Солдаты Вечности - Алексей Евтушенко

— Хорошо, — сказал князь. — Так мы и поступим.

Он обернулся к дружинникам и отдал приказ:

— Идите и добейте всех, кого только найдёте. Лучше всего сразу отсекайте голову — это надёжнее. Троих… нет, лучше пятерых из тех, кто первыми подаст признаки жизни, связать и доставить в детинец.

— Это тяжёлая работа, — добавил Влад, — я знаю. Но её необходимо сделать, если мы хотим чувствовать себя в безопасности.

— Не беспокойтесь, — сказал князь. — Моим людям не впервой делать тяжёлую работу. Они справятся. А вас всех я приглашаю к себе. Вы правы, нам предстоит длинный разговор, и мне не терпится этот разговор начать.

— Опустела наша Пирамида, — вздохнула Маша за завтраком. — Все на важных заданиях, одни мы сидим и дом стережём.

— Важной работы у нас и здесь выше крыши, — сказал я. — Вот, например…

Дверь кают-компании отъехала в сторону, и за порог шагнули Марта и Оля. Вид у девушек был несколько растрёпанный, под правым глазом Марты красовался роскошный синяк.

— Приветик всем в этом чате, — сказала Маша. — Это что, таково нынче казачье гостеприимство?

— Гостеприимство здесь ни при чём. — Марта с явным облегчением плюхнулась в кресло (Оля молча последовала её примеру). — Доброе утро, друзья и коллеги. Кто-нибудь сделает двум бедным девушкам кофе? И хорошо бы закурить. А то мои сигареты отобрали злые люди.

Никита поднялся и пошёл к окну доставки.

— Слава богу, живы и здоровы, — констатировал я и протянул Марте сигареты и зажигалку. — Рассказывайте.

Много времени рассказ девушек не занял.

— …так что Сибирь Казачья и моя Россия на грани войны, — подвела итог Марта. — Верховный атаман убит, и в Бердске хватают всех подозрительных граждан России. В сложившихся обстоятельствах, к тому же без документов, но с незарегистрированной «береттой», мы, что вполне естественно, тут же оказались под арестом.

— Я всегда говорила, что оружие только мешает, — сказала Оля. — Хорошо ещё, браслеты-переходники отобрать не догадались. — Она погладила браслет на левой руке. — А то бы: прощай, Пирамида, — здравствуй, тюрьма.

— А что с глазом? — осведомился я. — Вас били?

— Ерунда, — махнула рукой Марта. — Я сама виновата. Язык мой — враг мой.

— Понятно, — кивнул я, хотя на самом деле до полного понимания было далеко. — Значит, говорите, война?

— Ещё нет. Но вот-вот. Следователь мне сказал, что российский заговор против Сибири Казачьей раскрыт и ответ будет жёстким.

— А ты что скажешь, Оля? — посмотрел я на Ефремову.

— Сначала всё было нормально, — ответила та. — Нас приняли с доверием. Но потом… — Она покачала головой. — Я пыталась прощупать не только тех, кто нас допрашивал, но и общую ауру города.

— И что?

— Она изменилась. Не в лучшую сторону. Образно говоря, казаки снимают со стен прадедовские шашки.

— Куда ни кинь — везде клин, — высказался Аничкин. — Чует моё сердце, что придётся снова прощупывать родной Приказ. Наша Россия хотя бы ни с кем воевать не собирается. Да и вообще обстановка поспокойнее.

— Один раз уже попробовали, — сказал я. — Но, может, ты и прав. Вряд ли этот Крамской полный дурак, в самом деле. Хотя всякое бывает. Ладно, об этом мы ещё подумаем. А пока…

Засветился плоский монитор на стене (в кают-компании мы предпочли иметь материальный, а не виртуальный экран терминала Цили Марковны), и с него на нас глянуло весьма озабоченное лицо Оскара.

— Пришла беда — отворяй ворота, — промолвила Маша. — Чует моё сердце, что все наши неприятности только начинаются.

— Боюсь, что вы правы, — сказал Оскар. — Я только что получил от Цили Марковны крайне тревожную информацию…

Сюда, на самый верх Пирамиды, где спал наш живой звездолёт, я поднялся впервые. Поднялся один, вооружившись лишь самыми необходимыми инструкциями.

Мне нужно было посмотреть и почувствовать. Самому. Без коллег и друзей-советчиков. Теперь, когда внезапно закрылся канал Внезеркалья на Лекту и спасательная экспедиция оказалась отрезанной от дома, этот звездолёт оставался нашим единственным шансом вернуть домой Влада, Свема и киркхуркхов (о несчастных айредах, вымирающих от неизвестного вируса прямо на глазах, я пока старался не думать). Разумеется, если не считать за шанс вероятность того, что канал вновь может открыться в любой момент. Я предпочитал не считать.

