Евангелие от Сатаны - Патрик Грэхам

Мария продолжает листать страницы, приклеивая к полям прозрачные листки. Она читает:

— Левиафан, главный адмирал Ада, Магоа и Маймон, могущественные цари Запада, Самаэль — змей, соблазнивший Еву. Алу, Муту, Хумтаба, Ламашту, Пазузус, Халлулайя и Аттуку — семь рыцарей — повелителей бурь, которые когда-то мучили Вавилон. Тиамат и Кунгу, Сет, князь демонов, мучивших Древний Египет. Ариман и Асмуг у персов, Хутгин и Асджик-паша у турок, Чэн-Хуань и Йен-Вань у китайцев, Дурга, Кали, Ракшаса и Сигтим у индийцев.

Заканчивает она этот перечень именем Уицилопочтли — бога солнца, которому ацтеки принесли в жертву миллионы пленников, вырывая им сердца, чтобы не погас свет. Если верить тому, что написала затворница, все это множество имен означает одно и то же существо — основу зла, бедствие, которое вырвалось из Ада, чтобы мучить людей, Гаал-Хам-Гаала.

105

Мария Паркс трет себе глаза. На столе лежит еще одна, последняя книга, толстая и тяжелая, как Библия. Мария открывает ее на странице, которую затворница отметила, как закладкой, маленькой иконой. Это начало главы «Бытие» — рассказ о рождении мира.

— Вначале Сатана сотворил небо и землю…

Мария вздрагивает, услышав, как ее голос произносит эти слова. Ее взгляд возвращается к началу фразы, и она замечает, что бумага под именем Сатаны повреждена. Мария проводит по этому имени ногтем большого пальца и чувствует в бумаге выемки, словно кто-то соскреб с листа имя Бога и старательно вписал вместо него имя Сатаны, в точности воспроизводя буквы подлинника. Напротив этой строки — основы всех религий, признающих Священное Писание, рука затворницы начертила ряд клиновидных символов. Каждый из них означал звук или инструмент, производящий этот звук. Это был язык древнего царства Шумер — центра цивилизации, которая внезапно исчезла более чем за тысячу пятьсот лет до рождения Иисуса Христа.

Паркс читает заглавие книги: Повесть о Детях Каина, отрывок из Школы Тайн. Если верить пометкам монахини, эта рукопись в течение многих веков переходила от одной еретической секты другой, от одного тайного братства к другому. Потом Церковь завладела этой книгой при захвате одной из крепостей еретиков-катаров крестоносцами папы Иннокентия III. Итак, Дети Каина.

Монахиня в своих исследованиях добралась до 8300 года до Рождества Иисуса Христа — до начала существования человечества. Согласно легенде, именно в ту забытую эпоху проклятое потомство Каина нашло себе убежище возле берегов моря, которое теперь называется Черным, в печальном и сумрачном месте, которое называлось Ахерон. Там они разрыли чрево земли и основали под землей мрачное царство, над которым никогда не всходило солнце.

Но, копая, Дети Каина обнаружили дверь в Бездну — запертый вход в нижний мир. Это они освободили Гаал-Хам-Гаала, и его власть распространилась на поверхность земли.

Мария пропускает несколько изгрызенных временем страниц. Дальше снова появляются пометки затворницы. Бог увидел, что демоны вырвались из Ада через пещеры царства Ахерон, и решил уничтожить свое творение до того, как оно будет погублено Злом. Тогда он послал на землю дожди, которые лили много дней подряд. Это был непрерывный поток холодной воды. Из-за него океаны выступили из берегов, а в Средиземном и Мраморном морях вода поднялась, пробила себе русло — нынешний Босфор и влилась в нынешнее Черное море.

Это был описанный в Библии Всемирный потоп. Его воды поглотили весь мир, и в том числе пещеры Ахерона, в которых утонули Дети Каина. После их гибели дверь в Бездну стала постепенно закрываться под давлением воды.

На рассвете последнего дня поверхность земли исчезла под водами Бога, и только самые высокие горы еще поднимались над водой. Но демон, которого освободили Дети Каина, пережил потоп. Когда воды отступили, эта демоническая сила распространилась по глубинам мира.

Россказни сумасшедших старух! — решила Мария. По крайней мере, в этом она старалась себя убедить, пока не обнаружила другие листы, которые затворница аккуратно хранила в прозрачных папках. В них шла речь об исследованиях, которые американские ученые проводили в двадцатом веке по поводу мощнейшего наводнения, произошедшего в эпоху мезолита в районе Черного моря. Мария быстро просмотрела эти тексты.

