Х-ассенизаторы: Ответный плевок - Алексей Лютый

– Мама моя, ридна Украина! – присвистнул Пацук. – Вы только поглядите, какой послушной эта железная животина стала. Молодец, Харакири! Уважил.

– Брось трепаться, – оборвал его старшина. – Работаем! Микола, Ганс, займите позиции. Прикройте нас с флангов. Сара, ты тылы держишь. Смотри, внимательней…

– Не надо меня учить, старшина, – процедила сквозь зубы девица, начавшая вживаться в роль “икс-ассенизатора”. – Я солдат и свои обязанности знаю.

– Ну-ну, – фыркнул Шныгин и, сделав знак Кедману, собрался нырнуть в кусты, но замер: впереди вдруг загремела какая-то бравурная музыка.

– Это что там за парад? – оторопело поинтересовался Пацук.

В ответ старшина покачал головой и, знаком показав всем оставаться на местах, осторожно двинулся вперед. Кедман направился следом, а вот Микола с ефрейтором принялись укреплять позиции, настороженно посматривая в ту сторону, откуда доносилась музыка. Зибцих даже хотел забраться на ближайшее дерево и посмотреть, что происходит впереди, но, решив не демаскировать группу, застыл на месте, почти слившись со стволом векового дуба. Микола залег на землю с другой стороны танка, а Сара, как и было ей приказано, взяла под контроль то направление, откуда бойцы только что пришли.

Все трое настроились на то, что ждать известий от Кедмана и старшины придется довольно долго. Однако уже через пару минут из кустов высунулась голова Кедмана, затянутая шапочкой с надписью “слон”. Американец, посмотрев по сторонам, с трудом нашел места, где укрылись спецназовцы, и знаком позвал всех за собой.

Кедман тут же вновь исчез в кустах, а Микола, поднявшись из травы, первым двинулся следом за ним. Зибцих пропустил вперед Сару, и лишь затем сам оставил позицию. И сделал так немец отнюдь не из галантности. Просто прикрывать любые передвижения было именно его обязанностью в группе. Поэтому Ганс покинул позицию последним и последним же увидел то, что остальные наблюдали с нескрываемым изумлением уже в течение пары минут.

– Вот это номер, майн готт! – выдохнул немец, глядя на небольшой городишко с вершины холма, на котором стояли спецназовцы.

А удивляться было чему! Внизу, почти под ногами “икс-ассенизаторов”, бесновалась толпа людей. Впрочем, людьми их назвать можно было только условно, поскольку на одном из горожан была надета медвежья шкура, другой красовался крокодильей рожей, на третьем был костюм бабочки, четвертый оказался практически не одет, а лишь разрисован краской. Ну и так далее. В общем, в городе шел настоящий карнавал. Что, согласитесь, значительно осложняло группе задачу!

– Ну и как мы в толпе этих уродов отличим людей от инопланетян? – растерянно поинтересовался Кедман, не думавший, что в эту пору кто-то может еще справлять Хеллоуин.

– А кто обещал, что нам будет легко? – без особого энтузиазма в голосе хмыкнул старшина. – Разберемся как-нибудь! Хотя, если честно, не похоже, что тут кого-то инопланетяне замучили. Скорей уж эта толпа, блин, кого угодно до белого каления доведет.

– Ну, значит, будем не людей от пришельцев спасать, а наоборот, – предложил Пацук. – Ну так мы идем или до утра тут стоять будем? – и первым начал спуск с холма, укрываясь за редкими деревьями, росшими на склоне.

Глава 2

Третья планета от Солнца. Северное полушарие в паре плевков от Гринвича, а если точнее, то север Испании. Год вчерашний. Время местное. Как раз пора начинать ежегодный Фестиваль вин. Впрочем, это кому как. Кому-то пора фестивалить, а кое у кого и другие дела есть!..

Догнать Пацука удалось не сразу – по народным гуляньям он соскучился, что ли?! – а уж остановить, казалось, было невозможно совсем. Только совместными усилиями Шныгина, Кедмана и Зибциха есаула удалось прижать к земле. Сара в потасовке не участвовала. Застыв на вершине холма, она продолжала наблюдать за городом и, когда бойцы наконец скрутили Миколу, подала знак, что все тихо. То есть показательные выступления “икс-ассенизаторов” по отлову отступающего противника никто не заметил.

– Вы что, взбесились все?! – возмутился наконец Пацук, едва только смог заговорить. Правда, для этого ему пришлось укусить руку Кедмана, закрывающую рот. – Мало мне Конника, который как цепной пес, так и вы еще теперь кидаться начали?

– Так не стрелять же нам в тебя надо было, – спокойно пожал плечами старшина. – Тебя куда понесло, конь ты приднепровский? Крыша от заграницы поехала, блин? Забыл, что без разведки на объект заходить нельзя, еври бади? Ты же весь отряд демаскируешь.

