Глаз ведьмы - Василий Веденеев

— Было! — многозначительно поднял палец Генка. — Понимаешь, было и прошло!

— К сожалению, не до конца, и ты меня ни на что не уговаривай.

— Ха! — Казаков хлопнул ладонями по коленям. — Да там работенка плевая, выеденного яйца не стоит, тем более временная, а бабки ломовые. Понял, чудак?

По его словам выходило, что особенно напрягаться не придется. У его шефа есть психически нездоровая родственница, которую вскоре должны отправить лечиться за границу — то ли в Швейцарию, то ли в Италию, — но не в этом суть. У богатых свои причуды, они хотят прикупить все на свете, поэтому шеф желает, чтобы, пока родственница еще здесь, за ней приглядели, когда она выходит на улицу.

Серов ждал, скажет Генка, что нужно с ним поделиться заработком или нет? И Казаков, ничуть не смущаясь, намекнул: за подобную халяву, какую он устраивает по старой дружбе, святое дело отвалить «комиссионные», тем более шеф для родни не скупится.

— Личная охрана? — задумчиво потер подбородок Серов.

Нечего говорить, Генка прав, это действительно халявная работенка: приглядеть за дамочкой, пока она гуляет по магазинам или в парке. Но что-то останавливало, призывало не торопиться давать согласие, несмотря на заманчивость предложения.

— А почему за ней не приглядят родные? И разве твой шеф не в состоянии нанять человека из охранной фирмы?

— Он хочет солидного, с опытом, — объяснил Казаков, отведя глаза в сторону, но потом все-таки признался: — Но ты подумай, если через фирму, какой мне интерес? А дома жрать хотят по три раза в день и желательно повкуснее.

— И от кого надо эту даму охранять?

— От нее самой. Я же говорил, она немного того, — Генка покрутил пальцем у виска. — До отъезда осталась неделя-другая, не засадишь же ее пока в дурдом? Да и как ее потом вывозить? Слушай, зато Константин даст десять кусков за две недели! Представляешь?! Десять кусков в баксах всего за четырнадцать дней. Где еще заработаешь такие деньги? Я много не хочу, дашь штуку, и я буду крайне благодарен: нормальный ход, десять процентов за посредничество.

— Значит, один дурак должен сберечь другого? — усмехнулся Серов.

— А ты про голову-то молчи! — сердито зашептал Казаков. — Зачем язык распускать?

— Когда нужно дать ответ?

— Если в принципе согласен попробовать, можем прямо сейчас подскочить к шефу. Не боись, обратно доставлю.

Сергей быстренько прикинул — у Сухаря можно по дружбе попроситься в краткосрочный отпуск, чтобы заработать девять тысяч. Впрочем, пока рано загадывать и разевать рот шире головы: с шефом Генки еще не встречались и ни о чем не говорили. Но, может быть, рискнуть?

— Ладно, давай прокатимся…

Машину Казаков водил отлично: умело минуя пробки и проскакивая через малопроезжие переулки, он домчал до Бауманской и вырулил на Басманную, где располагался офис фирмы.

«Унивеко» — прочел на табличке у входа Сергей и, следом за знакомым, прошел мимо вахтеров в длинный коридор. Генка открыл дверь кабинета Увидев Константина, Серов сразу подумал, что из всей затеи хрен что получится — за столом сидел тот самый брюнет, которому он испортил вечер у Лариски Рыжовой. Теперь только не хватало, чтобы за спиной неожиданно выросли его телохранители-мордовороты и все началось сначала. Сергей даже потрогал едва успевшую зажить разбитую бровь, и она отдалась болью, словно напоминая: будь настороже, не то опять мимо денег и с разбитой рожей!

— Вот, Константин Михайлыч, — подобострастно поклонился Генка, искательно заглядывая в глаза хозяина. — Как и обещал, привел надежного человека.

— Вижу, — откинувшись на высокую спинку рабочего кресла, процедил тот. — Вроде старый знакомый?

— Да, кажется, мы уже встречались, — кивнул Серов и собрался повернуться и уйти, не желая испытывать судьбу и нарываться на возможные неприятности. Все равно разговора не получится. Но ошибся.

— Погодите, — заметив его движение, попросил брюнет. Он вышел из-за стола и протянул Сергею руку. — Знаете поговорку: кто старое помянет, тому глаз вон? Если не возражаете, считайте, что я на вас не в обиде. Меня зовут Константин Михайлович Максимов.

— Сергей Иванович, — Серов пожал его узкую ладонь.

Может быть, шеф Генки Казакова не так глуп, а приличные деньги на дороге не валяются? Тогда нечего корчить из себя Отелло, особенно после того, как сам отвалил от Ларки.

— Присаживайтесь, Сергей Иванович.

Максимов выразительно повел бровью — Генка тут же исчез.

