона.

My Bonnie lies over the ocean My Bonnie lies over the sea My Bonnie lies over the ocean Oh, bring back my Bonnie to me[48].

Глава 31

Найти свой Путь

Мне нужно еще немного времени побыть с Бонни, просто посидеть с ней рядом, откровенно поговорить. Знаю точно – без нее я гораздо слабее. И я очень сожалела о том, что ее не будет рядом, когда моя мечта станет реальностью. Недосягаемый, но все же достигнутый песок на Флоридском побережье без Бонни потеряет свое очарование. Этот заплыв всегда являлся символом нашей дружбы.

Бонни готова поговорить об этом через посредника. Все зашло слишком далеко. Мы, не сговариваясь, выбираем Стива Мунэтоунса. Он выслушивает нас обеих. Почему Бонни не хочет участвовать, почему я должна попытаться. Он все понимает. Бонни просит Стива рассказать, учитывая опыт других марафонцев, с какими еще трудностями я могу столкнуться. Меня не расстраивают ее сомнения. Мы знаем местные воды как никто другой. Каждая экспедиция была организована наилучшим образом. Мы побывали в шторме. Во всех трех плаваниях Стив являлся независимым наблюдателем. Он не думает, что есть нечто, о чем мы пока не знаем.

Бонни спрашивает про угрозу моей жизни. Действительно ли я могу закончить свои дни в воде. Стив согласен: кубомедузы очень опасны, и случаи с фатальным исходом возможны. Если мы решим эту проблему, мы станем почти неуязвимыми. Он говорит, что не знает ни одного спортсмена, кроме меня, который так легко переносит их укусы. Наша защита от акул приводит Стива в восторг. Он уверен, что акулы мне точно не грозят.

И последний вопрос от Бонни:

– Скажи мне, Стив, неужели Диана действительно на такое способна? Разве все прошлые неудачи ничего ей не доказали?

Стив:

– Это невозможно. Вероятность 2 %. Но, кажется, Диана слово «невозможно» понимает по-своему.

От Стива мы возвращаемся в полной тишине. Я привыкла все обсуждать, а Бонни решает все без слов. Я подъезжаю к ее дому. Она уходит. Я боюсь того, о чем она может сейчас думать. Она просит меня приехать завтра. Я понимаю ее намерения. Бонни хочет заставить меня все бросить. Но я непреклонна. Я решила, и я не отступлю. Завтра я жду от нее последнего слова.

Утром я поднимаюсь к ней. Я знаю, Бонни не любит лишних разговоров. Если что-то можно объяснить двумя словами, то она скажет только эти два слова. Мы обмениваемся приветствиями, шутим. А затем я не успеваю плюхнуться на диван, как она произносит: «Я в игре».