– Ну, москаль, у тебя точно не голова, а репа! – рявкнул есаул. – Как я могу нас демаскировать? Да тут люди так одеты, что на нас никто и внимания не обратит. Ты на себя в зеркало смотрел? Вылитый “охотник за привидениями”.

– А Микола прав, – согласился с ним Зибцих и отпустил ноги есаула, которые до сего момента старательно прижимал к земле. – На этом маскараде не то, что на нас внимания не обратят, но и пришельцев за своих примут.

Капрал следом за ефрейтором хмыкнул и слез с Пацука. Шныгину ничего другого не оставалось, как отпустить руки Миколы и тоже подняться с земли. Пацук сел, брезгливо смахнул траву и комочки грунта с униформы, а затем тоже встал на ноги. Микола обвел сослуживцев сердитым взглядом, а затем, увидев, что Сара начала спуск с холма, сделал вид, что отряхивается.

– Только попробуйте еще раз на меня накинуться, – проворчал он, не поднимая головы. – А то воно ж знаете, как бывает?.. Начинает кто-нибудь с украинцем бороться, и бац, оглянуться не успел, а в голове уже лишняя дырка.

В ответ на это заявление хмыкнул только Шныгин. Остальные, видимо, приняли слова есаула всерьез. Впрочем, Микола уже и не обижался. Уж есаул-то прекрасно понимал, что будь он москалем, афроевреем или даже немцем, тоже бы бросился ловить товарища, убегавшего в лапы врага, Все-таки не все так быстро соображают, как украинцы. Утешив себя такими мыслями, Микола вернул обратно пытавшееся было сбежать коварное расположение духа. Причем так хорошо вернул, что даже смог улыбнуться Саре, когда та спустилась с холма к подножию. Чем едва не привел девицу, успевшую привыкнуть к тому, что Пацук всегда огрызается, в шоковое состояние, близкое к коме. Впрочем, шокирована этой улыбкой была бы не одна Сара. Вот только никто больше на Пацука не смотрел. Остальные “икс-ассенизаторы” старательно изучали близлежащую местность.

Группа очутилась на окраине небольшого, довольно опрятного городка. Прямо перед ними тянулась улица невысоких, но симпатичных коттеджей, утопающих в деревьях, а чуть дальше, кварталах в двух, начинались высотные дома. Впрочем, поскольку ни одно здание не насчитывало больше пяти этажей, высотными они были только для этой местности. В Гонконге, например, на них даже рикши смотрели бы свысока.

На окраине людей не было видно. Собственно говоря, все главное веселье, насколько бойцы могли увидеть с холма, происходило в самом центре города. Видимо, на единственной площади и близлежащих улицах. А здесь, почти у кромки леса, царили тишина и покой. Если, конечно, не обращать внимания на музыку, долетавшую с места проведения карнавала до самых до окраин.

Никто из “икс-ассенизаторов” времени даром терять не хотел. Тем более что у каждого из них занозой в сердце сидело беспокойство за судьбу базы в целом и за будущее Раимова в частности. Особенно сильно переживал Пацук, который уже просто жить не мог без нарядов вне очереди, раздаваемых щедрой рукой майора. Видимо, именно поэтому Микола и торопился закончить операцию здесь. Он хотел вернуться на базу, самолично спасти Раимова и либо задушить его собственными руками, либо заставить признать, что есаул – лучший агент по борьбе с пришельцами, и снять с него все взыскания. Потому именно Пацук и предложил план операции.

Собственно говоря, это и планом-то назвать было сложно. Пацук исходил из того, что все бойцы знают врага в лицо и им просто нужно пойти в народ, вылавливая в толпе инопланетян, маскирующихся под ряженых. Ну а если таковых на улицах не окажется, то тогда придется искать “летающую тарелку”. Или прочесывать каждый дом. Последнее нежелательно, поскольку могло бы вызвать конфликт с полицией, а этого бойцам следовало избегать. Спорить с таким идеальным планом действий никто не собирался, но одна проблема у бойцов все-таки возникла. Дело в том, что чем дольше “икс-ассенизаторы” прислушивались к звукам праздника, долетавшим до окраины из центра города, тем меньше они верили в то, что население кем-то терроризируется. Более того, в городе не было даже малейших признаков присутствия инопланетян. И этот факт не настораживать бойцов просто никак не мог.

– Слушайте, а может быть, летчик просто ошибся и высадил нас не в том месте? – предположила Сара. – Может быть, пришельцы сейчас в соседнем городке терроризируют людей?

– Конечно! Наш Конник ошибся, – завопил Пацук, хлопая себя рукой по лбу, а затем посмотрел на Сару, как спикер на амурский бамбук, решивший выступить в парламенте. – Ты вообще соображаешь, что говоришь? Да у майора такие приборы слежения в штабе стоят, что ошибиться с координатами там смог бы только глухой, слепой и безмозглый пеликан. А я у Раимова ни ухудшения зрения, ни оперения не заметил.