И мечты станут явью - Анна Май

– Ты забыл сказать «спасибо», – все-таки решилась констатировать Эля.

– Ох, прости! Спасибо! – тут же смущенно поправился Роберто. Что она придирается, господи?! Он просто забыл, со всяким бывает. Да, но раньше не забывал… когда уважал ее. Когда любил… Любил ли? Но сейчас уже точно не любит!

– Плохой мальчик, – Эля решила не расстраиваться из-за всех этих досадных мелочей и легонько шлепнула приятеля («просто помни, кто он тебе – и все будет о’кей») газетой по попе. Роберто улыбнулся в ответ на эту шутку – слава богу, опять нежно и тепло. Но почему-то от этой улыбки Эле сделалось больней, чем от пренебрежения. Едва успеешь заморозить сердце в леднике трезвого разума, как вся защита безнадежно тает от ничтожного лучика надежды! Эля не могла понять, как Роберто к ней на самом деле относится. И, главное: как все это выдержать и не свихнуться?

Мучаясь всеми этими вопросами, Эля просто не успевала отойти от телефона: с ней хотели общаться десятки русскоязычных мужчин из бывшего СССР. До девушки быстро дошло, почему ее скромные слова «надежная, ищу таких же друзей» вызвали столь бешеный ажиотаж: во всех других женских объявлениях было четко отрезано: «Ищу состоятельного резидента UK для замужества». А у Эли понимай, как хочешь. Вот мужики и поняли по-своему: перепихон по дружбе. Примерно треть из них были женаты. «Здорово они понимают слово “надежный”!» – сердилась Эля. Кое у кого, впрочем, были серьезные намерения: поживем вместе, а там увидим. «Увидим что? Как рутина заест и взаимные непохожести станут все больше выводить из себя?».

Тем не менее, сперва Эле было интересно общаться с новыми людьми, с опытом жизни в этой стране. Но скоро она устала выслушивать как под копирку рассказанные истории нелегалов со стройки. На своей родине они были людьми с самыми разными судьбами, и самых разных профессий: моряк, телеоператор, спортивный тренер, актер, военный. Большинство – разведенные с детьми, оставшимися там. А здесь у них было до боли похожее существование: жизнь вместе с несколькими чужими людьми в одной квартире и даже комнате с целью экономии (как они при этом представляли себе совместную жизнь с девушкой? Дружить предполагалось на Элиной территории); тщетные попытки накопить, вместо этого несколько нажитых хронических болезней (лечиться как следует слишком дорого, некогда и чревато: нелегалу в больницу и к нормальному доктору не обратиться, вышвырнут из страны). Но самым главным и неприятным в этих мужчинах было непонимание, как жить дальше и где. Та же проблема, что и у Эли! Именно поэтому ей не хотелось с ними встречаться. Некоторые прибалты к тому же раздражали ее тем, что переспрашивали буквально после каждой фразы: «Что?». Эля повторяла, но в ответ снова слышала это тупо-деревянное, без всякого намека на понимание: «Чъто?». Только сейчас она поняла, как же нелегко Роберто с ней пришлось! Она устала от бесконечных повторов уже после нескольких кратких бесед. А итальянец лишь через несколько дней…

Несправедливость

Эля заметила на столе в living room обертку от одной из конфеток «Кисес». Подошла и прочитала: «“Не говори о любви – настоящая всегда тиха”. Уильям Блейк». Нет сомнений, что аккуратист Роберто оставил «мусор» на столе специально для нее. «Да пошел ты! Ни за что не заплачу. Надо срочно отвлечься». Эля раскрыла наугад один из старых номеров «Лондон-ньюс»: «Каждый мужчина заслуживает ту женщину, которую он получает. Женщина – зеркало своего мужчины…». Но Роберто, она это отчетливо слышала, обсуждал сегодня по телефону с кем-то, а не проститутка ли Эля? Почему?! Из-за всех этих бесчисленных звонков? Но он же знал, что она дала объявления о дружбе и работе! Может, это вообще беспричинно, как беспочвенная Максова ревность? Нет, это не она зеркало Роберто – а его выдумки о ней! Почему, когда она раскрылась перед ним, он не оценил величайшего подарка – доверия? Почему стал изобретать небылицы, что Эля шлюха? Почему в самую дикую ахинею люди верят легко и охотно – а в истину нет?

Эля поела совсем недавно, но снова пошла на кухню и доела оставшиеся холодные оладьи, не чувствуя их вкуса. Как автомат. Заедая свою душевную боль, злость, обиду. Кровь приливает к набитому желудку, и опустошенные сердце с мозгом временно перестают страдать. Пища к тому же способствует выработке гормонов радости, дарующих вдобавок чувство безопасности. Как ей иначе все это получить? Человек не может жить совсем без положительных эмоций, под бесконечным стрессом. Даже самая прочная техника этого не выдержит!

Эля перестала худеть. Потому что все последнее время находилась в напряжении – куда большем, чем в Черной речке.

Удивительно, но Роберто не обращал внимания на красотку Лизу с крепкой юной грудью и длинными ногами. А плоская Мэгэн с узкими губами и хитрыми рыбьими глазами была отнюдь не красавица. Тем не менее, итальянец уже второй час оживленно беседовал с ней в living room о том, о сем. И казался в подружке Майка явно заинтересован – ну а та на Роберто чуть ли не висела, широко отставив и согнув одну ногу. Ее мини-юбка при этом распахнулась до пояса, так что было видно все, что под ней: практически ничего. Веревочка стрингов между ног, не скрывающая бритую вагину. А на Элю Роберто теперь стало жаль потратить даже пять секунд – якобы она его страшно отвлекает и мешает работать. Он не говорил это прямо, зато показывал всем своим видом.

«Облака здесь, в Англии, удивительные, как на полотнах Караваджо». С Элей Роберто на такие темы никогда не говорил. Считал, что она не знает, кто такой Караваджо? Полагал, раз ее устный Инглиш примитивен, то и вся Эля такова?

Итальянец извлек из тумбы альбом и продемонстрировал Мэгэн фото новорожденного Джоша. Эля раньше думала, что Роберто показывал его ей в знак особого расположения – только ничего подобного! Ей все померещилось! Ничего особенного к ней он не чувствовал. А как же его слова «даже это было так прекрасно, что я никогда не думал, что так может быть»? Но что бы там ни было раньше, теперь он к Эле охладел, и увлекся «недоступной», принадлежащей другому Мэгэн. «Нет, Наташа права: мужики козлы!».

Эля ушла на кухню, готовить для Роберто, Джоша и себя обед-ужин из курицы с картошкой и двумя салатами – итальянец их любил, а ей все же нужно худеть,