— Я отдал Циле Марковне команду его будить, — сказал мне внизу Оскар. — Так что скафандр вам не понадобится — часть азота откачали, добавили кислорода, и атмосфера там теперь нормальная. Просто идите к нему. При вашем приближении он откроет вход и доставит вас в рубку. Садитесь в кресло и надевайте шлем-коммуникатор — он крепится сверху, на спинке. Представьтесь и начинайте разговор. Постарайтесь настроиться на сотрудничество. Звездолёт выполнит любой приказ хозяина — в данном случае человека, но лучше, если он будет действовать добровольно, а не по принуждению.

— У него есть имя? — спросил я.

— Хозяева звали его Клёнья — то есть Малыш. Не знаю, почему. Я тоже так зову. Но, думаю, вы вправе дать любое другое имя.

Ну что, Малыш, подумал я, оглядывая приплюснутый снизу оранжевый сфероид высотой с двадцатиэтажный дом. Имя у тебя не слишком оригинальное, но нам оригинальность и ни к чему. Давай знакомиться.

Я зашагал к звездолёту и, словно в ответ на мои мысли, в нижней его части возник арочный проём, и оттуда на пол бесшумно выдвинулся широкий пандус.

Меня ждали.

Эпилог

Дверь отворилась, и Координатор шагнул за порог. Хозяина видно не было.

— Проходи, садись! — раздался откуда-то из глубины дома голос Древнего. — Я сейчас.

Он и правда появился быстро — Координатор едва успел сесть за стол и оглядеться, — всё такой же высокий, худой, сутуловатый, с длинными, забранными сзади в два седых хвоста волосами.

В одной руке Древний держал глиняный кувшин, а в другой — две чашки.

— Здравствуй, — он поставил посуду на стол и сел напротив. — Спасибо, что пришёл.

— Спасибо, что позвал, — ухмыльнулся Координатор и, кивнув на кувшин, спросил: — Вино?

— Ну, не молоком же гостя встречать, — от краёв тёмных круглых глаз Древнего разбежались весёлые морщинки. — Это то самое, что мы пили с тобой последний раз. Тогда, помню, оно тебе понравилось.

— Ещё бы оно мне не понравилось, — сказал Координатор с чувством. — Наливай.

Они выпили за встречу, и Древний снова наполнил чашки.

— За твоё повышение по службе! — провозгласил он. — Прежний Координатор, если честно, был мне не совсем по душе.

— Спасибо. — Координатор выпил и поставил чашку. — Я догадывался об этом, но всегда считал, что на самом деле тебе всё равно.

— Это не совсем так, — возразил Древний. — Если бы мне было всё равно, стал бы я иметь дело с тобой, в бытность твою Распорядителем?

— Считай, убедил! — рассмеялся Координатор и сам налил по третьему разу. — Давай за тебя и твой дом. И чтобы мы почаще встречались.

— Зависит от повода, — сказал Древний и выпил.

— А что у нас на этот раз с поводом? — осведомился Координатор.

— Если б знать точно… — вздохнул Древний. — Не живи я так долго, то мог бы подумать, что мне ни с того ни с сего просто захотелось тебя увидеть.

— Твои слова не похожи на комплимент, — сообщил Координатор.

— Брось. Мы уже не в том возрасте, чтобы отпускать друг другу дешёвые комплименты. Я тебя крепко уважаю, ты знаешь. И этого вполне достаточно. Ещё вина?

— Пока хватит. Сначала дело. Я уже понял, что ты не на вечер воспоминаний меня пригласил.

— Хорошо.

Древний поднялся и в задумчивости прошёлся туда и назад по комнате.

— Скажи, — осведомился он, — почему ты до сих пор не взял себе Распорядителя?

— А почему тебя это волнует? — удивился Координатор. — Не взял, потому что пока не вижу в нем нужды. Сам справляюсь.

— Ой ли?

— Что тебе не нравится, не пойму?

— Мне не нравится то, что происходит, считай, у меня под боком.

— Например?

— Хорошо. Загибай пальцы. Киркхуркхи уничтожили себя, развязав глобальную ядерную войну. Это раз. Айредов уже почти извёл под корень смертельный вирус…

— Они нашли…

— Не перебивай. Да, молодой лекарь… как его… Йовен Столеда додумался до прививок. Но на Лекту — планету айредов — в довершение всех несчастий сейчас напал Рой. Догадываешься, чем дело кончится?

— Рой? Не может быть. О нём ничего не было слышно одни Высшие знают с каких времён. Я был уверен, что Рой прекратил своё существование.

— Не прекратил, как видишь. Так. Это, значит, два. Идём дальше. Свароги вот-вот таки развяжут галактическую войну. Это три.

— Свароги? — пожал плечами Координатор. — Пусть дерутся. Им не мешает время от времени пустить друг другу кровь. Слишком горячи. Если честно, мне надоело с ними возиться.