Война. Том II - Тимофей Грехов

марфтамами ещё только началась. Он разработал вирус, который убьёт их всех.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Можно вернуться только в то прошлое, в котором ты уже появился. Моисей провел в капсуле больше ста тысяч лет. Он может вернуться, а мы нет.- А твои братья это знают?

— Да. И хоть отец пообещал, что он знает способ как им перенестись всем вместе, я не верю ему.

Я переглянулся с Зесом и Орловым.

— И что ты предлагаешь?

— Я дам тебе секрет, как уберечь оболочки твоих детей от вселения моих родных, а ты избавишься от Моисея.

— А что ему помешает воскреснуть вновь?

— Уничтожь его лабораторию, — тут же ответила она. — Отец переместил её на остров Крит, что находится в Средиземном море. Его лаборатория один сплошной артефакт. Уничтожишь её, и тогда сам он не сможет воскреснуть.

Я задумался.

— Клео, я бы с радостью, но войска вампиров не стоят на месте. И оставить Империю я не могу.

— То, о чём мы говорим, во много раз важнее! — возразила она. — Ты что, не осознал, что если мы его не остановим, то мы просто не появимся на свете.

— Допустим, я сделаю это. Но почему ты ничего не говоришь про Аракса и Менелая?

— Ты знаешь все наши имена, — пристально посмотрела она на меня, и сжав губы продолжила. — Они должны остаться живы.

— Нет, — ответил я.

— Что, нет⁈

— Я не оставлю потенциальных врагов в живых.

— Тогда через пару месяцев ты будешь наблюдать за тем, как в глазах одного, а может сразу двоих, твоих детей появится осознанный и взрослый взгляд. Или ты и впрямь думаешь, что Моисей уйдёт, не отомстив тебе? — Она сделала паузу. — Думай! Жду твой положительный ответ в течение восьми часов.

* * *

— Что думаете? — спросил я у Зеса и Орлова, когда мы вышли из дирижабля и я накрыл нас пологом тишины.

— Ты говорил, — задумчиво начал говорить Орлов, — что когда ты впервые увидел Моисея, ты увидел в сфере лицо, как там его называли…

— Геркулеса, — подсказал я.

— Точно. Хотя не суть важно. Брат мне сказал, что с его помощью Моисей хотел вернуть к жизни своих сыновей. Но если он собирается вернуться в прошлое и изменить историю, то зачем он хотел это сделать?

— Интересный вопрос, — задумчиво произнёс я. — Но действия Моисея вообще не поддаются логике. Я с ним не враждовал, так почему же тогда Гавриил решил убить меня?

— Потому что может, — вдруг сказал Зес. — Мы же уже знаем, что Моисей не считает нас за равных. Мы для него скорее, как муравьи. Для него наши жизни ничтожны.

— Не думаю, что его можно сравнить с ребенком, который захотел посмотреть, как горит муравейник, — не согласился я.

Проговорив около часа, мы так и не приблизились к понимаю помыслов ни Клео, ни уж тем более Моисея.

Но одно я решил однозначно. Я соглашусь на условия Клео. А там видно будет.

Ночь была длинной. Я написал Эмери, что нам срочно нужно встретиться. Учитывая, что мы до сих пор не решили вопрос со связью и использовали артефакты, которые приобрели у Торговой гильдии, я не стал посылать сообщение о разговоре с Клео даже шифром.

Мама не стала расспрашивать что случилось. Она поняла, что я не стал бы просто так просить о встрече.

Пока мы летели навстречу друг другу, я проигнорировал несколько попыток Клео связаться со мной.

Мама, не дожидаясь пока её дирижабль сядет, спрыгнула на землю. Мы находились на одной из вершин Уральских гор. Обняв меня, она тут же спросила, что случилось. И тогда я пересказал ей разговор с Клео.

— Вот же хитрая су@ка!

— О чём ты?

— А ты не понял? — Я отрицательно покачал головой. — Мы убиваем Моисея, потом она помогает братьям переродиться в вампиров, и вот они правители всего мира. Пойми, Ярар, мы проигрываем. Человечество проигрывает. И я уверена, когда гномы используют свой вирус, погибнут не все кровососы. Просто не стали бы дети Моисея использовать такое оружие. Вампиры не трогают подгорное царство, хотя, имея такое численное преимущество, у коротышек нет шансов. Они бы навсегда остались в своих подземельях. Гномы не понимают, что чем больше они тянут, тем меньше шансов у других рас.

— А почему ты считаешь, что погибнут не все вампиры?

— Ты забыл, что Клео вампир? — вопросом на вопрос ответила Эмери. — Когда не останется ни одного сильно государства, армия вампиров пойдёт на Подгорное царство. Те выпускают вирус, в надежде на то, что все кровососы попередохнут. Число вампиров резко сокращается, и тогда еды им хватит на долгое время. А если вести правильную политику и не увеличивать популяцию кровососов, то можно прожить ещё дольше.

— Но они могли вести такую политику и на своих материках?

— Ярар, в этой войне они хотят захватить власть в мире! Судя по тому, что ты мне рассказал, Клео волк в обличье овцы. И раз она просит тебя сохранить жизни братьев, то в будущем она поставит тебя перед выбором. Или ты воскрешаешь погибших братьев, или умирают твои близкие. — Эмери усмехнулась. — И глядя на тебя я знаю какой выбор ты сделаешь.

Я тоже понимал. И немного подумав, спросил.

— И что мы будем делать?

Эмери покачала головой.

— Нееааа, — произнесла она. — Ты правишь страной, не я. Это я должна спрашивать, что мы будем делать?

— С каких это пор?

— Это не важно, — ответила она.

Через пять минут, я и Эмери стояли у сферы, расположенной в дирижабле Орлова.

— ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ОТВЕЧАЛ⁇! — раздался крик Клео.

— Хотел посмотреть насколько сильно я тебе нужен. И по-видимому, мне твоя помощь нужна меньше, чем тебе моя.

— Тебе совсем не дорога жизнь твоих детей? Кого ты хочешь обмануть? — рассержено произнесла Клео. Я промолчал, вынуждая её задать нужный мне вопрос. — Чего ты хочешь?

— Останови войска, — ответил я.

— И всё?

— И информацию по созданию артефакта, который обезопасит моих детей.

Клео некоторое время сердито смотрела на меня.

— Хорошо. Будь по-твоему. Я знаю, что ты утащил всё из убежища Гавриила. Смог подключить?