Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

— Приготовились!

Конор волновался скореё за любимую женщину, чем за себя и Рамиреса. Автомобиль на огромной скорости пробил шлагбаум и влетел в огромное помещение, где обычно останавливались автобусы с обслуживающим персоналом и грузовики. Охранники уже четыре минуты назад узнали, что через КПП прорвалась машина, и были готовы встретить нарушителей. После недавней удачной попытки террористов в руководстве подразделений произошли значительные перемещения, и вновь назначенные командиры излишне волновались. Это было их первое ЧП. Может, от того, как всё сложится сегодня, будет зависеть их служебная карьера.

Такой наглости не ожидали даже старые вояки: форд на огромной скорости мчался в направлении спецподъезда, ведущего к административному корпусу. Автоматные очереди слились в сплошной гул. Дымом от выстрелов заполнилось всё помещение. Через пять секунд в машине не осталось живого места. Она на спущенных колесах по инерции прокатилась метров десять и остановилась. Команды прекратить огонь никто не услышал. Поэтому тела сидевших в машине долго вздрагивали от многочисленных попаданий. Создавалось впечатление, что трупы всё еще шевелятся: раскачивают руками, двигают головами, пытаются встать. Наконец стало понятно, что больше терзать тела нет смысла, а то от них вообще ничего не останется. Стрельба прекратилась.

Почему-то до сих пор неуверенные солдаты во главе с сержантом подошли к предмету, который раньше назывался автомобилем. Преступники явно больше не представляли собой опасности. Передние дверцы были похожи на сито с бесчисленными пробоинами от пуль 45 калибра. Задние были не так изуродованы, что говорило о неплохой меткости автоматчиков.

Солдаты обошли машину кругом, ни к чему не дотрагиваясь, после чего открыли багажник, предусмотрительно направив туда дула автоматов.

— Привет, в меня вы не будете стрелять?! Спасибо!

Вояки могли ожидать увидеть что угодно, только не ослепительной милой улыбки Луизы. Женщина наконец-то смогла сесть. Направленные на неё дула заставили инстинктивно поднять обе руки. Оторопевшие военные наконец расслабились. Сержант, гордясь своей догадливостью, протянул женщине руку и помог ей выбраться.

— Вы знаете, я ехала, а эти ребята напали на меня, засунули в багажник и… О черт! — Луиза не договорила, заметив безжизненно валявшиеся на сиденьях тела Рамиреса и Конора. Хотя женщина знала о бессмертии обоих, ей стало не по себе. Не верилось, что эти груды мяса могут снова ожить.

Через тридцать минут Луиза сидела в больничном коридоре. Она только что прошла медицинское освидетельствование, и теперь ждала его результатов. Доктор вынырнул из своего кабинета и, пораженный красотой женщины, несколько растерянно сообщил:

— Должен вас обрадовать! После обследования выяснилось, что у вас, кроме пары синяков, никаких повреждений нет. Через день вы сможете покинуть это помещение… С вами ничего не случилось.

Произнося эти слова, мужчина в белом халате посчитал возможным дотронуться до красавицы. Пальцами он аккуратно и быстро приподнял ей веки и проверил состояние зрачков. Пока он раздумывал, что бы еще осмотреть, Луиза оборвала предприимчивого врача:

— А что с этими ребятами?

— Ну, с ними всё покончено. У них по сотне пуль в теле.

В это время за ширмой, недалеко от беседующих Конор поднял голову и огляделся, стараясь сориентироваться. Почти одновременно с ним очнулся от вынужденного сна и Рамирес.

— Сто восемь, — тихо уточнил слова врача Конор.

— А у меня сто двенадцать, — обиженно проговорил Санчес.

— Да брось ты, не обращай внимания на эти царапины…

— Царапины… Ты посмотри, что они сделали с моим костюмом, — сокрушался Рамирес.

Оба чувствовали, как их тела быстро приходят в норму.

Стоящие у самой ширмы солдаты услышали загадочный шепот и недоуменно переглянулись. Не веря своим ушам, отдернули занавески, за которыми лежали изрешеченные тела двух преступников. Два сильнейших удара почти одновременно удовлетворили любопытство солдат. Охранники мешками съехали на пол. Из-за шторок появилась ожившая и невинно улыбающаяся парочка. Глаза у врача тут же вылезли на лоб. Он не понятно кому показал на стоящих и проговорил:

— Минуточку, это невозможно… Ребята, вы что?… Карри… — позвал на помощь свою любимую медсестру. Изумление врача было так велико, что организм не выдержал перегрузки, и он растянулся без сознания на полу.

Луиза обрадовалась: они действительно живые! Перед глазами еще стояла картина, которую она видела в растерзанной машине.

Давать волю чувствам времени не было. Трое без препятствий добрались до лифта. За долгие две минуты езды никто не проронил ни слова. Каждый думал о своем, обсуждать было нечего: кто знает, как сложатся события.

Лифт замер на третьем этаже. Луиза неожиданно взяла на себя роль руководителя. Возможно, именно потому, что больше всех волновалась:

— Хорошо. Здесь нам придется разделиться. Пойдем в разные стороны, для того чтобы надуть службу безопасности. Ну и еще по некоторым причинам. Вы, Рамирес, идите в эту сторону, а мы с Конором — туда, — Луиза жестами показывала направление.

Возле лифта охранников не было. Рамирес удивленно поводил глазами по сторонам: «Где служба безопасности?» Они уже пять минут разгуливают по реактору и не встретили ни одного вооруженного человека. Луиза и Конар тем временем побежали по правому коридору. Санчес, недовольно покачав головой, двинулся в свою сторону.

Без препятствий Луиза и Конор добежали до Макса. Два раза пришлось использовать электронную пластинку. Двери послушно открывались.

Потерявшие человеческий облик узники Макса с животной ненавистью осмотрели вбежавших, потом постепенно расползлись по углам. Они опасались любого незнакомца.

Мак-Левуд быстро увидел лежащего на высоком жестком топчане старого друга и, торопясь, затеребил его за плечо. Лежащий с невероятным трудом оторвался от грязной подушки, повернул голову и заплывшими кровью глазами взглянул на Конора.

— О Боже мой! — Горец поразился страшному виду Алана.

— Мак-Левуд, это ты? — с трудом прохрипел чуть живой человек. — Послушай, мы ведь правильно сделали, что построили этот Экран?! Мы ведь защитили людей?!

Слезы подступили к глазам Конора. Он с ненавистью подумал о тех, кто изувечил его друга.

— Да! — твердо ответил Мак-Левуд на вопрос старого физика.

Алан обессилено упал. Он знал, что Мак-Левуд его не обманет. А сказанное Мак-Левудом было самым важным для старого ученого. Теперь он мог спокойно умереть.