Русалочья заводь - Ольга Шерстобитова

— Вас осталось лишь трое, — сказал правитель, смотря на нас, орков и гоблинов, стоящих на площадке для участников состязания. — Победит сильнейшая пара. Вам нужно пройти этот лабиринт, в центре которого стоит кубок победителя. Дотронувшись до него вместе, вы попадете к жрецу, которому сможете задать десять вопросов.

Участники дружно кивнули.

— Прошу, проходите, — сказал правитель, имя которого я так и не выучила за все это время. Оно у него было такое же, как название города орков — непроизносимое вообще. Еще хлеще, чем у гномов и эльфов.

— Пошли, — позвал Лир, показывая на дорожку, ведущую в правую сторону.

Мы немного поплутали, а потом оба неожиданно почувствовали опасность. Завернули за угол и встретились с огромной змеей. Она зашипела, вставая в стойку, раскрыла капюшон, и уставилась на нас ярко-желтыми глазами.

Я словно остолбенела, а вот Лир — молодец, сразу меч материализовал.

— Глупцы. Я вассс не трррону. Есссли пррравильно ответите на вопрррросссс.

— А если нет? — спросила я спокойно.

— Ссссмеррррть, — прошипела она.

— Задавай, — смело сказал Лир, но меч не убрал.

— Ессссть прррроррррочесссство о звезде, которрррая оживет. Я хочу его от васссс уссслышшшшать.

Мы с Лиром переглянулись. Миленько-то как.

Я знаю только одно пророчество. Об Аранатариэль. Твое пророчество, Ари.

И остальных, которые его не знают, эта змеюга сожрет, не подавится.

Может, убить легче?

Нет. Она восстанет. Ее не убить. Магия такая.

Я вздрогнула.

— Ну? Вашшшше врррремя исссстекло.

Кобра собралась было кинуться, но я ее опередила.

— Мы знаем пророчество.

Змея замерла. Я процитировала по памяти.

— Чтожжжж, это меняет дело, пррррроходите, — сказала она, пропуская нас, и испаряясь.

На этом наши заключения с Лиром не закончились. За четыре часа мы отбились от двух летающих горгулий, трех мавок, вытягивающих жизненную силу, одичавшего медведя, мертвеца и крокодила.

Хотя, отбились во множественном числе — это громко сказано. В основном Лир отбивался мечом. Я лишь изредка поправляла щиты, и произносила заклинание, залечивающие его раны.

Когда мы сели на развилке перекусить, время уже перевалило за полдень. Причем давно. Мы поели то, что я сотворила.

— Я вот думаю, что если нам залезть на эту изгородь и посмотреть сверху, что будет, — сказала я спокойно.

— Не получиться. На кустах чары. Чем больше лезешь, тем выше они становятся.

Я хмыкнула, сотворила лестницу, полезла, но, как и предполагал Лир, ничего не вышло. Я попробовала взлететь вверх. Эффект тот же. Потом мы стали пробовать разные виды магии.

— Не выходит, Ари. Давай лучше пойдем.

Я задумчиво осмотрела изгородь.

— Можно попробовать чары Даринель, — сказала я спокойно. — Она — дриада. Может выйти что-нибудь.

Лир только вздохнул, не решаясь спорить со своей упрямой русалкой.

Я сосредоточилась, припоминая заклинания, но ничего не получилось. А потом меня озарило — заклинание поиска. Редкое очень, но сильное. Его использует нечисть. Почему бы и нам не попробовать?

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом кусты расступились, пропуская нас вперед, и открывая нам дорогу.

Лир удивленно посмотрел на меня.

— Как ты думаешь, это безопасно? — спросила я спокойно.

— Да. Пойдем, пока кто-то не добрался раньше нас.

И то верно. Если доберется, мы сразу поймем — лабиринт исчезнет.

До кубка мы дошли через два часа, и то, благодаря ровной дороге, прикончив еще парочку мертвецов, успокоив бушующий призрак, и расправившись с парочкой кровожадных бурых медведей.

Нерешительно подошли к сияющему кубку.

— Вместе, — сказал Лир.

Я улыбнулась, кивнула. Оба разом потянулись к награде, а потом нас окутала тьма. Все завертелось, закружилось и исчезло. Даже голоса Лира внутри меня не стало. И от этого было страшно. Я попробовала звать, но разве можно докричаться, когда ты куда-то летишь? Но через несколько минут все закончилось. Я почувствовала, что падаю. Рядом раздался голос Лира, сыпля ругательствами. И это, как ни странно, меня успокоило.

Я ударилась о каменный пол.

— Ари, сильно ушиблась? — спросил он растерянно, оглядывая меня и обстановку вокруг, если это можно так назвать, когда вокруг так темно, что хоть глаз выколи.

Каменные влажные стены, по которым изредка стекает вода. Охапка соломы. Дверь, обитая железом. Все, что удалось разглядеть в кромешной тьме. Я попробовала засветить магический огонек, но почему-то ничего из этого не вышло.

Не поняла. Это что? И где мы? На тюрьму похоже.

— Она и есть, — сказал Лир, пытаясь открыть дверь. — Вот влипли.

— Почему влипли? — спросила я.

— Это ловушка, Ари. Тезуэль с самого начала знал, кто мы, принял меры, и мы теперь там, где магия не действует.

Я растерянно замерла.

— Лирантанель? — голос раздался неожиданно прямо из темноты.

Лир вздрогнул.

Не отвечай, Лир. Не надо. Я боюсь.

— Да.

Все-таки ответил. Вдруг этот голос опасен? Вдруг…

— Эрангитиль, — позвал Лир тихо.

Не поняла, причем тут отец Арана?

Ответить Лир не дал.

Неожиданно совсем ярко вспыхнул свет. Неизвестный зажег свечу. Маленький огарок.

Перед нами возник эльф. Красивый. Высокий. До безумия похожий на Арана. Те же волосы, те же жесты, цвет глаз — ярко-синий. Только вот почему-то зрачки странные.

— Эран? — спросил Лир неверяще.

Так это отец Арана? И как? И что? И вообще…

— Да, — ответил Лир спокойно мне вслух. — Это отец Арана.

Глава двадцатая

— Здравствуй, Лир. Я задую свечу, ее осталось слишком мало. Кто с тобой рядом, и как вы тут оказались? И что ты знаешь про моего сына? — задал кучу вопросов Эран.

— Ариадна, моя дайари, — сказал Лир спокойно.

— Здравствуйте, — пролепетала я.

— Можно на ты, Ариадна. Мы с твоим женихом друзья, если что так. И, похоже, с моим сыном ты тоже весьма хорошо знакома. Рассказывайте все по-порядку. Чувствую, что новостей у вас немало, — ответил нам владыка эльфов, совершенно не волнуясь по поводу того, что Лир и Силадерь, его дочь, между прочим, не вместе.

Маг сжал мою руку, сел прямо на охапку соломы, посадив меня к себе на колени, и начал рассказывать, абсолютно ничего не скрывая. Разве что интимные моменты нашей жизни. Эрангитиль слушал внимательно. Не перебивал, не задавал вопросов.

— Даринель, значит. Дриада. И еще я скоро стану дедом. Как интересно, — сказал эльф в задумчивости.

Надо же, эта новость его заинтересовала больше, чем все остальные.