Недоразумение - Маргарет Парджетер

Элис часто заводила с ней беседы о воссоединении с Бреттом.

— Мы не пытаемся избавиться от тебя, дорогая, — говорила она. — Но Бретт Дикин все еще твой муж, и мы оба — твой отец и я — очень хотим, чтобы ты попыталась вернуться к нему. Потеря ребенка — страшный удар, но у тебя могут быть еще дети. Нет, я не могу смотреть спокойно, как разваливается твой брак!

В очередной раз выслушав теткины сентенции, Миранда раздраженно сказала:

— Мой брак уже развалился, тетя Элис. Не заставляй меня все время повторять тебе это. — И, заходя дальше, чем обычно, добавила: — Я больше не люблю Бретта и не думаю, что он любит меня.

— Откуда ты знаешь, что не любит?

— А что заставляет тебя думать, что любит?

— Ты не видела его, когда тебя похитили, а я видела, — ответила Элис. — Он был в страшном напряжении, но действовал удивительно быстро и решительно. Полиция просто не могла избавиться от него. Не забывай, что благодаря его находке тебя вытащили из того ужасного подвала!

— Думаю, он чувствовал ответственность за случившееся.

— Что ж, может быть, это и так, — неохотно согласилась Элис. — Но одно лишь чувство ответственности редко заводит мужчину так далеко, как это произошло с Бреттом. Должна заметить, — продолжила она, — раньше у меня были сомнения относительно вашего брака, но теперь они рассеялись. Именно поэтому я считаю, что ты должна по крайней мере увидеться с ним.

Миранда содрогнулась: вернуться в тот огромный пустой дом в Нью-Йорке? А Бретт будет отсутствовать целыми днями, да еще и почти каждый вечер? Обходиться почти исключительно обществом Джил? Нет, ни за что!

— Я собираюсь пойти на какие-нибудь курсы и найти работу. Только после этого я подумаю о том, чтобы повидаться с Бреттом.

Отвечая тетке, Миранда подумала, что задолго до этого срока они с Бреттом оформят развод и что он, возможно, снова женится. И спросила себя: почему мысль о женитьбе Бретта на другой женщине не причиняет ей и малейшей боли?

Поскольку занятия на большинстве заинтересовавших Миранду курсов начинались осенью, она решила потратить оставшееся время на то, чтобы окончательно прийти в норму. Вскоре она легко пробегала трусцой несколько миль по утрам, посещала бассейн, играла в теннис и даже вела умеренную светскую жизнь. Но не получала от всего этого никакого удовольствия. Не улучшила ситуацию даже поездка на отдых с отцом и Элис. Она вернулась полной сил, но в душе по-прежнему царило безразличие ко всему на свете.

Звонок Габи удивил Миранду. Она не общалась с золовкой с тех пор, как та вышла замуж за Клема, и не имела ни малейшего представления, что ей может быть нужно. Габи даже не попыталась связаться с ней после похищения и потери ребенка. У нее не хватало сострадания даже на то, чтобы послать Миранде короткое письмо.

После лаконичного приветствия Габи сказала:

— Мне надо поговорить с тобой. Ты одна?

— Да, — ответила Миранда, она действительно была одна.

— Речь пойдет о Бретте. Ты не получала известий от него?

— Нет, не получала. Уже несколько месяцев.

— Интересно, почему…

— Габи! — воскликнула Миранда, уже начиная чувствовать раздражение, — Ты же знаешь, что между нами все кончено. Мы оформляем развод.

— Бретт ничего такого не говорил.

— Может, у него просто не было случая — если ты все еще живешь в Техасе с Клемом.

— О да! — воскликнула Габи. — Ты не представляешь, как мне хорошо. Клем любит меня, а я так просто схожу от него с ума!

Миранда судорожно сжала телефонную трубку. Разговор с Габи — как соль на открытую рану! И сама удивилась этой мысли — ведь ее душевные раны из-за Бретта давно затянулись!

— Пожалуйста, говори по существу, Габи. Ты сказала, что хочешь поговорить со мной о Бретте. Я сообщила о том, что происходит между нами, теперь ты знаешь о нашем разводе. Может быть, этого достаточно для удовлетворения твоего любопытства?

— Нет, — почти прокричала Габи, — дело не в том. Просто мне нелегко говорить с тобой, потому что я не знаю, как ты отнесешься к моим словам.

— Откуда мне знать, как я к ним отнесусь, пока не услышу, в чем дело.

— Дело в том, что Бретт… — Габи запнулась. — Бретт ужасно болен…

Гладкий лоб Миранды перерезала морщинка, она остановившимся взглядом уставилась в окно. Малиновка уселась на карниз и заглядывала через стекло в кабинет. В другое время ее позабавило бы нахальное поведение птицы, но сейчас… Бретт заболел? Он всегда отличался великолепным здоровьем, и вдруг оно подвело его?

— Он что, прикован к постели? — Миранда подумала, что такой вопрос задала бы деловитая Элис.

— Нет, Бретт все еще работает. Но он так сильно исхудал и вообще выглядит ужасно. Не думаю, что он долго протянет.

— С ним было все в порядке еще недавно, в марте.

— Некоторые болезни убивают человека за какие-то несколько недель.

— Он что, страдает от болей?

— Думаю — очень, хотя и не жалуется.

— Разве это не глупо?

Габи помолчала, словно не находя ответа.

— Ты как-то странно реагируешь, Миранда. Словно речь идет о постороннем человеке, но Бретт пока еще твой муж.

— Это долгая история, Габи. — Миранда вздохнула. — Мы с Бреттом расстались. Я, конечно, ему сочувствую, но теперь его здоровье и даже жизнь — не мое дело.

— Не могу поверить этому! Ведь ты была безумно в него влюблена!

— Это осталось в прошлом.

— Ну ладно, возможно, так бывает. Но даже если ты разлюбила его, может быть, ты все-таки заставишь себя приехать и повидать его? Хотя бы ради твоей прошлой любви.

Малиновка улетела, пока Миранда обдумывала слова Габи.

— Думаешь, ему поможет встреча со мной?

— Кто знает…

— Может, я просто позвоню ему? — спросила Миранда. — Это избавит его от лишней нервотрепки, если он не хочет видеть меня.

— А он спросит, от кого ты узнала о его болезни, и никогда не простит мне!

Чувствуя себя загнанной в угол, Миранда пробормотала:

— Ну, единственное, что я могу обещать, — это подумать.

— Господи Всеблагой! — зло воскликнула Габи. — Человек умирает, а его жена говорит, что подумает о том, чтобы его навестить! — И, презрительно фыркнув, она бросила трубку.

Миранда решила не рассказывать отцу и Элис о разговоре с Габи, поскольку ехать в Нью-Йорк не собиралась. Ей хватило пяти секунд после разговора с золовкой, чтобы принять такое решение. Раздраженно отбросив волосы с разгоряченного лица, она вышла в сад.

Отец сидел у пруда в тени ивы, прячась от жаркого солнца позднего утра, и читал утренние газеты. Когда дочь села рядом, он улыбнулся, произнес несколько слов и вновь раскрыл свою любимую «Таймс».