Лишняя невеста для Альфы (СИ) - Бархатова Марина

Каждое его касание, каждое прикосновение оставляют глубокие ожоги на коже… и кровавые раны в душе…

Хочу отшатнуться, но Влад второй рукой с силой удерживает. Моё сердце громыхает, заполошно стучит и я слышу… я чувствую, как бешено колотится в груди его сердце.

— Это мои метки, Аня… моё клеймо на тебе… — слышу его горячий шёпот.

— Прекрати…

Не хочу… не хочу так реагировать на него… разум кричит и требует остановиться, а тело горит и пылает под его горячими ладонями, жаждет его грубых прикосновений…

— Никто и никогда больше не прикоснётся к тебе… Ты только моя… И если ты когда-нибудь забудешь об этом, твоё тело напомнит тебе.

— Прекрати, Влад! — кричу, из последних сил дергаюсь… но не могу вырваться.

Я в капкане.

— Ты же тоже чувствуешь это? — наклоняется и шепчет мне в ухо, а затем ловит ладонью твёрдый сосок и сжимает.

По телу моментально проходит волна запретного удовольствия… Дьявол…

Слышу, как шумно вдыхает мой запах.

— Дааа, — довольно тянет Влад, — ты тоже не можешь сопротивляться этой связи.

— Отпусти!

— Хватит противиться мне! Забудь о Руслане! — прижимается к моей спине и жарко шепчет, — есть только ты и я!

— Нет! Нет! Ты говоришь невозможные вещи! Хватит! Остановись! Ты женат! — снова пытаюсь вырваться из кольца его рук.

— Если Руслана беременна, то я больше не прикоснусь к ней, клянусь!

«Беременна» — резко царапает ухо и притихшая едкая боль снова поднимается изнутри.

Хочется горько и громко смеяться… я знаю все его клятвы, я помню все его слова… я знаю — всё это ложь!

Кусает мочку уха, осыпает горькими жадными поцелуями шею, горячими ладонями блуждает по моему распалённому телу…

А я… я медленно умираю внутри и только губы тихо шепчут «отпусти… отпусти… отпусти»…

Но Влад не слышит. Я знаю, он чувствует моё возбуждение. Его ведёт запах самки… желающей его самки…

Когда он резко входит в меня, я кричу… но это не крик удовольствия, это крик отчаяния… безысходности… я слаба перед ним… я чертовски слаба…

Упираюсь ладонями в подоконник и молчу, пока он глубокими, рваными движениями вонзается в меня.

Я чувствую его гнев, недовольство, которые гонят его вперёд… требуют моего подчинения и… падения… падения вместе с ним в эту пропасть безумства… но я держусь, остатками разума цепляюсь за края пропасти… и я не упаду, не сорвусь… я верну себе свободу!

Я буду жить!

Внезапно я чувствую спиной жёсткие волосы. Его страшная, покрытая длинными чёрными волосками рука упирается рядом с моей в подоконник, царапает камень звериными ногтями…

Он трансформируется…

Боже…

Нет…

Бес убьёт меня!

Отчаянно хочу отодвинуться, но чудовище не пускает. Крепко держит меня за талию волосатой рукой.

— Анииа…

От этого нечеловеческого голоса холодеет внутри. Все волоски на моих руках в ужасе поднимаются и мурашки разлетаются по похолодевшей вмиг коже…

Бес…

Паника топит меня, врывается в пылающее ужасом сознание. Кажется, я не дышу… не дышу, когда шершавый длинный язык проходится по рубцам на моёй шее, аккуратно зализывает каждый из них…

Боже…

Толчки внутри меня возобновляются… не такие сильные… плавные… скользящие…

Зверь будто жалеет меня… не калечит, а бережёт…

Боже… о чём я? Как он может беречь?!

Поднимаюсь на носочки, выгибаюсь, чтобы он не ранил меня… Замираю…

Чувствую ещё несколько аккуратных, но рваных движений… рык Зверя… и я с ужасом понимаю, что по моим бёдрам стекает… стекает его волчье семя…

Дьявол…

Не знаю, в какой момент Бес уходит и я оказываюсь снова крепко прижата спиной к горячему телу Влада.

Я не в себе…

Как… как такое возможно?

В реальность меня возвращают резкие слова Влада:

— Ты могла стать моей королевой, Аня, — его грубый стальной голос сочиться злостью и презрением, — но предпочла быть шлюхой… моей шлюхой.