Американские ученые не имели никаких сомнений в том, что эта катастрофа действительно имела место. В тот день скалы, запиравшие Босфор, не выдержали напора вод потопа. И внезапно могучий соленый поток обрушился, как водопад, в пресную воду будущего Черного моря, которое тогда было лишь озером. Этот поток был в четыреста раз мощнее, чем Ниагарский водопад, и за два года поднял уровень воды в бывшем озере на сто тридцать метров. Сто тысяч квадратных километров земли опустошила эта катастрофа.

Чтобы доказать свои утверждения, археологи взяли несколько проб осадочных отложений со дна Черного моря. Ниже глубины двести пятьдесят метров, которая соответствует периоду примерно от 7500 до 7200 года до Рождества Христова, в осадках встречаются только раковины пресноводных моллюсков. Выше этого слоя, на глубине, которая соответствует примерно от 7000 до 7500 годам до Иисуса Христа, осадки состоят только из морских раковин. Это доказывает, что Мраморное море действительно перелилось в соседнее озеро между 7000 и 7200 годами до Рождества Христова.

Эти археологи открыли также древние отмели из гальки и глины, которые теперь находятся на глубине сто двадцать пять метров под водой. Эти отмели были когда-то берегами пресноводного озера, которое разлилось и породило на свет Черное море примерно за 7100 лет до Рождества Христова. Если верить исследованию затворницы, именно в тот год Дети Каина выпустили на свободу демона Гаал-Хам-Гаала.

Паркс переходит к следующему научному докладу. Через двенадцать лет после экспедиции американцев другая экспедиция, русская, обнаружила сеть пещер на глубине ста метров под поверхностью Черного моря. Пещеры были затоплены водой, и их проходы опускались так далеко в глубину земли, что их не смог осветить ни один фонарь. Ученые послали вниз подводных роботов — ни один не вернулся. Они направили туда водолазов в автономных костюмах с тяжелыми свинцовыми поясами и галоидными фонарями. Исследователи считали, что в такой глубокой бездне обязательно есть воздушные карманы, где водолазы смогут пополнять запасы кислорода. Из всех посланных вернулся лишь один. Когда он поднялся на поверхность, он был наполовину сумасшедшим, кровь брызгала из его рта и ноздрей на стекло шлема. Этот несчастный успел только сказать, что увидел на самом дне бездны синеватый свет, в котором плавали какие-то огромные морские чудовища, заточенные в этих глубинах. Потом у водолаза начались судороги, и он умер.

Паркс закрывает глаза. Русские археологи открыли пещеры Ахерона.

106

Библия Детей Каина выскальзывает из рук Марии Паркс и падает. Молодая женщина подавляет ругательство и поднимает книгу с пола. Положив ее на стол, Мария замечает, что несколько стежков в шве, скрепляющем переплет, разорвались от удара. Просунув пальцы в дыру между лоскутами кожи, она нащупывает неровные края еще нескольких листов пергамента. Затворница, должно быть, спрятала их здесь, чтобы никто не нашел. Каждый вечер она распарывала стежки, чтобы открыть свой тайник и достать оттуда таинственное сокровище, а на рассвете зашивала тайник золотой нитью, точно такой же, как на остальном переплете.

На поверхности пергаментов светятся странные красные линии. Нет, они светятся внутри листов, словно перо каким-то образом прочертило их в глубине бумаги, не оставив никаких следов на поверхности.

Когда Паркс достает документы из тайника, красные линии постепенно гаснут. Они, конечно, оптическая иллюзия: теперь, рассмотрев листы вблизи, Мария видит, что между трещинами бумаги нет ни одного, даже слабого следа чернил. Мария подносит один лист к огню свечи — свет почти не проникает сквозь него. Судя по плотности и зернистой структуре, пергамент произведен в Перудже, и листы нарезаны из самой красивой и самой лучшей по качеству бумаги. Обычно на таком материале пишут священные тексты или записывают тайны, когда не желают, чтобы их стерло время. Но поверхность этого листа была чистой — ни одного следа пера или штриха углем.

Мария чувствует запах горелого, исходящий от пергамента там, где его сжимают ее пальцы.

Она держала бумагу слишком близко к огню. Молодая женщина что-то сердито ворчит и переворачивает лист. Никаких следов огня. Но ведь пламя лизало бумагу несколько секунд подряд — в этом она уверена. Она касается бумаги пальцем — быстро отдергивает его: там, где огонь коснулся листа, пергамент стал таким горячим, что обжег ей руку.

Пока Мария отодвигает пергамент от свечи, ее глаза все шире раскрываются от изумления: красные линии появились снова. Как будто чернила, которыми они проведены, боятся света. Или, вернее, как будто это специальный состав, который виден только в темноте.