Агентство "Аргентина" - Алла Рут

- Прикоснись и расскажи, что увидишь.

Ньялсага не шевельнулся.

- Ничего не увижу: ты – мертва, а у мертвых нет ауры.

Ведьма откинулась на спинку дивана и прикусила губу.

- Уже разузнал про меня? Чувствую, здесь не обошлось без потомка Хэрвелла?

Она посмотрела на Ньялсагу, но тот промолчал.

- Он слишком любопытен. Не люблю таких. Трефалониус! Напомни мне об этом случае позже, - небрежно бросила Гинзога. - Запиши куда-нибудь…

Вампир молча поклонился.

Ньялсага снова взглянул на арбалет - необходимо было разобраться, какими чарами он защищен. Ньялсага приготовил для этого подходящее заклинание, но произносить его следовало про себя и как можно медленней, чтобы Гинзога не почуяла чужую магию.

- Что еще тебе известно обо мне? – поинтересовалась ведьма, играя концами пояса.

Ньялсага взглянул в пустые глаза ведьмы.

- Например, то, зачем тебе понадобились чародеи Сумеречного Ордена. Они отказали в твоей просьбе, не так ли?

Гинзога выпрямилась.

- Откуда ты знаешь?!

- Догадаться нетрудно. Ты просила, чтобы они сняли с тебя смертельное проклятие, но те-кто-в-сумерках сделать это не пожелали.

В комнате воцарилась мертвая тишина.

Потом Гинзога медленно улыбнулась, будто оскалилась.

- Но теперь все изменилось, заклинатель. Теперь они будут счастливы оказать мне маленькую услугу: ведь у меня есть то, что им нужно. У меня есть вы! Чародеи разрушат проклятье.

Дядюшка Фю сделал маленький шажок по направлению к дивану, на котором сидела ведьма.

- Ты говоришь так, как будто уже все решено, - заметил Ньялсага.

Медленно, очень медленно, он договорил последнюю строку заклинания и затаил дыхание, глядя на маленький арбалет, висевший на поясе у ведьмы.

- Конечно, решено, медовый ты наш, - мягким голосом вступил в разговор дядюшка Фю. – Чародеи-то как обрадуются, вас увидев! Враз проклятье с хозяйки снимут! Ну, а там, хе-хе, может, и о нас она не забудет! Может, и за нас похлопочет перед магами-то! Нас ведь тоже прокляли!

Некромант бросил в сторону Гинзоги заискивающий взгляд.

- Верными-то слугами разбрасываться не след, - не дождавшись ответа, снова забормотал дядюшка Фю. – Они нынче на вес золота, верные-то слуги, правильно я говорю, друг?

Трефалониус солидно кивнул.

Гинзога сделала ему знак, и некромант умолк, в волнении хрустнув пальцами.

- Смертельное проклятие разрушат, это всего лишь вопрос времени, - сказала она. – А пока поговорим о твоем будущем, заклинатель, - ведьма улыбнулась. - Хотя чародеи жаждут заполучить бессмертных, больше всего их интересуешь ты. Догадываешься, почему?

Ньялсага пожал плечами. Он напряженно ждал, когда магия заклятья позволит ему увидеть, каким образом защищен арбалет Гинзоги.

- Пожалуй, я не отдам тебя Ордену… во всяком случае – не сразу.

- Хочешь придержать товар, чтоб потом продать подороже?

Гинзога медленно наклонила голову.

- Конечно. Цена за тебя будет очень высокой…

Охранные заклинания, опутывавшие арбалет, внезапно вспыхнули ослепительно-белым светом, невидимым для других.

Ньялсага взглянул на заклятья, похожие на раскаленную добела проволоку, обвивающую оружие - и сердце его упало.

Дядюшка Фю, все это время неотрывно смотревший на заклинателя пристальным цепким взглядом, добродушно усмехнулся.

- Но могу позволить тебе остаться в этом мире… пока что.

Ньялсага с трудом оторвал глаза от арбалета и уставился на Гинзогу. Невидимые охранные заклятья сияли так ярко, что перед глазами у него все еще плавали огненные пятна.

- Остаться?

- Будешь жить, как и раньше. В полной безопасности, - подчеркнула она. - Я никому не скажу, где ты.

- Боишься, что если я буду в Своре, чародеи попробуют силой отбить у тебя дорогой товар?

В глазах Гинзоги мелькнула досада.

- И что я должен буду делать, пока Орден будет высасывать жизнь из моих друзей?

Она небрежно пожала плечами.

- Забудь про них, мы говорим о тебе. Живи здесь, наслаждайся вечностью. Разумеется, ты должен будешь платить мне за право жить. Например, искать новобранцев для Своры… немного, десять-пятнадцать человек каждый год. Кто-нибудь из моей свиты - Трефалониус или Фюзорис – будет забирать их.

- Капля в море, голубь мой, капля в море! - убедительно заговорил дядюшка Фю, поглядывая на Гинзогу. – Народу-то кругом сколько! Не убудет!

Гинзога взглянула на Ньялсагу.

- Как тебе мои условия, заклинатель? Согласен?

Дядюшка Фю молитвенно сложил ладони.

- Конечно, согласен, медовые мои, сахарные! Я уж и по глазам его вижу, что согласен! Трефалониус, друг любезный, приготовь особый контракт!

- Будь проклят тот день, когда я в первый раз подумал о Соранге, - пробормотал Ньялсага, поднялся и вышел из комнаты.

…Закончив разговор с Бахрамом, Ява убрал в карман телефон и огляделся. Сквозь толпу пробиралась Алина, следом шел Лютер. У барной стойки Алину остановил импозантный хорошо одетый мужчина.

- Девушка, - укоризненно проговорил он, протягивая бокал. – Я весь вечер пытаюсь с вами познакомиться. Имейте в виду, я с серьезными намерениями! Я, видите ли, очень известный псхотерапевт, - веско добавил он. – У вас есть личные проблемы? У хорошеньких женщин всегда столько проблем! Могу помочь, как профессионал. Давайте где-нибудь посидим, поговорим по душам. А лучше поедем куда-нибудь и поищем местечко поспокойней. Вы расскажете мне о…

- Вали отсюда, психотерапевт, - коротко ответила она, даже не взглянув на него.

- Как насчет прогулки на яхте?

Алина впилась в человека взглядом.

- У тебя своя яхта?

- Да, - мужчина самодовольно улыбнулся.

- Отлично! - сказала на это Алина-барракуда. – Тогда поднимай якоря – и вали!

Она отодвинула его в сторону и пошла дальше.

- Чем удивить захотел, - сердито ворчала Алина, прокладывая путь через толпу. – Яхта… я, между прочим, была единственной наследницей судоходной компании, пять торговых кораблей, это о чем-нибудь да говорит! А он – яхта… эка невидаль! На такой посудине только гномам плавать!

Незадачливый ухажер попытался двинуться следом за ней, но Лютер молча взял его двумя пальцами за шиворот и отодвинул в сторону. Спорить с «Бриммским василиском» «психотерапевт» не отважился.

Не успели они перекинуться парой слов, как появился и Ньялсага. Ява хотел было поинтересоваться, узнал ли он что-то новое про арбалет, но только глянул на выражение лица приятеля – и промолчал.

- Завтра рано утром соберемся все в «Белом слоне», - сказал Ньялсага. – Мы и Кемен со своими.

- Почему завтра? – спросила Алина. – Почему не сейчас?

- Основную книгу заклинаний полистать надо.

- Ну, полистай, а мы подождем. За час-другой управишься? Времени-то мало осталось. Кстати, ты арбалет видел? И что?