Космическая станция «Василиск» - Дэвид Вебер

– Нет.

Сидевший на коленях у хозяйки Нимиц чуть встревоженно чирикнул, и она погладила его круглую голову.

– Ей доложили о персональной депеше от графини Марицы. О пассажирах, прибывающих на боте, – ни слова.

– Понимаю, – негромко и напряженно произнес Маккеон.

Он хотел сказать что-то еще, но передумал и, бросив на Викторию почти извиняющийся взгляд, вернулся на свой пост. Виктория снова обратилась к экрану в тревожном ожидании.

За спиной прозвучал сигнал.

– Капитан? – позвал лейтенант Вебстер звонче обычного. – У меня для вас прямая передача с курьерского бота, мэм. Сбросить ее на общий монитор в рубке?

– Нет, лейтенант, – Виктория ответила как всегда спокойно и учтиво, но от офицера-связиста не утаился оттенок неуверенности. – Выведите ее на мой персональный экран.

– Есть, мэм. Передаю.

Монитор перед креслом капитана ожил, и появилось изображение самого богатого холостяка в Звездном Королевстве Мантикора. Виктория никогда не встречалась с ним, но узнала бы это слишком породистое квадратное бульдожье лицо где угодно.

– Коммандер Харрингтон? – знакомый по бесчисленным голоинтервью глубокий баритон, слишком бархатный для настоящего мужчины, пророкотал учтиво, но взгляд голубых глаз мог раздавить почти физически.

– Да?

Ответ прозвучал вежливо и равнодушно. Виктории сейчас было плевать, насколько богат этот коммерсантишка. Она сделала вид, что не узнает его.

Голубые глаза на миллиметр сузились.

– Я – Клаус Гауптман, – внушительно произнес баритон спустя мгновение. – Графиня Марица была так добра, что позволила мне прилететь на борту ее курьерского судна.

– И что?

Гауптман прошел очень хорошую школу сокрытия эмоций, но Виктория почувствовала: ее спокойствие насторожило магната. Возможно, Гауптману просто не приходило в голову, что ее люди на Астроконтроле Василиска вполне способны оценить ситуацию и загодя предупредить своего командира. Или, может быть, он догадывался, что ее предупредили, – и поэтому удивился, увидев капитана старого крейсера отнюдь не лязгающим зубами от страха перед персоной вселенского масштаба. Ну и ладно: страх, которого никто не видит, как бы и не существует…

– Цель моего приезда, коммандер, – продолжал Гауптман, – нанести визит вежливости… вам. Будет ли удобно, если я посещу ваш корабль во время моего пребывания здесь, на Василиске?

– Пожалуйста, мистер Гауптман. Флот всегда рад приветствовать такую выдающуюся личность, как вы. Выслать за вами катер?

– Сейчас?

На этот раз магнату не удалось полностью скрыть удивление, и Харрингтон вежливо кивнула.

– Если вам удобно, сэр. Просто в данный момент я свободна от каких-либо неотложных дел. В противном случае нам, возможно, придется согласовывать наши графики.

– Нет-нет. Давайте сейчас, коммандер. Меня это вполне устроит. Спасибо.

– Хорошо, мистер Гауптман. Катер придет за вами в течение получаса. Всего доброго.

– Всего доброго, коммандер, – ответил Гауптман.

Виктория разорвала связь и запрокинула голову на подголовник кресла. Надо отнести Нимица в каюту и оставить там до того, как коммерсант ступит на борт крейсера, сказала она ледяному звенящему напряжению внутри себя. Кот слишком чувствителен к ее настроениям, чтобы…

– Капитан?

Харрингтон, едва не вздрогнув от удивления, подняла глаза на вновь возникшего рядом Маккеона.

– Да, старпом?

– Капитан, я… думаю, вам не следует встречаться с ним наедине.

Маккеон говорил с явным колебанием, но в серых глазах читалось беспокойство.

– Я ценю вашу заботу, старпом, – тихо сказала она, – но я на «Бесстрашном» – капитан, а мистер Гауптман – всего лишь гость корабля.

– Я понимаю, но… – Маккеон умолк, с несчастным видом закусив губу, и после недолгого колебания расправил плечи, словно человек, бросающийся на амбразуру. – Мэм, я ни на секунду не верю в простой визит вежливости. И…

– Минутку, старпом. – Она поднялась, останавливая его одним крохотным жестом, сгребла Нимица в охапку и взглянула на Вебстера. – Сэмюэль, примите вахту. Если я или старпом понадобимся, мы в центральном.

– Есть, мэм. Вахту принял, – откликнулся связист, и Виктория молча поманила Маккеона за собой.

Они прошли в центральный пост, и, пока люк закрывался, отсекая лишние уши, Виктория усадила кота на угол стола. Нимиц не протестовал. Он просто уселся на четыре задние лапы и внимательно наблюдал за Маккеоном.

– Итак, старпом, – Виктория обернулась к нему, – вы говорили…

– Капитан, Клаус Гауптман явился предъявить претензии по поводу действий в этой системе – наших вообще и ваших в частности, – глухо проговорил Маккеон. – Как я предупреждал, он в ярости. Вы как минимум смутили и унизили его. Я не удивлюсь, если Гауптман или его картель в конце концов предстанут перед судом по некоторым весьма серьезным обвинениям…

– Знаю. – Виктория скрестила руки на груди. – Что дальше?

– Я знаю, что вы это знаете, мэм. И что репутация его вам хорошо известна…

Виктория кивнула. Неуемное честолюбие Клауса Гауптмана, его чванство и вспышки безудержной ярости неизменно обеспечивали прессу свежим материалом.

– Я не думаю, что он отправился бы в такую даль ради банальной жалобы, мэм, – Маккеон явно не на шутку тревожился. – Он намерен надавить на вас и вынудить изменить политику. Это как минимум.

– Тогда окажется, что он зря суетился, – отрезала Виктория.

– Безусловно, мэм. Но дело в том… – старпом умолк на полуслове, не в силах даже теперь открыть свои собственные противоречивые чувства.

Алистер понимал, что Харрингтон должно уже просто тошнить от страха, но он также ни секунды не сомневался: эта женщина не позволит себя запугать и заставить делать меньше, чем, по ее мнению, требует долг. Возможные перспективы для корабля в целом и лично для Маккеона оптимизма не внушали, но, вопреки застарелой обиде, он чувствовал странную гордость за своего капитана. И от этого становилось еще стыднее за неспособность подняться над эмоциями и стать таким первым помощником, какого она заслуживала.

– Капитан, Клаус Гауптман известен как человек крутой. Он упрям, могуществен и высокомерен Если вы не согласитесь изменить свой образ действий, он попытается всеми доступными ему способами… уговорить вас сделать это. – Старпом снова остановился, и Виктория подняла брови. – Мэм, мне кажется, вам не следует беседовать с ним с глазу на глаз. Думаю, – закончил он торопливо, – вам стоит иметь свидетеля всему, что он скажет

Виктория чуть не поперхнулась от изумления. Лично Маккеону в данный момент беспокоиться решительно не о чем, даже с учетом приписываемой Гауптману слоновьей памяти и мстительности. Он – старший помощник. Он выполняет приказы капитана, но капитан-то она. Если Алистер сделает себя свидетелем беседы с Гауптманом, особенно свидетелем в ее пользу, все изменится, а ведь он на пять лет старше нее и на целый ранг младше по званию. Если он наживет себе врага в лице Гауптмана, его карьеру можно считать законченной.