Я тебя не отпускаю - Айрин Лакс

Варя неспособна. Здесь дело не в мужике, я свою женщину чувствую. Сейчас, когда мы снова вместе, я чувствую её так же, как раньше. Понимаю, что она таится и дело серьёзное, но пока не вмешиваюсь, жду. Просто терпения не хватает. Иногда кажется, что я с ума сойду! Хотя прошло не так уж много времени. Неделя, кажется, как Варя изменила своё поведение.

– Если ты ей доверяешь, дай время подумать и разобраться в себе. Иногда кажется, что у человека без причины в голове чёрт знает, что творится. Но нужно лишь дать время подумать, разложить вот здесь всё по полочкам, – Тимур касается двумя пальцами виска с левой стороны, постукивая. – Варю я знаю совсем немного, но она не легкомысленная. В ней чувствуется, что она к тебе привязана всем. Твоя жена не из тех, что на любой член поведутся.

– Спасибо, Тимур. Реально, от души спасибо за разговор. Я должен был и сам это понимать, что на Варю многое слишком навалилось. Моя Феечка хрупкая, но сильная. Буду ждать её…

– Не жди. Лучше скажи, что ты рядом будешь. Всегда. Может, ей этого не хватает?

– Млин, ты пикапер от бога, Тимур! – смеюсь, несильно хлопнув брата по плечу. – Когда у меня закончатся слова, я приду к тебе за помощью.

Поболтав ещё немного, я забираю Ванечку с детской площадки и собираюсь домой. По пути заезжаю в цветочный магазин.

– Выберем маме цветы. Какие ей понравятся? Может быть, вот эти розы? – показываю на роскошный букет.

– Нет, – серьёзно отвечает Ваня. – Такие у мамы в спальне с дядей Вадимом всегда стояли. Так сильно пахли, у мамы и голова от них болела. Она всегда вот так делала, – трёт ладонями виски, – и хмурилась. Вот эти красивые!

Ваня подбегает к большим, разноцветным герберам.

– Они яркие! Классные! Давай их возьмём…

– Если ты считаешь, что маме понравится, выберем их, – согласно киваю.

* * *

За годы разлуки я много раз фантазировал на тему, как возвращаюсь домой, а она, моя Феечка, ждёт меня. Фантазировал до мелочей, представлял каждую деталь так, что она мне в память надолго врезалась, но реальность намного красочнее и глубже берёт за живое. Не просто оставляет впечатление, но вгрызается глубоко в душу, выцарапывает там место.

Любимая жена сидит на ступеньках высокого крыльца, на её плечах – моя кожаная куртка. Одна из тех, что Варя до сих пор называет «бандитской». Худенькие плечи жены утопают под грубым кожаным кроем, и от этого Варя кажется мне ещё меньше и хрупче, чем есть.

Она смотрит прямо на меня, а я – ей в глаза, и расстояние сокращается, все недомолвки гаснут, острые углы стираются.

Я знаю, что могу доверять ей и просто жду, пока она откроется мне целиком.

– Мама, это тебе цветы!

Ваня вырывается вперёд со счастливым криком и опускает на колени букет герберов. Варя обнимает нашего сынишку и счастливо смеётся, украдкой вытирая слёзы кончиками пальцев.

– Ванюшка сам цветы выбрал.

– Он молодец! Спасибо, они чудесные! Простые, но такие яркие и позитивные! То, что надо! Поднимемся в дом? Я разогрею ужин.

Пристально заглядываю в глаза жены. Не сейчас? Не сегодня? Что ж… Я подожду.

Сколько она меня ждала? Совершенно без всякой надежды. Значит, и я подожду.

* * *

Тем же вечером, вернее, уже в начале ночи, Варя укладывает спать сынишку, а после входит в нашу спальню, но не спешит раздеваться.

– Ваня уже спит, давай прогуляемся у нас во дворе? – предлагает Варя.

– Хорошо. Давай. Только набрось на плечи кардиган потеплее, сейчас уже довольно прохладно, тянет осенней сыростью.

Мы выходим во двор, прогуливаемся по дорожкам сада, просто держась за руки. Потом Варя утягивает меня в крытую беседку и включает фонарь, висящий прямиком над столом.

– Присядешь? – хлопает ладонью по сиденью, достаёт телефон и долго крутит его между пальцев, собираясь с мыслями.

– Я люблю тебя, Феечка. Ты можешь не прятаться от меня. Я пойму, если что-то не так. Знаешь же…

– Не так, Ринат. Всё не так, как я хотела. Но от меня в этом вопросе мало что зависело, – со слезами на глазах говорит Варя.

Она быстро открывает галерею и украдкой толкает телефон в мою сторону, показывая фото девочки в нарядном платьице, с большой мягкой обезьяной в обнимку. На вид девочке годика полтора, может, чуть больше? Но явно не больше двух лет.

– Красивая девочка.

– Это не просто девочка. Это… моя дочь. Моя и… Вадима, – говорит едва слышно Варя.

Меня словно молнией поразило!

– Что-что?! Не может этого быть. У вас же не было детей. Ты говорила, что не спала с ним, что он не мог заниматься сексом.

– Секса как такового и не было. Но тем не менее, это наша с ним дочь. Вадим сохранил свою сперму, когда ещё не был настолько бессилен, а потом, когда я лежала в больнице, на длительном лечении, тайком подсовывал мне нужные таблетки. Мою яйцеклетку изъяли и подсадили суррогатной матери. Эта девочка – наша с ним дочь, зачатая искусственно.

Я просто выпадаю в осадок.

– Ты… уверена?!

– Прости, что не сказала об этом раньше! – начинает плакать Варя. – Я узнала о девочке, незадолго перед тем, как сбежала от Вадима. Он рассказал мне в общих чертах, но я не поверила. Просто не поверила ему, подумала, что он блефует!.. Такой вариант казался мне из ряда фантастики! Я долго отмахивалась от этих мыслей, но сейчас…

Голос любимой обрывается. Притягиваю её к себе на колени, обнимаю крепко и целую волосы.

Чёрт. Всё реально сложнее, чем если бы Варя обижалась на меня из-за прошлого. Она не договорила, расплакалась навзрыд, но я и сам понимаю, подхватываю её рассказ:

– Сейчас мы с тобой ждём дочку, и ты начала думать о той девочке, да?

Варя кивает быстро-быстро.

– Я отмахивалась от мыслей о ней так долго, как только могла! Но в последнее время у меня не получалось это сделать. Я