Билет на балет - Жанна Лебедева

секунду замолчала, а потом продолжила: – Сколько интересных моментов, вопросов скрывает в себе искусство балета. И физические боли, по сравнению со смыслом искусства, всегда лишь второстепенны, мизерны. Если хотите знать – ничтожны. Разве может быть боль выше наслаждения пребывания на сцене? Не может. Нет, не может.

– А вы целеустремлённы!

– Ещё как, – подтвердила Полина. – Я не то, что целеустремлённа или непреклонна в своём служении, даже больше. Я настойчива и упёрта. – Затем вновь посмотрела вдаль и добавила: – И моё терпение не имеет границ. Мне кажется, терпение – это одна из разновидностей настойчивости. Идёмте. А то мы так никогда до вершины не доберёмся.

Прерывисто дыша, они подобрались к самой вершине Иисусовской панорамной площадки Куско. Было немного душновато.

– Скоро будет дождь, – заметил Кирилл.

– А может, рядом с таким огромным, величественным сыном Божьим обязательно должно дух захватывать? – шутя предположила Полина.

– Только к городу он лицом, а к нам… чем осталось, – продолжил Кирилл и жестом пригласил Полину присесть на единственную пока свободную скамейку.

Он сбросил с плеч рюкзак и, перед тем как сесть, расстегнул свой спортивный свитер. Одним движением его снял. Перед глазами Полины промелькнула его обнажённая рука. Никогда прежде она не обращала внимания на руки этого мужчины. Её всю словно ослепило. Молниеносным ударом в сердце, в живот, во всё тело Полину поразила эта единственнная деталь – отливающая золотом крепкая и покрытая волосами мужская рука. Ей захотелось сделать необъяснимое и крайне недопустимое. Сидя совсем рядом, друг подле друга, Полина едва прикасаясь, провела внешней стороной правой ладони по волосистому предплечью Кирилла.

Как удар шаровой молнии, ответным рикошетом заряд огромнейшей энергии провёл электрический шок по всему его телу. Кирилла как громом поразило. В одну секунду он обомлел. Он не мог не ни дышать, ни говорить, а думать так и вовсе не было возможности. Такого телесного контакта у него прежде не было. Никто и никогда до него так внезапно нежно, просто и изящно не дотрагивался. Без никаких предвзятых, продуманных целей и пошлых желаний. Просто так – мило, беззаботно и легко. И эта лёгкость его мгновенно возбудила.

Полина заметила его странное смущение и оправдалась:

– У вас такой красивый цвет кожи! Отлив натурального золота…

Кирилл потерял дар речи. Впервые он был настолько поражён. Слова не шли. Он забыл, что перед этим хотел сказать, и, словно огромная воробьиная стая, его мысли и эмоции безудержно галдели.

Оба смотрели на священный город инков Куско и боялись выйти из состояния, в котором их обоих одновременно охватили такие сильные эмоции. В один момент было сладостно – чувственно и страшно – боязно.

Жизненная закалка удержала их от поспешности и взбалмошных действий. Будто ничего и не произошло, оба молча сидели, всматриваясь вдаль. Со стороны они выглядели как рядовые туристы, для галочки в списке посещаемых достопримечательностей поднявшиеся на эту гору. Но, по сути, под благословением огромнейшего Иисуса в сердцах мужчины и женщины зарождалось нечто прекрасное.

– Какая здесь благодать, – после долгой паузы вырвалось из уст Полины.

– Согласен. Красиво и так спокойно.

– Наверное, в таких местах человеку и суждено переживать настоящее, глубокое ощущение счастья.

– От места оно не зависит, – возразил ей Кирилл.

– А от чего же? – удивилась Полина.

– От внутреннего состояния. Каждый человек счастлив настолько, насколько считает себя счастливым, – философски заметил он и не стал дальше объясняться.

Улыбаясь спокойно и удовлетворённо, Кирилл смотрел вдаль и упорно продолжал беспристрастно молчать. И тогда Полина осознала одну более чем странную вещь. В один и тот же момент затяжное безмолвие Кирилла ей и импонировало, и очень её раздражало. Чаще она сама предпочитала слушать, чем говорить, тем самым располагая собеседника на откровенность, но то, что Кирилл со своей стороны поступал точно так же и имел более сильную выдержку, чуточку раздражало. Как и многие женщины, она боялась долгих пауз и чувствовала себя неуютно, когда собеседник внезапно прекращал разговор. Ей так хотелось услышать продолжение, что она не устояла и спросила:

– Кирилл, что означает это ваше – «насколько считает себя счастливым». Это как?

Мужчина повернул к ней лицо, очень внимательно и по-доброму посмотрел на неё и, как в замедленном кино, заговорил:

– Счастье – это внутренне состояние. Оно не зависит от внешних факторов. Вы или счастливы, или нет. Никакие атрибуты социального успеха, о которых пишут в глянцевых журналах и любят говорить бездельники, не делают человека ни счастливым, ни успешным.

– Откуда вам это известно? – не унималась Полина. – Насколько мне довелось наблюдать, как только у человека появляется больше возможностей, больше влияния, денег – уровень его жизни и, соответственно, счастья увеличивается. Допустим, у вас нет никаких финансовых стеснений, и вы можете позволить себе всё что угодно. Просыпаетесь утром свободного дня, а вас обуревает желание выпить чашечку кофе с видом на Париж, а вечером сходить в театр Гаренье на хороший спектакль. И вы просто следуете своей воле. Или, к примеру, возникает безудержное желание прогуляться по Нью-Йорку и послушать великолепную музыку в Карнеги-холл. Вы просто пакуете чемодан и летите, куда сердце желает. Куда угодно и когда угодно. Не говорю уже о возможности банально отдохнуть.

– От такого образа жизни можно очень быстро устать, как и от более скромной рутины. Без идеи, без внутреннего стержня человек превращается в ничтожество. Полина, повторюсь, – счастье оно внутри, а не снаружи. Вы ведь сюда тоже в своеобразном поиске этого ощущения приехали?

– Я? Скорее нет, чем да. Мой побег сюда был спровоцирован безысходностью и ощущением полного опустошения. А вы Кирилл, собственно, что здесь ищете, если счастье внутри?

– Некоторое время уже ничего не ищу. Мне кажется, я всё уже давно нашёл или веду поиски в правильном направлении.

– Себя?

Кирилл не ответил. Улыбаясь, посмотрел на неё и как ни в чём не бывало поинтересовался:

– Вы голодны?

– Немного, – слегка смущаясь, ответила Поля, понимая, что тема разговора закрыта.

– В таком случае, нам пора спускаться. Приглашаю вас сегодня на ужин. Пойдёмте в «Учу»? Говорят, это лучший ресторан Куско.

– По какому поводу?

– Поиска личного счастья, – с лёгкой иронией ответил мужчина и спокойно добавил: –