А потом вдруг резко наклоняется к уху и шепчет:

— Запомни, я убью любого… любого, Аня, кто попытается помочь тебе сбежать.

— Что… что ты сделал со Стасом? — едва могу справиться с голосом… я всё ещё плохо понимаю действительность… не принимаю её до конца…

— Не бойся, брат жив, но я предупредил тебя, маленькая, сиди смирно.

Влад резко отпускает меня, слышу, как зло разворачивается и уходит.

Внутри пустота разлетается вдребезги и разверзается ад…

Молча сползаю по стене, поднимаю на плечи разорванное пополам платье, сажусь и… взрываюсь… реву… сначала тихо, но с каждой секундой острая боль разрастается в груди пылающим огненным шаром и громкими некрасивыми всхлипами вырывается наружу…

Я не могу так больше… я не могу…

В себя прихожу только ночью, когда тени мрака уже покрывают всю комнату.

С трудом встаю и выхожу на балкон. Ночная красота давит, но в то же время не отталкивает, а манит меня.

Внутри снова пусто… нет эмоций… нет чувств… безликая пустота и пепел внутри…

Поднимаю лицо и смотрю на прячущуюся в полупрозрачных облаках полную луну.

«Что? Не хочешь смотреть, на что обрекла нас?»

Мысленно обращаюсь к ней… а она вдруг выплывает из темноты и луч её блекло-жёлтого света касается меня… а потом… потом яркой вспышкой решение приходит ко мне.

Да… да! Теперь я точно знаю, что нужно делать.

Глава 37

Аня

Мои волосы треплет ветер. Тишина давит… лишь едва слышимый здесь плеск воды и шум никогда не спящих деревьев доносятся до меня…

Я смотрю на луну. Нет чувств, нет эмоций… только она… полная луна надо мной.

Не знаю, как это происходит, но… луна… она зовёт меня, манит… это сумасшествие, но мне кажется, я её слышу… и я чётко понимаю, что всё делаю правильно… её теплый свет завораживает и обволакивает меня… успокаивает…

Я понимаю… я, каким-то неведомым до этого момента мне чувством, ощущаю, что она ждёт… ждёт от меня этого шага…

Это не помутнение разума, я чётко осознаю то, что делаю сейчас.

Мне страшно… жутко страшно… но… я… я спокойна…

Освобождение… вот что ждёт меня.

Холодно… Меня сильно знобит, но я ловлю руками шаткое равновесие и, как бы ни хотела обнять себя и согреться, не могу этого сделать. На мне джинсы и плотная кофта, обувь я сняла. Мне кажется, она будет мешать и я не смогу плыть.

Да, я уверена, что останусь жива. Не знаю, откуда берётся эта вера… но она питает меня, даёт силы… дарит надежду… надежду на будущее.

Я стою на широких каменных перилах балкона и всматриваюсь в тёмную, мерцающую в свете луны бурлящую горную реку.

Мне страшно… и одиноко… только луна не покидает меня… и река… Боже… как же она меня манит…

Я всё понимаю… это хрупкий… призрачный шанс… смертельный, опасный… но единственный шанс для меня… Здесь оставаться нельзя… я сломаюсь… подчинюсь и… погибну.

Холодные слёзы бегут по щекам… бегут, но я уже не стираю их…

Поздно… я всё решила.

Я должна сделать это…

Как-то Агата сказала, что река — это единственный выход из замка для меня… и она оказалась права… Вот он мой выход… смертельно опасный единственный выход…

Я должна это сделать сама… без чьей либо помощи…

Не хочу, чтобы ненависть Влада разрушила жизнь Стаса или кого-то другого… я сделаю всё сама.

Мгновение. Смотрю на бурную реку, играющую яркими бликами в свете луны.

Вдох-выдох.

Как же спирает в груди…

Я готова.

В последнем странном порыве оглядываюсь назад и… жестокие тени отчаяния снова поднимаются из глубин ада… Сердце тысячами острых иголок пронзает нестерпимая боль…

Прошлое давит, режет… всё выворачивает внутри…

Я была счастлива здесь… пусть недолго, но действительно счастлива… Я как мотылёк сверкала в этой кромешной ночи…

И я… я здесь горела в аду… полыхала… утопала в боли, разбивалась об острые камни лжи… с головой окуналась в бездну нашей безумной любви и разрывающей нутро ненависти… Здесь мне безжалостно… с мясом выдрали крылья и сожгли их…