Зерг по имени Маша. Второй уровень. - Сергей Валентинович Хабаров

на данном участке нужно вводить карантин. Это, в свою очередь, значит что, сектор оцепят и вентиляция будет отключена, чтобы остановить возможную эпидемию вируса зергов. А пока, чтобы люди не умерли от перегрева, главный компьютер будет поддерживать оптимальные жизненные условия и остужать сектор. Сейчас он наостужал воздух до –15, и над рынком шёл ледяной дождь, мешающий работать роботам. Рано или поздно компьютер, снимая показания с визиров роботов, разберётся в том, что здесь происходит и остановит охлаждение. Но температуру анализировать сложнее, чем прорыв канализации, да и процессор его перегружен поддержкой множества ремонтных работ. Ведь за всеми этими железными болванами, что чинили коммуникации на чёрном рынке, нужен глаз да глаз.

— Теперь пора. — сказал Гомер, когда всё вокруг покрылось льдом. Потом стал одевать на ноги какую-то странную обувь с вертикальными железными пластинами на подошве.

С того момента, как прорвало канализацию прошёл час. И весь этот час Синтия охреневала. То, что произошло сегодня на чёрном рынке, требовало многодневной тщательной подготовки. Но последние два дня Гомер провёл лёжа на кровати в полной изоляции. ОН НЕ МОГ все это устроить, не мог связаться с кем-то снаружи, чтобы всё спланировать. Разве что, с техником, который сделал ему укол, когда Гомер валялся в бреду. Однако, похоже, Гомер единственный в курсе, что тут происходит и знает, что делать.

— Что ты делаешь? — спросила Синтия, когда Гомер на своей неудобной обуви подошёл к краю крыши и свесил вниз ноги.

— Собираюсь съехать на спине вниз и удрать от преследователей на коньках. Ойда со мной?!

Синтия опасливо посмотрела вниз. По сравнению с прошлой пропастью, тут было всего-то метров семнадцать, но на этот раз, внизу точно не было мягкой подушки из мусора.

— Ты разобьёшься.

— Не разобьюсь, если буду скользить всем телом. Стена оледенела и находится под углом 80 градусов. А внизу подготовлен достаточно плавный спуск-он не даст нам разбиться.

— Мне страшно, я не смогу. — от одной мысли, что придётся прыгать, у Синтии тряслись колени. Она ещё помнила тот полёт вниз по этажам, и эти воспоминания усиливали еë страхи.

— Да ладно тебе, это будет просто, как скатиться с крутой горки в детстве.

— Скатиться с чего?!!

— Ну, с горки. — недоуменно ответил мимик, будто речь идёт о само собой разумеющемся. — неужели ты никогда не каталась зимой с горки вниз? Я вот часто катался.

— Тебя что, так наказывали за плохое поведение?

— Почему наказывали? — удивился мимик. — Мы катались сами, потому что это было весело.

— Вот у тебя детство было, как ты вообще дожил до своих лет? — Удивилась Синтия.

— Нормальное детство, как у всех на моей родине. А ты любишь кататься с горки?

— Не знаю, люблю ли я это. Я родилась и выросла на космической станции. Лёд я видела только в бокалах для виски.

— Тю. — Мимик сморщился от жалости. — Не каталась с горки, считай детства не было.

Они помолчали, наблюдая, как недалеко от Ямы люди пытаются ходить по льду и при этом не падать. Получалось у них это неважно.

«Да, по льду они ходить не умеют-не северяне» — подумала Маша.

Народы севера впитывают навыки хождения по льду с детства. И что для северян становится само собой обыденностью, для чужого человека-экстрим.

— Послушай, Синтия, на этот раз я не смогу взять тебя подмышку и прыгнуть вместо тебя. Ты должна решиться на это сама. Но знаешь, у меня на родине говорят: двум смертям не бывать, а одной не миновать. Единственное, чем я могу тебе помочь, это прыгнуть первым. Давай, не задерживайся, я буду ждать тебя внизу.

Больше Гомер не стал её убеждать, а тихо скользнул вниз. Синтия снова заглянула за край. Гомер уже съехал и лежал там, словно морская звезда. Потом встал, улыбнулся ей и помахал рукой. Ему явно было весело.

— Ладно. — сказала Синтия и медленно, на трясущихся ногах, села на край. Сердце колотило так, что собиралось выпрыгнуть из груди. — У него получилось, значит, и у меня должно.

Синтия снова посмотрела вниз и поморщилась. Там, в глубокой пропасти, словно маленький чёртик веселился Гомер. Может он махал руками, потому что пытался подбодрить, но ей казалось, будто он издевается над её трусостью.

— Ой, мама, лучше вниз не смотреть. Как он там говорил: «двум смертям не бывать, а одной не миновать». Дурацкая поговорка, но логичная. — Синтия выпрямила ноги и соскользнула вниз. — А-а-а-а!

Быстрое скольжение вниз, несколько секунд, и она сама не заметила, как оказалась лежащая на льду, раскинув руки в стороны.

— Молодец. — Похвалил Гомер, помогающий Синтии подняться. — Теперь, садись мне на спину и обхвати руками и ногами. Я повезу тебя.

Синтия ничего не понимала, но безоговорочно слушалась. Хотя, на вид та обувь, которую он одел, была крайне неудобной. Чёрт, да в них даже стоять нормально нельзя, не то, что бежать. Но когда Гомер быстро заскользил по льду, на этих, как они их назвал, «коньках», она изменила своё решение. Не каждый человек так быстро сможет бежать, как он сейчас скользил. В Яме их побег заметили и быстро организовали преследование. Но люди, в антискользящей обуви, не могли тягаться с юрким конькобежцем. Мимик с рыжеволосым грузом у себя на спине, буквально издеваясь, проехал у них перед носом, да ещё и ручкой помахал на прощание.

— Стой, стрелять буду. — Рявкнул им в спину один из модифицированных ресоцев, охранников. Кажется, «Тон» (Сокращение от тонны), но Маша была не уверенна. Они, как-то, все на одно лицо: что Тонна, что Гиря, что Глыба.

— Гомер, они стрелять будут. — Сказала на ухо мимику Синтия.

— Не будут. У них высококалиберные, пехотные винтовки. При попадании в человека, они проделаю в нём дыру, диаметром десять сантиметров. Это гарантированная смерть, а мы нужны им живыми.

И действительно. Горе преследователи сделали несколько предупредительных выстрелов в воздух и успокоились. Ну как, успокоились, убежали в Яму искать какой — то транспорт, на котором можно начать преследование. Маша видела у местных подобие двуместных багги, созданных Кулибиными с чёрного рынка. Собранные из мусора, лёгкие машинки работали от ядерных батарей и вид имели такой, будто на покусанного молью верблюда установили высокотехнологичный горб с голографическим интерфейсом. Вот только, машинки были чрезвычайно лёгкие и не имели шипованных шин. Отсюда, очень сильная неуправляемость на льду. Так что, когда один такой багги всё же настиг неуловимого конькобежца и попытался обстрелять его ловчими сетями, то мимик просто зашёл к багги сзади и отпихнул в ближайшую стену. Люди выжили, а их транспорт продолжать