— Чем могу быть вам полезен? — Сергей взял предложенную хозяином сигарету и прикурил от большой настольной зажигалки.

— Геннадий рекомендовал вас с самой лучшей стороны, да и сам я видел вас в деле. Впрочем, молчу! — Максимов шутливо поднял руки, словно сдаваясь. — Ни слова больше… В общем, мне нужен человек с опытом и умением крепко держать язык за зубами. Казаков что-нибудь объяснил?

— В общих чертах, — и Серов решил сделать маленький выпад с целью проверить реакцию хозяина. — Насколько я понял, вам крайне нежелательна огласка, что в роду умалишенные?

— Если хотите, считайте так, — ни один мускул на лице Константина Михайловича не дрогнул, и Сергей отметил, что тот хорошо владеет собой. — Работа рассчитана примерно на две недели, до отъезда нашей родственницы в Швейцарию. Оплата хорошая. Я готов дать три тысячи задатка и окончательно рассчитаться после ее отлета, заплатив еще семь тысяч долларов. Начать желательно не откладывая, прямо завтра.

— Что конкретно я должен делать?

— Умеете водить машину? Прекрасно. Дадим вам на время работы авто, и будете дежурить у дома. Если дама не выходит, вы ждете. Если отправилась в город пешком, то следуете за ней тем же порядком, но она может поехать на машине.

— Вы не ограничиваете свободу ее передвижений и даже позволяете садиться за руль?

— Ну, нельзя же человека лишить всего? Она не в тюрьме и нисколько не виновата, что больна, — развел руками Константин Михайлович.

Он закурил и выпустил дым к потолку, а Серов отметил, насколько беспокойно, в отличие от лица, вели себя руки Максимова: он то поднимал их, то разводил в стороны, то тискал пальцы одной руки в ладони другой, а теперь играл золоченой зажигалкой «зиппо», пытаясь скрыть волнение. Лицо еще удавалось контролировать, а вот руки подводили. Хотя Сергей, наверное, тоже бы волновался, говоря о помешанной родне. Кстати, права ей они наверняка купили — теперь получили возможность управлять машинами даже те, кто раньше не мог об этом и мечтать.

— Да, естественно, — согласился Серов. — Я должен представлять вам какие-то отчеты?

— Только в тех случаях, если произойдет нечто экстраординарное или она с кем-то встретится. Для этого у вас будет фотоаппарат, и вы зафиксируете встречу на пленке. Деньги на бензин и карманные расходы ассигнованы в размере трехсот долларов в неделю. Устроит? Дайте ваши координаты, мы сейчас же оформим доверенность на машину.

Сергей взял листок бумаги и быстро набросал свои данные. Протянул записку Константину Михайловичу и прямо спросил:

— Зачем за ней нужно приглядывать?

— У нее мания самоубийства, — нехотя ответил Максимов.

— Склонность к суициду, как говорят правоведы и медики? — удивленно поднял брови Серов. — Ей нельзя доверять баранку! И как ночью?

— Ночью следить не нужно, — Константин Михайлович ослабил узел галстука, словно воротник сорочки душил его. — И вообще у нее появляется склонность к суициду, как вы изволили выразиться, только в периоды обострения болезни. Недавно был сильный приступ, а теперь, как надеются врачи, он повторится не скоро. Дома за ней есть кому присмотреть, а вот на улице вы будете отвечать за нее головой!

Серов посмотрел на большие настенные часы «ситизен»: время приближалось к обеду. В принципе он уже согласился, поэтому нечего выдрючиваться.

— В общем, прелестная ситуация, но я уже дал согласие и обратно своего слова не возьму.

— Отлично. — Максимов достал из сейфа и показал гостю большую фотографию.

С нее смотрела молодая, очень миловидная женщина с пышными рыжеватыми волосами. Красивые глаза, тонкие брови, пухлые, чуть приоткрытые тубы, кокетливый поворот головы. Конечно, не обошлось без искусного гримера и прекрасного фотографа, но тем не менее она очень хороша.

Жаль, что эта прелестная головка поражена ужасным недугом.

— Как ее зовут?

— Не имеет значения. Вступать с ней в контакт в ваши обязанности не входит. Запомнили? — Константин Михайлович быстро спрятал фото в сейф. — Она выше среднего роста и хорошо сложена. Думаю, узнаете, на то вы и профессионал. Вот деньги, а доверенность и ключи от машины Геннадий подвезет попозже.

Он подал Серову конверт. Тот, без ложной щепетильности, пересчитал деньги, «не отходя от кассы». Все верно, три тысячи триста баксов. Придется, видно, сегодня же звонить Сухарю и просить у него тайм-аут на пару недель, сославшись на досаждающие дела по прежней службе: все равно он это никак не проверит, а чтобы сказать ему правду, надо быть полным идиотом.