В поисках Валгаллы - С. Федоров

Оснащенное для подводных спасательных работ судно «Меркьюри» морского флота США вместе со спасательной командой и плавучей базой «Элфред Оултмен» были срочно отозваны из Пуэрто-Рико, где они находились со специальной миссией по приглашению правительства этой страны. Регулярные сводки о ситуации на субмарине циркулировали между капитанами корабля береговой охраны и спасательного судна «Элфред Оултмен».

В это время на борту субмарины дети с матерями были препровождены в спасательную капсулу, едва О'Мэлли исправил систему подачи воздуха. Прощание детей с отцами, а кого-то с бабушками и дедушками, не обошлось без слез. Малыши испытывали вполне оправданный страх перед замкнутым пространством капсулы. Джордино потребовалось немало усилий, чтобы успокоить и самого себя, и рыдающих детей, и их мам. Вид у него был глубоко несчастный, ведь он был единственным мужчиной, покидающим борт субмарины.

— Я чувствую себя как тот парень, что занял место в спасательной шлюпке «Титаника» переодетым в женское платье, — признался он.

Питт успокаивающе положил руку ему на плечо:

— Ты необходим нам наверху, чтобы спасти жизни всех этих несчастных.

— В случае неудачи, даже не представляю, как смогу жить дальше, — простонал Джордино. — Лучше бы ты взял это на себя.

— Я сделаю здесь все, что смогу, — заверил его Питт. — Но спасательная операция будет иметь шансы на успех только в том случае, если за дело возьмешься ты.

Они обменялись прощальным рукопожатием, и Питт подтолкнул друга к единственному свободному месту на борту. Последнее, что увидел Питт: перепуганная мать усаживала на колени Джордино одного из своих плачущих детей. Люк капсулы захлопнулся, и система шлюзов была приведена в действие. Спустя шестьдесят секунд раздался характерный чмокающий звук, и капсула очень медленно, поскольку была загружена до предела, двинулась к поверхности.

— Теперь остается только ждать, — сказал О'Мэлли, стоявший рядом с Питтом.

— Нет, — возразил Питт, — мы немедленно приступим к нашей части спасательной операции.

— С чего начнем?

— Займемся воздушной системой аварийной камеры.

— Что вас интересует?

— Прежде всего, соответствует ли аварийный люк стандартам аппаратов спасательных судов.

О'Мэлли кивнул:

— Будьте покойны, он соответствует всем стандартам. Конструкторы специально позаботились об этом.

— Проводите меня туда, — попросил Питт. — Я хочу сам убедиться в этом.

О'Мэлли направился к лифту, поднявшему их на верхнюю палубу, где находилась столовая для пассажиров. Затем провел его через камбуз, где повара готовили обед с таким видом, словно трагедия на борту субмарины не имела к ним ровным счетом никакого отношения. Учитывая недавние события, вся эта сцена казалась совершенно нереальной.

Питт последовал за инженером по узкому коридору в небольшую камеру, где вдоль переборки стояло несколько скамеек. В центре отсека находилась винтовая лестница, ведущая к аварийному люку. После внимательного осмотра механизмов, регулирующих выход в океан, — он показался Питту неоправданно долгим, — О'Мэлли спустился вниз и грустно посмотрел на товарища по несчастью.

— Наш приятель действительно дотошный малый. Он предусмотрел практически все.

— Что вы хотите сказать?

— Станина люка так деформирована, что потребуется не меньше десяти фунтов пластиковой взрывчатки, чтобы освободить его.

Пожалуй, впервые с начала трагических событий Питт почувствовал страх.

— Значит, выбраться наружу невозможно?

— Отсюда это уж точно, — подтвердил инженер, сознавая, что этими роковыми словами он фактически обрекает на смерть шестьсот семнадцать человек. Он грустно покачал головой и повторил: — Отсюда уже никому не выбраться. Никто не сможет покинуть лодку.

Питт и О'Мэлли сообщили страшную новость капитану Болдуину, который по-прежнему находился на капитанском мостике. Капитану стоило немалых усилий хотя бы внешне сохранить хладнокровие.

— Вы абсолютно уверены в своих выводах?

— С помощью автогена, конечно, можно открыть люк, но как тогда прекратить доступ морской воды во внутренние помещения лодки? Давление воды на глубине, на которой мы находимся, около семнадцати атмосфер. Иными словами, давление на корпус равняется двумстам тридцати фунтам на квадратный дюйм. Ни у кого нет шансов противостоять напору поступающей воды и добраться до поверхности.

