Антициклон - Григорий Игнатьевич Пятков

и на «Титанике» было бы тесно, — включился в разговор Осеев, сообразив, к чему клонил инженер по лову. — Катись, не держим! Лучше вместо тебя лишних сто килограммов рыбы возьмем на посудину.

— Переходи, мне-то что, — буркнул в ответ Торбущенко.

И тут к Погожеву пришла еще одна идея. Правда, идея рискованная и пока маловероятная. Но чем черт не шутит. Если все будет так, как он задумал, может получиться здорово. И он, кивком головы, отозвал Селенина в сторону и сказал:

— Слушай, Жора, есть партийное задание, как пропагандисту.

— Ну? — заинтересовался Селенин.

— Настрой Торбущенко вызвать на соревнование бригаду Малыгина.

Селенин посмотрел на Погожева изучающе — не шутит ли тот, а затем произнес:

— Платон же с «Гусаром» соревнуется.

— Ну и что. Можно соревноваться и с двумя бригадами. Запрета на это нет.

— Запрета-то нет, — согласился Жора. — Но старик полезет в бутылку: мол, за кого вы меня считаете? Старик выбирает для соревнования бригады покрепче... Да согласится ли на это сам Торбущенко?

— Согласится, — заверил Погожев Селенина. — Он сейчас злой и руки у него так и чешутся по рыбе. Это хорошая злость, жадная до работы. Сейчас он на все согласится... Только надо действовать осторожно. Словно он сам все это придумал. Усек?

— Я-то усек, — произнес Селенин без особого энтузиазма. — Боюсь, заартачится старик. Знаешь же, какой он самолюбивый в этом деле...

— Вот и хорошо! — перебил Жору Погожев. — Одновременно и поубавим ему спеси. Не принять вызова Торбущенко он не посмеет — рыбаки затюкают. Скажут, «королем» лова себя величает, а бригады Торбущенко испугался.

Селенин улыбнулся, то ли заранее представляя во всех подробностях, как будет проходить заключение этого договора, то ли вспоминая историю с возведением Малыгиным самого себя в «короли» лова.

Было это в позапрошлом году. Хамсовая путина подходила к концу. Уже все знали, что первенство на лову завоевала бригада Малыгина. Так как в море свирепствовал жесточайший норд-ост и нельзя было ни рыбачить, ни возвращаться домой — Платон Васильевич решил вспрыснуть с земляками свое первенство и премию. Завалились компанией в свой излюбленный ресторанчик, прозванный рыбаками «Утюгом» за внешнюю схожесть с этим предметом, сдвинули вместе пару столов, разместились за ними и заказали, что требуется. Малыгин, прижимистый на лову, в подобных случаях разворачивался на полную катушку. Подходили рыбаки из-за других столов, чокались с именинником, хвалили его как рыбака, прославляли как бригадира, откровенно завидовали его удачливости. И вот тут-то, разгоряченный вином и опьяненный похвалами окружающих, Платон Малыгин изрек: «Я с детства удачливый на море, ребята. Я, можно сказать, «король» лова. Так и прилипло это «король» к Платону Васильевичу крепко и надолго...

— Вызов на соцсоревнование бригады Малыгина делайте официально, радиограммой, — посоветовал Погожеву Селенин. — А перед этим короткое бригадное собрание проведите. Тоже честь по чести, с протоколом.

— Добро, Погожев, постараюсь. А если не получится — не ругай. — И, махнув Погожеву на прощание чемоданчиком, Жора удивительно легко для своей комплекции перескочил через фальшборт на палубу торбущенского сейнера.

И суда разошлись, поблескивая в вечерних сумерках ходовыми огнями.

Глава шестнадцатая

1

Погожев всю ночь спал как убитый. Ему снились летящий за корму металлический трос невода и сам невод, с белым пунктиром пробок, и веселые лица товарищей. Снилась рыба — большая и очень красивая, с голубоватой спинкой, испещренной многочисленными поперечными волнообразными полосами и с перламутрово-золотистым брюхом. И еще снился тот самый морской кот, иглой которого он завладел. Кот медленно уходил в глубь моря, уже безхвостый, выброшенный шлюпочными с баркаса. И теперь, уже во сне, Погожев еще раз удивлялся его живучести.

Проснувшись и распахнув дверь каюты, Погожев зажмурился от яркого солнца. Хронометр показывал начало седьмого. «Ну и храпанул же я на славу!» — удовлетворенно подумал Погожев и сладко зевнул и потянулся. Побаливали поясница и мышцы рук. Но это нисколько не влияло на его настроение.

Проснулся Погожев как раз вовремя. Слева, по носу сейнера, вырисовывался средневековым замком остров Змеиный. Прямо по ходу судна — утюжок рефрижератора. И несколько сейнеров. Но в замете — ни одного. Все бегали в поисках рыбы.

Около камбуза, на деревянной чурке, Леха колол дрова. Делал он это умело и легко. Можно сказать, артистически. На планшире перед распахнутыми дверями машинного отделения, дымя сигаретой, сидел стармех Ухов. Погожев кивнул Фомичу и каким-то восторженным и необычно звонким для него голосом сказал:

— Денек-то какой намечается! Живыми зажарит на этой сковородке.

— Что и говорить, — согласился стармех. — Надо быстрей разделываться с рыбой, пока не заработало солнце на полную мощь. А то как бы того...

Рефрижератор-утюжок превратился в двухмачтовое судно с белой надстройкой на корме и крупной надписью на борту «Зима». На «Зиме» матросы разгуливали в одних майках и трусах, не боясь подорвать авторитет названия своего судна.

Погожев сел рядом с Фомичом и закурил. Утренние лучи так и липли к его пегой от неровного загара и местами облезлой от солнечных ожогов голой спине. Шрамы военных лет на его теле уже не так бросались в глаза, как раньше. На море стояла такая тишь и гладь, что рефрижератор казался впаянным в эти синие просторы.

В машинном зазвонил телеграф. Стармех, отбросив сигарету, заспешил к дизелям.

Сейнер подвалил к приемке, точно детеныш под бок матери. Борт рефрижератора нависал над сейнером высокой свежепокрашенной стеной. Задрав головы, рыбаки смотрели, как там крепили поданные ими концы, обменивались замечаниями.

— Видать, рыбы приняли нэ густо, — заключил Кацев, кивнув на маячащую у них перед глазами ватерлинию рефрижератора.

По случаю первой сдачи Кацев был в чистой рубахе, с подкатанными выше локтей рукавами. Сдача рыбы — дело помощника капитана. Когда спустят веревочный трап, Сеня поднимется на борт рефрижератора, прихватив с собой кого-нибудь из рыбаков в помощники.

Желающего пойти на рефрижератор, как всегда, долго искать не приходится. Во-первых, не такая уж там тяжелая работа — кое-где придержать, подправить и перекидать пустые ящики на подъемник, чтоб вернуть их на сейнер для загрузки. А остальное дело техники. Во-вторых, первым узнаешь от матросов рефрижератора различные рыбацкие новости, те, которые не услышишь по