Самозванец - Даниил Аксенов

Когда приятели вернулись в дом Ференов, до ужина оставался примерно час.

— Сегодня утром, перед тем как отправиться спать, я подготовил кое-что для вас, — Михаил протянул каждому по золотой монете.

— Пусть каждый из вас положит монету в карман и постарается приучить себя к тому, чтобы не расставаться с ней никогда. Это — амулет. С ним вы станете сильнее, быстрее и будете обладать защитой от физических воздействий. Подзарядки у ишиба он не требует.

— Так это и есть легендарный амулет Террота?! — с восторгом воскликнул Маэт.

— Тише. Не кричи так. Да, это — лучший амулет для воинов. На сегодняшний день.

Все время, оставшееся до ужина, Ферен младший и Торк провели на заднем дворе, привыкая к новым способностям. Если бы не строгость Ронела, к приему гостей они бы точно опоздали.

Ферен-старший пригласил шестнадцать приятелей. Часть из них прибыла с женами, часть — с сыновьями. В общей сложности на званый ужин пришли около сорока человек. Комен явился одним из последних в совершенном одиночестве.

Михаил стоял рядом с Ференом, когда тот встречал гостей. Ронел представлял молодого человека как «благородного уру Ксанта и сына его старого знакомого, с которым они неоднократно сражались против врагов». Старик нисколько не лгал, то есть был уверен, что не лжет. Ведь он действительно знал короля Ортера, отца Нермана. И неоднократно сражался в составе его войска. А то, что он называл принца другим именем, — это не ложь, а необходимая маскировка.

Многие гости тоже принимали участие в тех же сражениях. Поэтому они недоумевали, пытаясь припомнить загадочного отца Ксанта. Богатство одежд молодого друга Ронела произвело на них немалое впечатление.

Когда к ним подошел Комен, то на его лице играла привычная ироническая улыбка.

— Когда я увидел тебя в первый раз, — тихо сказал он Михаилу, — ты был крестьянином. Когда увидел во второй раз — ты был просто дворянином. Сейчас же тебя представляют как уру. Кем же ты станешь при следующей нашей встрече?

— Принцем, — рассмеялся тот.

Комен оценил шутку.

Званый ужин удался. Гости активно общались с Михаилом. Многие из них пытались узнать хоть что-то о его отце. Но молодой человек на все вопросы отвечал лишь, что отец умер, когда он был совсем маленьким, поэтому ничего не помнит о нем.

Михаил был безукоризненно вежлив, шутил, запросто общался с молодежью и произвел на всех очень приятное впечатление.

Когда гости покидали дом, Михаил также стоял рядом с хозяином. Прощание было так же значимо, как и встреча. В протоколе дворянских приемов, сложившемся в мире Горр, как и любом другом мире, каждое действие, даже мелкая деталь может нести определенную смысловую нагрузку. Если совершенно посторонний человек стоит рядом с хозяином дома, не только встречая, но и провожая гостей, то это должно было иметь какое-то объяснение. Но пока что никто объяснения не знал. Гости уходили, мучимые любопытством.

Комен пришел последним, последним же и собирался уйти.

— Ты не проводишь меня немного? — спросил он у Михаила.

Тот согласился. Они вышли на улицу.

— Старик Ферен — очень достойный человек, — сказал Комен. — Настолько же достойный, насколько вредный и упрямый. Я с трудом представляю себе ситуацию, в которой он кому-то оказывал бы такие почести, как тебе.

Собеседник слегка улыбнулся.

— Если же ты спросишь меня, на что похож этот прием, — продолжал Комен, непрерывно приглаживая свои длинные усы, которые ворошил ветер, — то я тебе отвечу: на сборище заговорщиков, хотя никаких намеков на заговор не прозвучало. Это все кажется мне странным. Могу даже предположить, что речи прозвучат в будущем.

— Почему ты так думаешь? — Михаил уже широко улыбался.

— Вот смотри. У Ферена внезапно появляются деньги, что является удивительным само по себе. Он приглашает старых боевых приятелей в гости. Те, у кого есть взрослые сыновья, приводят их. Видимо, он намекнул на это в приглашении. При этом Ферен торжественно представляет им никому неизвестного молодого человека, который одет так, словно он, по меньшей мере, далл. А если прибавить к этому хотя бы то немногое, что мне — пока — известно о личности этого молодого человека, то все во мне кричит: «Это заговор против короля! Это заговор против короля!».

Михаил рассмеялся. Комен был очень умен и догадлив.

— И что бы ты решил, если пришлось бы выбирать, поддержать или нет сей гипотетический заговор?

— Я не испытываю к королю никаких нежных чувств, — ответил Комен. — Он губит страну. Это видят даже дети. Он ведь не принял меня, когда я принес ему план обороны двух крепостей. Отличный план, надо сказать. И я охотно приложил бы свои силы для спасения государства. Но при двух условиях.

— Каких же?

— Во-первых, заговор должен иметь под собой какую-то основу, какое-то будущее. Во-вторых, я бы не хотел, чтобы мою семью казнили, если заговор будет успешным. Хотя все они ко мне относятся плохо, но смерти им я не желаю.

— Хорошо, — будничным тоном сказал молодой человек, — договорились.

— Договорились? — переспросил Комен. — Возможно, мы и договорились по второму пункту. Но как быть с первым?

— Я — принц Нерман.

Комену изменило обычное самообладание, и он, оглянувшись по сторонам, пробормотал нечто нечленораздельное. При этом на лице нового участника рискованного предприятия читались одновременно две мысли: «Не может быть!» и «Я так и знал!». Видимо, на несколько мгновений он утратил способность говорить…

— Вот оно что. Тогда все логично, — как будто с облегчением сказал он, когда вновь обрел дар речи. — Могу ли я узнать детали?

— Встреться завтра с Ференом, он тебе их расскажет. Все по поводу того, что случилось много лет назад, и почему я здесь. Также он поделится с тобой планом восстановления справедливости. А сейчас мы попрощаемся. Рано утром мне нужно покинуть столицу.

Глава 24. На пути обратно в Камор

Возвращаясь домой, не забудь захватить подарки. Или хотя бы убеди себя, что ты собирался их захватить.

Когда Михаил вернулся в дом Ференов, то увидел, что Торк и Маэт возобновили испытания своих амулетов. Они выполняли различные физические упражнения, фехтовали и бегали по двору, привыкая к новой скорости.

— Мы завтра выступаем, — сказал им Михаил, — но проснемся пораньше. Примерно часа в три ночи. Поэтому нужно сейчас ложиться спать.

— В три ночи? — удивился Маэт. — Зачем так рано?

— Хочется изучить замок Курут. Мы попытаемся освободить попавших в беду стражников. Может быть, даже не только их.