Воин Островов - Дебби Маццука

— Зачем? Что я сделала не так?

— Что? — воскликнул Эйдан, хватая Сирену сзади. Он почувствовал шелковистость волос и, смягчившись, сказал: — Возможно, вас обидели. Но таковы традиции этой земли.

Сирена не стала вырываться, но и не поддалась рукам Эйдана.

— Я еду с вами и подвергаюсь опасности так же, как и вы, — ответила она.

— Я говорю не про то, как вы сидите в седле, а про здравый смысл.

— Вы не имеете никакого права! — воскликнула Сирена, резко повернувшись и кладя руку на рукоятку меча.

— Ты моя жена, и я теперь имею все права.

— А ты даже не хочешь… — всплеснула она руками.

Эйдан наклонился и поцеловал Сирену в губы — крепко и нежно.

— Я хочу тебя, — проговорил он, отнимая губы и чувствуя, что Сирена не сопротивляется. — Пойми, у меня накопилось слишком много дел, чтобы подготовиться к этому путешествию, а когда я пришел, было уже поздно, и я не хотел тебя тревожить.

Конечно, не все было правдой, но Эйдан надеялся, что такой ответ удовлетворит Сирену. Как бы то ни было, ему меньше всего хотелось обижать ее.

Сирена отодвинулась и пристально посмотрела в глаза Эйдану, пытаясь понять, говорит ли он правду.

— Но это еще не все, — сказала она. — Я почувствовала, что ты отдалился после того, как Джимми спросил, будет ли у меня…

Эйдан прервал Сирену, прижав к ее губам палец:

— Я помню, что сказал мальчик.

Он заключил Сирену в объятия, поглаживая ее спину.

— Ну а теперь иди к другим. Нам необходимо искать Лахлана.

Сирена кивнула и подняла голову.

— А где другие? Они должны были догнать нас.

— Они разбивают лагерь.

— Так вы хотите остановиться здесь?

— Да. Думаю, что они поставят и нашу палатку.

Эйдан помог Сирене вскочить на лошадь, развернул ее в направлении лагеря и вручил Сирене поводья. Но трогаться с места она не торопилась.

— А мы что, будем спать на земле? — недоуменно спросила она.

— Да, — как можно серьезнее ответил Эйдан, которого этот вопрос едва не рассмешил.

— Но мы замерзнем, я никогда не спала на голой земле. Да я просто не усну!

— Уснешь. Мы вместе так умотаемся, что ты заснешь, а я буду тебя согревать, — пообещал Эйдан.

С громовым грохотом хлопнула створка палатки Сирены. Она с воплем вскочила, моргая от яркого утреннего света.

— Приказ лэрда, миледи! — бодро проговорил Коннор, усмехаясь одними изумрудно-зелеными глазами.

Сирена вскипела. Мало того, что она спала на земле, так ее еще и выдергивали из-под теплого одеяла.

— Вы предупредили бы меня, ведь я могла быть не одета.

— Но вы же вчера вечером переодевались на глазах у всего лагеря, — сказал подошедший Эйдан.

Он схватил Сирену за руку и решительно поднял на ноги. Сирена хотела немного покапризничать, но Эйдан быстро наклонился и порывисто поцеловал ее в губы.

— Нет времени, парни, собираемся! — уже повернувшись, скомандовал он.

Сирена простонала. Они были в пути уже шесть дней, и каждый день был изнурительнее предыдущего.

— Эйдан, когда…

Эйдан сердито посмотрел на Сирену.

— Ты задаешь мне этот вопрос каждое утро. Есть более простые дороги, но они и более длинные. Мы же идем по Среднешотландской низменности и вскоре выйдем на хорошую дорогу. Если ты будешь хорошей девочкой, обещаю тебе уют со мной на следующую ночь.

— Я всегда хорошая, — ощетинилась Сирена.

«Едва ли какая другая женщина была бы более покладиста, чем я, окажись она в подобных условиях».

Конечно, Сирена допускала, что ее приходится долго будить по утрам и то, что она готовит, в лучшем случае оказывается несъедобным. Но и ее неожиданный муж стоил ее, так что ему грех жаловаться.

— О да, — ответил он, лукаво улыбнувшись.

Уже зная, что будет, и не в силах сопротивляться, Сирена встала на цыпочки и сама поцеловала его в полные губы. Эйдан ответил ей глубоким поцелуем и пошел к лошадям, подсадил Сирену и извлек из ее седельной сумки ломоть хлеба.

— Поешь, а яблоко, которое лежит в твоей сумке, на потом.

— Но я не хочу сейчас.

— Знаю, — обреченно ответил Эйдан. Они спорили каждое утро. — Я не хочу, чтобы ты похудела, я люблю тебя такой.

Эйдан провел ладонью по ее бедру и посмотрел на нее так, что внутри у нее все сжалось. Внезапно она поняла, что никогда никого не полюбит с такой силой, с какой любит его. События прошедших дней подсказывали ей, что у Эйдана чувства столь же глубоки.

Шесть дней шел назойливый серый дождик, и лишь сегодня первые лучики солнца показались из-за туч. Сирена прикрыла глаза, подставляя лицо солнцу, а Эйдан, хихикнув, принялся седлать своего коня.

— Ты скучала по солнцу?

— Да, не люблю дождь. У нас на Волшебных островах оно светит сильней и ярче.

Не успели эти слова слететь с ее губ, как она поняла, что только что совершила. Зная, как относится Эйдан к Волшебному королевству, она делала все, чтобы не напоминать ему о нем. Сирена смотрела на Эйдана и растерянно моргала.

— Ты скучаешь по дому? — помолчав, спросил Эйдан.

— Нет, — искренне ответила Сирена.

Она действительно поймала себя на мысли, что забыла о доме, и почувствовала себя виноватой. Надо признать, что Сирена порой задавалась вопросом, как они дома жили без нее. Однако с такой воительницей, как Фэллин, она была уверена, что все будет в порядке. Но, что бы она ни думала, сейчас портал в ее мир был закрыт, и с этим приходилось мириться. Будь он даже открыт, Лахлана они пока не нашли.

Эйдан взял Сирену за руку и хотел что-то сказать, как вдруг неподалеку появился на коне Каллум. Отпустив руку Сирены, Эйдан пристально посмотрел на него.

— Мои сожаления, Маклауд, но…

Эйдан подошел ближе, и Сирена не слышала их разговора.

— Всем быть настороже, — объявил Эйдан и первым вытащил из ножен меч.

В мгновение ока он превратился в сурового воина. Но и в суровости его красивое лицо не потеряло своего очарования. Сейчас Эйдан источал уверенность и силу. Сирена знала, что он никому не позволит обидеть ее. Она также была уверена, что сама встанет на его защиту.

Сирена сунула руку в седельную сумку, где лежал ее магический меч, но Эйдан попросил ее, чтобы она его не показывала. Он был настолько настойчив, что Сирена не решилась ему перечить. Должно быть, ее меч был напоминанием, откуда она, и ради Эйдана Сирена готова была забыть об этом.

— Сирена, тебе нужен настоящий меч, а не эта игрушка, — произнес Эйдан. — Каллум, Коннор! — окликнул он людей.

— Игрушка?! — возмутилась Сирена и полезла в сумку.

Каллум и Коннор обменялись удивленными взглядами. Все бы ничего, но вслед за ними подтянулись другие мужчины, и теперь ее окружали восемь воинов.