Миланья. Часть 2 - Стефания Эн

Якобы. А вы тем временем усиленно будете наблюдать за мной. Куратор, ничего не подозревая, предпримет попытку покушения. Так вы его и схватите. Чем не план?

— И ты не боишься? Пойдешь на это?

— Боюсь, конечно. Страха не испытывают только идиоты или балаболы, которые ничего не делают. Но в моём случае лучше рискнуть. Получится или нет — сложно сказать. Но сидя взаперти я точно сойду с ума.

Именно эту её догадку подтвердила Таня. Доктор по приказу Крафта была вынуждена вернуться на рабочее место, хотя смена уже давно закончилась. Крафт положил Миланью на стол в кабинете диагностики.

— Откуда, говорите она свалилась? — Татьяна мыла руки перед осмотром.

— Со стены, спускаясь по простыне. — повторил лорд, смакуя.

— Психиатр дальше по коридору. — раздражённо заявила доктор, вытирая руки и надевая перчатки. — Я здесь бессильна.

— Танечка, посмотрите её ногу, — любезно попросил Крафт. — Голову мы ей полечим позже. И, боюсь, здесь потребуется ампутация. — пошутил лорд. Или не пошутил?

С ногой всё малой кровью обошлось. Перелом не подтвердился. Разрыва связок не было. Оказалось растяжение. И сильный ушиб. Милли нанесли мазь, зафиксировали ногу повязкой и отпустили, дав настоятельные рекомендации передвигаться по лестнице.

Два дня спустя, вечером, Миланья лежала в гостиной на диване, растянувшись по всей его ширине. Она уже могла немного ходить, но большую часть времени вынуждена была лежать. Больная нога покоилась на подушке, любезно предоставленной Дженни. Сама девочка вместе с Крафтом и Кайлой стандартно проводила вечер за игрой в покер.

— Дорогая Кайла, что с вами сегодня? — любезно поинтересовался Крафт, — Вы играете из рук вон плохо.

— Да? Вполне возможно… — рассеяно отозвалась блондинка, медленно кладя карты на стол. Партию она продула. — Если честно, я так устала на объекте, что сил играть просто нет…

Миланья покосилась на подругу. Где-где, а на объекте та точно не была. Сегодня Кайла планировала встретиться с Феликсом. Милли ещё не успела расспросить блондинку, что и как, но её томный довольный вид говорил об успехе операции.

— Уйдите все! Мне не нужна помощь!

В гостиную донёсся голос Эда. Звук достаточно приглушённый, но если учесть, что шумы вообще не должны доходить из холла, Эдуард явно орал. А это не похоже на обычное поведение учёного.

Подом послышалось ещё несколько толчков — вероятно, что-то упало, и быстрые грубые шаги по лестнице.

Все обитатели гостиной переглянулись.

— Неудачный эксперимент. — ответил Крафт на немой вопрос окружающих.

Милли не знала, как поступить. С одной стороны, она соскучилась и хотелось скорее увидеть мужа. Но с другой — это у неё болела нога, это она мучилась от одиночества столько времени! Правда, время мучений она проводила очень весело, получила кучу эмоций и адреналина, и была весьма довольна собой. Однако это не важно! Жертва здесь она! И за ним она не побежит.

Немного поразмыслив, Милли решила занять самую удобную позицию. Не делать ничего!

И это принесло плоды. Не прошло и получаса, как снова послышались недовольные шаги по лестнице. На этот раз вниз. Ещё через минуту лохматая голова исхудавшего учёного показалась в дверях гостиной.

— Так ты здесь! — недовольно пробубнила голова, увидев Милли.

— И тебе добрый вечер, — Кайла очередной раз положила карты на стол, проиграв партию. — У твоей жены сломана нога!

— А? Как? — тон Эда сразу переменился. Напуганный учёный засуетился вокруг жены.

— Всё нормально, нога просто ушиблена, — заверила мужа Милли. — Ну, ещё растянулась.

— Как? Тебе больно?! — теперь в его глазах был ужас.

Отлежаться не получилось. Пришлось Милли принять сидячие положение, поместить мужа рядом, успокоить. Потом они переместились в свои комнаты. Эд хотел взять жену на руки, чтобы помочь подняться по лестнице, но Милли рьяно запротестовала: ей ужасно надоело быть беспомощной! Она медленно, но сама поднялась.

Оказавшись у себя, Миланья продолжила нянчиться с мужем. Заставила его искупаться, переодеться. Затем слуги принесли ужин. И только после того, как муж поел, она разрешила ему рассказать о своей проблеме. А парню очень хотелось выговориться.

— Понимаешь, ничего у меня не вышло… — начал он с конца. — Бомбы с латта-волнами пора выпускать в массовое производство. Технологии готовы. Но, как показывает опыт, этого ни в коем случае нельзя делать, пока не будет разработана защита. Иначе нас победят собственным оружием.

— Но разве ты не настраиваешь защиту через панель?

— Да, но эта защита точечная. А мне нужно выработать… Как бы объяснить… Латта-волны наоборот. Причём автономные нужны, не от панели. Чтобы в любой точке Септимуса работали.

— Глушилка? — подсказала Милли.

— Да. Типа того. Нужны анти устройства. Чтобы того, кого не нужно, латта-волны не задевали. Панели не подойдут, сама понимаешь. Со связью на Септимусе всё грустно. А так, если бы удалось сгенерировать анти латта-волны, то можно создать мини устройства, прикрепив которое к одежде, человек становится неуязвим к навязанным эмоциям. Вроде ничего сложного. Но как начинаешь копать — ничего не получается. Нужен донор. Донор анти волн. Требуется найти человека, не восприимчивого к латта-волнам. Но такие люди — редкость. Попробуй, найди! А без донора не получается просчитать параметры. Столько времени работы — и всё впустую!

— Ну подожди, — Милли налила себе какао в чашку, взяла поднос и забралась на кровать. Взбила себе подушку и уселась поудобнее, упёршись спиной к спинке. — Такой человек есть. И мы его знаем. Это Феликс.

— Кто это? — Эд никого не помнил.

— Глава одной из повстанческих банд. Мы у него ещё Звёздный вокзал отвоевали. Одноглазый такой.

— Теперь понял, кто. Но ты б ещё короля Корсики упомянула! Где мы найдем этого Феликса? Он же преступник. Скрывается. Разве реально с ним сотрудничать?

— Вполне. — Милли отпила какао и немного поправила подушку у себя под спиной. — А теперь моя очередь рассказывать. Скоро всё поймёшь. Садись ближе, — Милли похлопала по простыне рядом с собой, — и слушай. Торчал там у себя затворником, а тут целая драма разыгралась. Мы чуть на воздух не взлетели!

— Да ну? — он заинтересовался, взял себе подушку и тоже залез на кровать.

И Миланья рассказала всё. Не утаивая и не замалчивая. Ей