Между двух миров (СИ) - Совушкина Мила

А пока день ожидания, волнений и тревог. У девушки каждый раз замирало сердце, стоило кому-то из мужчин, знакомых ли или чужих, пройти рядом с их деревянным домиком. Иногда Оксане казалось, что страх вообще стал постоянным спутником в их семейной жизни. Он делил с ними еду, постель и даже простые житейские работы по хозяйству не могли отвлечь от единственной мысли. Когда? Когда это случится? Когда к стенам города подойдёт враг? Сколько продлится бессмысленное сопротивление?

Девушка изо всех сил перед Мирославом пыталась казаться твёрдой, но правда в том, что теперь в их доме трое: Оксана, Мир и тень страха позади.

Единственный, кто абсолютно не опасался чужаков — был Аристарх Олешевич. Его не зря прозвали волхвом и пройдохой. Что-то он всё же умел, хоть и балагурил знатно. Старик был собран. Он тоже готовился к неизбежному: заглядывал в будущее, выстраивал свой собственный план, в котором Оксане досталась ключевая роль. В отличие от всех Аристарх знал — Менеск падёт. Он был твёрдо уверен в этом. Всё остальное — детали. И они обязательно сойдутся друг с другом в правильную, чёткую картинку. Судьба ещё никогда не давала осечек.

Глава 26

13 дней до нападения

— Здравствуй, девица.

Оксана вздрогнула от старческого голоса волхва над ухом. Вот уж кого-кого, а этого прохиндея она ожидала увидеть в последнюю очередь. Тем более сейчас, в самый разгар дня.

— Тише. Ты чего дёргаешься?

Девушка подняла на Аристарха рассеянный взгляд. В мыслях она была далеко. Вместе с Миром. Тот ушёл на какой-то там совет ещё утром, а времени прошло уже прилично. Они никогда не обсуждали это друг с другом, но каждый раз их расставание смерти было подобно. Долгие прощания утром к вечеру становились пылкими ласками двух любящих сердец. И каждый раз как последний.

Волхв кряхтя сел рядом. Старческое лицо было недовольно.

— Дурная ты девка, Ксанка. Прекрати накручивать. В итоге случится так, как и положено, а ты скоро от своей тени прятаться начнёшь.

Девушка только головой покачала и прислонилась к стене дома.

— Вы вредный, невозможный старикашка, Аристарх Олешевич. Почему нельзя сказать, что всё будет хорошо и этого чёртового пожара не будет.

— Ну-ну. Надевай.

Он подкинул свёрток прямо в руки Оксаны. Девушка развернула и с удивлением рассматривала нарядное платье состоятельной горожанки. Мягкая переливающаяся ткань легко ласкала пальцы. Так и хотелось её примерить, вот только наряд был… слишком неуместным богатым для этих мест. Оксана выгнула бровь дугой и пытливо уставилась на дарителя.

— Будешь у нас дурочкой-красавицей. Вот туда в лес пойдёшь.

Оксана зашипела разъярённой кошкой. Туда в лес с миром ушли те двое странных путника буквально ночью. Не надо быть гением, чтобы не понять, что её отводится роль подсадной утки.

— С ума сошёл, старик? Ты думаешь я кто — чудо-женщина? Меня схватят и в лучшем случае просто убьют.

Вместо ответа он покрутил в руках небольшой пузырёк. Оксана уже знала, что это: шанс быстро перенестись домой и узнать что-то по настоящему стоящее. Шанс спасти целый город. Шанс выжить. Они оба знали, каков её ответ. Оксана порывисто выхватила бутылочку из старых, цепких рук.

— Я тебя ненавижу.

— А мне ты нравишься. Юная и фигуристая — самый сок для моих старых косточек.

Старик манерно кряхтя поднялся и распрямил спину. Всё ложь. Больше чем уверенна, что плана как такового нет.

— Оденешься и выйдешь за ворота, как только солнце на два пальца сдвинется. и не волнуйся. Гриня подстрахует. И без глупостей. Без моей крови это просот малиновый чай. Вернёшься — поговорим.

Оксана бессильно зарычала и сердито пошла в дом переодеваться, чтобы после короткого инструктажа пойти в лес за… цветочками… Она старалась сделать лицо попроще, а улыбку поглупее. Ей богу. Это было чертовски сложно. Мысли то и дело съезжали к старому волхву и бывшая учительница то и дело срывалась на мат. Про себя, потому что прекрасно знала об опасности и боялась лишний раз пискнуть. Всё надеялась, что Аристарх ошибся и она благополучно вернётся домой. Потом потребует чай за прогулку и оставит старика с носом.