Выражение лица капитана не оставляло сомнений относительно тех чувств, которые он сейчас испытывал. Человек, почти лишенный эмоций, он не мог даже в мыслях допустить, что он сам и все, находящиеся на борту, обречены на смерть.

— И нет надежды на спасение? — спросил он.

— Надежда умирает последней, — улыбнулся Питт, — но очевидно, что спасение не может быть обеспечено обычными методами.

Плечи капитана поникли, и он пустым взглядом уставился на стол.

— Итак, нам остается одно — быть живыми так долго, как только возможно.

Конрад протянул Питту телефонную трубку:

— Мистер Джордино вызывает вас с поверхности.

Питт поднес телефонную трубку к уху:

— Ал?

— Нахожусь на катере береговой охраны, — услышал он знакомый голос.

— Как путешествие?

— По правде говоря, тяжко пришлось. Мои барабанные перепонки едва не лопнули от воплей перепуганных младенцев.

— Но вы добрались благополучно?

— Все дети и женщины живы и здоровы. Их уже перевели на стоящее поблизости на якоре грузовое судно. Там более подходящие для них условия, чем на катере. Сейчас они на пути к ближайшему порту. Могу добавить, что женщины не выглядели счастливыми, оставив на лодке своих мужей. Столько косых взглядов мне, пожалуй, не доводилось ловить на себе за всю мою жизнь. Впрочем, их можно понять. Не забывай, что я оказался единственным мужчиной на борту спасательной капсулы.

— Известно, когда прибывает судно для подводных спасательных работ?

— По их словам, часов через тридцать шесть, — ответил Джордино. — А как дела у вас?

— Не слишком хорошо. Наш приятель Канаи был на борту и перед исчезновением ухитрился намертво заклинить аварийный люк.

— Действительно намертво? — осторожно переспросил Джордино после небольшой паузы.

— По словам О'Мэлли, потребуется взорвать половину судна, чтобы освободить его.

У Джордино не укладывалось в голове, что люди на борту «Марлина» были обречены на смерть.

— Ты уверен в этом?

— Совершенно уверен!

— Но мы-то здесь не собираемся сдаваться, — решительно объявил Джордино. — Я свяжусь с Йегером и заставлю его засадить Макс за работу. Наверняка существует какой-то способ извлечь вас оттуда.

Питту нетрудно было представить себе, какие чувства обуревают сейчас его старого друга.

— Звони нам время от времени, — сказал он, заканчивая разговор, — короче, держи нас в курсе событий.

Пассажиры и члены экипажа, погребенные в затонувшей субмарине, не имели ни малейшего представления о том урагане, который разразился над их головами. Средства массовой информации, несколько недель смаковавшие трагедию «Изумрудного дельфина», как по команде, занялись новой темой и в деталях описывали обстоятельства аварии субмарины и судьбу оставшихся на борту людей. Политики и прочие знаменитости, не желая остаться в стороне, по поводу и без повода давали пространные интервью и один за другим появлялись на экранах телевизоров.

Катера, до отказа набитые кино— и видеооператорами, как по волшебству появились на арене вместе с ордами репортеров на легких самолетах и вертолетах. Меньше чем через двое суток после трагедии целая флотилия катеров и прогулочных яхт курсировала взад и вперед над местом, где затонула лодка. Дело кончилось тем, что пришлось вмешаться официальным властям и все незваные гости, за исключением специально аккредитованных журналистов, были выдворены за пределы зоны спасательных работ.

Всеобщий ажиотаж подогревало и то обстоятельство, что катастрофа произошла не где-нибудь в забытом богом и людьми уголке Тихого океана, а в девяноста семи милях от побережья Флориды. Напряжение нарастало по мере того, как подходили к концу запасы кислорода на борту субмарины.

Репортеры прилагали неимоверные усилия, чтобы войти в прямой контакт с кем-нибудь из людей на дне океана, но все их попытки решительно пресекались специалистами береговой охраны.

Публиковались бесчисленные интервью с женщинами и детьми, покинувшими борт «Марлина». Журналисты пытались также связаться с Джордино, но тот уже успел перейти на борт прибывшего к месту действия корабля своего Агентства и решительно отказывался от любых контактов с представителями пишущей братии. Вместе с членами команды он лихорадочно готовился к спуску под воду автоматического аппарата для обследования корпуса субмарины.