Нервировало то, что в лесу она одна, а обещанного Гриню девушка всё ещё не видела и перспектива наткнуться на вооружённых мужчин (сколько их бы ни было) не привлекала. Она боялась лишнего шороха, а лес не может не шуметь и Оксана старательно прислушивалась к пению птиц и шелесту листвы. Не мудрено, что главную опасность девушка всё же проморгала. Со спины к нерадивой богатой дурочке подкралась Владислава с поленом наперевес и хорошенько приложила по затылку. Оксана даже испугаться не успела, когда глаза закатились и она осела прямо на траву.

Осечки всегда случаются. Они, конечно, досадны, но пережить их намного проще, если они не случились с тобой. План волхва был откровенно плох с самого начала и на что надеялся старик просто не понятно. Гриня действительно был рядом. По меркам того времени. В каких-то двадцати минутах ходьбы от Оксаны. Впрочем, полотовчанам, а это были именно они, хватило пяти минут, чтобы забрать обеих девушек с собой.

Оксана очнулась ближе к вечеру. Дикие глаза, полные ненависти — вот, что она увидела. Владислава смотрела на неё в упор и старалась лишний раз не шевелиться. Опасения юной мстительницы понятны и прозрачны. Она боится двух мужчин, что хозяйничали неподалёку. — Дура, — прошептала одними губами Оксана. По правде говоря, обе хороши. И тупому барану ясно, что девушки просто так не отделаются. Потому Влада и притихла — не хотела привлекать к себе внимание. Один из мужчин поднялся подошёл к Оксане. — Ну что, красавицы, сейчас соберёмся и в путь. А на следующем привале можно и повеселиться будет. — Я в постели — бревно. Она, кстати, тоже. — Это ничего. Зато с дуплом. Оксана могла только закатить от подобной шути глаза. Средневековые мужланы в естественной среде обитания. Рядом забилась в мужских объятьях Влада. Полотовчанин отпустил девушку только после крепкого поцелуя.

— Давай подсажу.

Бравый молодец подвёл коня и ловко посадил Оксану в седло. Девушка пошатнулась и крепко схватилась за луку, чтобы удержаться верхом.

— Крепко тебя твоя подружка приложила.

— Я у неё жениха увела. Наверное, обижается до сих пор.

Не смотря на наличие отвлекающего фактора, мужчины не расслаблялись ни на минуту: сноровисто собрали свои вещи, подсадили своих пленниц в сёдла и двинулись в путь. Полотовчане больше не пытались лапать или приставать. Оба постоянно осматривались в поисках западни и старались держать темп. Оксана раскрыла рот лишь однажды и немедленно почувствовала нагретое от жары лезвие у своего горла. Остальная дорога прошла в тягостном молчании. Если по началу, ещё был шанс на появление Грини, то с каждой верстой девушка всё больше впадала в уныние. Они остановились внезапно. Чуть приметная тропинка вильнула в бок и мужчины тут же остановили лошадей. Из-за кустов показался рослый детина с цепким взглядом. — Смотри, каких красавиц я к нам привёл. Встречающий одобрительно цокнул языком и повёл путников к костру. Всего четверо врагов. Многовато для двух слабых девушек. Детина надавил на плечи обеих и усадил прямо на корни поваленного дерева. — Распологайтесь, зазнобы. Мы сейчас угостимся и вас приласкаем. Влада отчаянно затрясла головой и хотела уже подняться с колен, но Оксана во время схватилась за рукав и с силой дёрнула вниз. — Идиотка! — Яростно зашептала Оксана прямо в ухо. — Хочешь уже приласкать каждого? Влада потрясённо замахала головой. Девушка была в отчаянии и мало что соображала. — Дорогу назад запомнила? Влада слабо кивнула в ответ. У неё появилась надежда. Призрачная. Оксана не обманывалась. Каждый из четырёх посматривал на девушек в предвкушении. Казалось, плачевность положения понимали все, кроме Влады. Им не скрыться. В какой-то момент Оксана встала и подошла к костру. Она забрала из рук ближайшего полотовчанина жестяную кружку и сделала жадный глоток. Хмель тут же ударил в пострадавшую от полена голову. Мужчина забрал свою кружку и нахмурился. — Еда и питьё только для своих. — Я точно знаю, что после трапезы мы будем вашими, так что это аванс. Мужчина коротко хохотнул пододвинулся, уступая место рядом с собой. — Обожаю дерзких. Оксана кивнула и уселась рядом. Она, конечно, звала Владу к себе, но та только сильнее сжала корни дерева и отчаянно замотала головой. — О, а та скромняшка. Братцы, сегодня девушки на любой вкус. Славный день.